Ведьма вне канона

Размер шрифта: - +

Глава 22. Лес потерянных зверушек

Первый порыв – позвать Чхеневитчен, но солнышко над головой дало понять глупость подобной идеи. А ждать ночи в этом уютном замке – увольте.

И где день потеряла?

Кстати, помните, Шахерезада упоминала о странных статуях во внутреннем дворе? Без стен моей горемычной башни я их смогла заметить. С высоты мало видно, но они навеяли на меня новую порцию жути. Так, перед уходом нужно будет пару слов и этой негласной лидерше сказать. Раз она остается здесь, то пусть будет в курсе короля-алхимика и Руслана-убийцы.

Все, прекращаю размышлять, сажусь на метлу и лечу в лес искать свою животинку. Хорошо хоть заклятие метлы не дает сбоев.

По поводу мифов «о гордо летящей ведьме» скажу следующее: сядьте на тонкую перекладину и побалансируйте на ней с часик. Затем посмотрите на синяки на пятой точке. Вот-вот. Летаем мы гордо, но не долго. Длительные перелеты – это пытка на крайний случай и при запасе лечебных зелий для попы. Но в качестве средства быстрого отступления во благо сохранения головы метла – орудие не заменимое. Еще на ней можно быстро в лес слетать, над ним полетать-поискать одно бескрылое земноводное.

***

Не знаю, сошел ли мир с ума, или я не в своем уме. Но картина играющих в подкидного дурака белого коня и зеленого крокодила резко изменила мое мировосприятие. С высоты хорошо видно: конь мухлюет и прячет под седлом туза, а Люци подсматривает в кусок доспеха на дереве, где отражается чужая колода.

Падаю на землю, ругаюсь, отшвыривая обломки метлы, подползаю к ошалевшим животным и набираю себе карт из общей колоды.

Сходить с ума следует со вкусом.

***

Возвращаемся к законам мироздания и вспоминаем породивших Сему «добрым» словом. Именно сегодня, именно сейчас ему нужно было идти искать потерянного коня.

Конечно! Раньше что-то мешало, а сейчас еще и невеста потерялась – вот и приперло! Итого: пришел, любуется, медленно сходит с ума, улыбается и не знает, как реагировать.

— Четвертым будешь? — спрашиваю ошарашенного парня, который застыл с выпученными глазами и с глупой улыбкой на лице.

Сидим, играем уже вчетвером. Думы думаем на тему «как дальше жить в сошедшем с ума мире».

— Твой крокодил странный, — нарушил тишину младший престолонаследник.

— Это дракон и он не странный, — привычно огрызаюсь.

— Он играет в карты, — нашел мне довод бастард.

— Твой конь тоже, а значит, это он странный.

Конь фыркнул, кинул туза и вышел победителем, оставив нас в дураках. Очень странный конь. Кажется, я не того на магию и заговоры пробивала. В подтверждение этому Сема сказал:

— Он всегда такой был. Его прежний хозяин пришел бледный, заикающийся и седой. Отдал задарма, а после исчез под невменяемый хохот. Будто избавился от самого Сатаны. Лично я не знаю, в чем у него была проблема с Агнцем. Идеальный конь: умный, способный, быстрый и умеет много помимо лошадиных аллюров. Например – танцевать, искать людей и вещи, приносит на апорт. Может отвечать на вопросы «да-нет» и умеет поддержать в трудный момент.

Если он скажет, что его конь еще и крестиком вышивает, мое левое полушарие мозга столкнется с правым, и я сойду с ума уже на самом деле. С моим драконом все ясно. Та, у кого я выпросила яйцо, являлась поклонницей экспериментов с людьми и трепанаций черепов, так что сюрпризы очевидны.

Обхожу Агнеца по кругу, получаю хвостом по лицу, он метлой по крупу, уклоняюсь от хука копытом. Скотина! Смотрю в его наглые глаза, предлагаю сахар. В ответ на меня смотрят как на идиотку.

Как ни посмотри, передо мной стоит конь. Да, странный, ненормальный, умный, но вовсе не магический зверь и не проклятый.

Хотя…

В мире магии есть много умельцев, давно ушедших за грань возможного и вероятного. Сама я никогда не сталкивалась с магией подобных гениев, но мне о ней много рассказывали. Если подвести все восторженные вопли под одну черту, то, получается, есть в мире такие умельцы, которые могут наложить проклятие-заклятие так, что ты его не распознаешь, даже если точно знаешь о наличии, месте и действии.

Плюс ко всему такая магия снимается только «ключом». То есть, никаких лазеек и ведьм-соседушек, а лишь заложенным творцом способом снятия проклятия. И не дайте распроклятому боги нарваться на того, кто таких «ключей» не предусматривает.

Что ж, все бывает впервые.

— Семион, я тебя официально поздравляю: твой конь – это заколдованный человек.

Даже не знаю, чья морда при оглашении факта выразительней: принца, коня или дракона.

Воображение принца красочно нарисовало ему мужика в стойле. Он его холил и лелеял в течение пяти лет, кормил сеном и овсом. Надевание седла и уздечки заняло особое место в воображении незаконнорождённого принца, в котором яркость картин приходилось штриховать квадратиками, или же начинало попахивать мужской любовью. Одно «оседлал» и «поехал» приобретало иной смысл при осознании факта человечности твоего скакуна.

Пожалуй, это выражение лица лидирует с большим отрывом, в отличие от ухмыляющегося коня и удивленного крокодила.

Подождала, пока первое впечатление сменится вторым и продолжила:

— Меня не это волнует, кому нужно было нанимать мага экстра-класса, для заколдовывания отдельного индивида. Дураку ясно: твой конь ни фига не обычный человек, — ну и каламбур вышел. — Много средств, много сил и интриг положено в превращение этого, — кивок на Агнеца, — в коня. А значит, превращение было лучшим выходом, чем убийство. Оно-то гораздо менее затратно, и гарантированно лишило бы общество определённого человека, до найма некроманта. А так – авось кто снимет проклятье и вернет на родину.



Елена Троицкая

Отредактировано: 03.09.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться