Ведьма всегда против!

Размер шрифта: - +

Глава 30

Финал

 

Новый день начался не очень радужно. Бессонница и тревожные короткие сны выматывали. Я чувствовала себя разбитой, как снаружи, так и внутри. Было бессмысленно врать самой себе - я очень тосковала по своему вампиру. Те мысли, которые я долгое время прятала в дальний ящик, внезапно всплыли на поверхность моего сознания. Передышка затянулась, и внутри меня образовалась пустота. И в один из таких тоскливых дней я осознала, что мне чего-то не хватает. Не хватает перепалок и вечного противостояния характеров. Не хватает его теплых объятий и чувства умиротворения, что они дарили мне. Не хватает его пристального взгляда. Я не находила себе места. Каждое воспоминание о Линдоре, причиняло почти физическую боль.

 

И мое беспокойное состояние усиливал факт возможности зарождения новой жизни под сердцем. Мне было необходимо убедиться или опровергнуть это предположение. Ведь если моя догадка подтвердится, это многое меняет. Несмотря ни на что, я хотела своему ребенку лучшей жизни, нежели была у меня. Пусть тётя Зина и дарила мне своё тепло, любовь и заботу. Но это не было пределом счастья. Дети жестоки к тем, кто отличается. Детские обиды и комплексы накладывают отпечаток на личность и дальнейшую жизнь. И я абсолютно не желала, чтобы мой ребенок чувствовал себя брошенным, был белой вороной среди остальных.

 

Мне было тяжело решить, что делать дальше, и моё болезненное состояние не способствовало появлению здравых мыслей. Утром мне становилось всё тяжелее подниматься с постели. Свет больно резал глаза, а постоянная жажда преследовала даже во сне. Каждый день я поглощала неимоверное количество жидкости, но не могла утолить её. И раздражение. Всепоглощающее раздражение. Такое состояние, когда ты готов просто набросится на кого-то только потому, что он стоит рядом.

Я начала бояться себя и своих мыслей. В голове возникали кровожадные картины. Сны о том, как я впиваюсь кому-то в горло и наслаждаюсь криками агонии и боли жертвы, преследовали меня.

 

Моё душевное состояние было похоже на борьбу с самой собой. Попеременно чувствуя то жажду, то отвращение к своим мыслям. Ведь там, во снах, я наслаждалась вкусом крови. Просыпаясь в холодном поту, всё еще чувствовала солоноватый привкус на языке, а затем бежала в ванную избавляться от содержимого желудка.

 

Так продолжалось около недели. На приём к женскому доктору записалась заранее. И чем ближе был день «X», тем сильнее я переживала. Что, если со мной что-то не так? Что, если с ребенком что-то не так? Что, если современная медтехника навредит моему малышу? Моему мальчику… Почему я была уверена, что это мальчик? Я всегда хотела сына. Никогда не представляла себе, каким будет мой муж, но всегда мечтала о сыне. И абсолютно точно была уверена, если у меня будет ребенок, то это непременно будет мальчик.

 

Дрожа и щурясь от солнечного света, поспешно направлялась в потрёпанное здание из красного кирпича - местную поликлинику. Она была стара, как мир, не пестрела яркими плакатами и крутым ремонтом. Внутри вид оказался не лучше, облупившаяся краска на деревянных оконных рамах, серенькая побелка на стенах и безликие двери, которые вели в такие же обшарпанные кабинеты. Можно было выбрать новомодную частную клинику, где все сделано в наилучшем виде и персонал не скупится на фальшивые, заискивающие улыбки. Но я шла конкретно к одному человеку. Иллариону Феодосиевичу. Старый друг теть Зины. Она не раз намекала мне о том, что этот доктор не совсем обычный человек. По своему обыкновению подробно не расспрашивала, но иногда в разговорах о ведьмовских практиках проскальзывало его имя. Тётя вроде говорила, что у него сильный целительский дар, когда-то они работали вместе. Но старичок решил вести оседлый образ жизни, не мотаясь из угла в угол. Жаловался на плохое самочувствие, и тем не менее, в свои девяносто два работал в поликлинике. Ежедневно помогая людям.

 

Взволнованная предстоящей встречей, коротко стукнула и вошла. За дверью находился старый обшарпанный кабинет. Большое окно давно не открывалось, никогда не имело даже захудалой шторки и до половины было закрашено белой краской. Слева стояла непрозрачная ширма, за которой пряталось кресло для осмотра, умывальник и небольшая кушетка. Возле окна стоял старый письменный стол, множество ящиков которого уже несколько десятилетий толком не открывались. Я проверяла их, будучи еще ребенком. Сухопарый седой старичок, облаченный в неизменный идеально выглаженный белый халат, оторвал взгляд от кипы бумаг лежащих неопрятной кучей на столе. Привычным движением поправил свои очки и расплылся в теплой улыбке.

 

- Мирочка, какая неожиданность! Как я рад тебя видеть, девочка!

 

Старик легко поднялся на ноги, раскрыл объятья и шагнул ко мне. Но внезапно запнувшись, остановился, и воззрился на мои руки сложенные в защитном жесте на животе

 

– Вот так сюрприз! Даже целый вампир! Такое не часто встретишь в этом мире, – хитро заулыбался седой мужчина.

 

На секунду мне показалось, что под маской морщин, словно проглядывалось лицо молодого мужчины. Но старик сделал шаг назад, и на его лицо упала тень, не позволяя мне разглядеть.

 

- Илларион Феодосьевич, я к вам по делу, – начала неуверенно.

 

- Да уж, вижу по какому, – усмехнулся врач. – Ты проходи, присаживайся. На учет ставать собираешься, или так, за советом пришла?

 

- За советом…

 

- Понятное дело! С таким ребенком в мире людей жизни не будет, – вздохнул старик, а я расстроено опустила голову. – А папаша, где? Там остался?

 

- А откуда вы?..

 

- Да знаю я всё, как Зины не стало, так с Аглаей связь восстановил. Рассказала она мне всё, не чужие же, – тихо произнёс. – Да только о ребенке ни слова не обмолвилась бабка твоя, не знала видать?



irinamudra

Отредактировано: 20.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться