Ведьмесса Lite 4

8.

 — Риш! Давай заскочим в Кёльн! Рейн, собор, старый город... Перекусим что-нибудь в ресторанчике, устроим банальный шопинг, накупим всякого барахла...

Уж не знаю, чем, но чем-то пронзительные мечты Дитера меня задели. То ли потому, что действительно люблю этот город, словно когда-то в нём родилась, возможно в другой жизни, то ли по какой другой причине...

— Парни! А что? Давайте! 

— Вот так прямо вчетвером? Маленьким табором?

Показалось или Карл снова копает под нашего мага? Против Дитера наверняка слова бы не сказал. А Сава — тот, конечно, бессловесный, его можно и попинать. Сидит, молчит, взглядом пустым в окно уставился, то ли встречные машины в уме считает, то ли мысли — в собственной голове.

— Да. Вчетвером. А тебе что за дело? Или цифра не нравится? Так мы можем и до трёх округлить. Оставим тебя сторожить бутылку, а сами втроём, налегке по узким улочкам, по набережной, опять же замолить грехи в собор. Пусть даже католический.

Карл прищурился, озабоченно покосившись на Дитера. Тот ему, понятно, ни взгляда, ни текста в ответ, поскольку дорогой занят. Спокойные руки — на широком руле, мысли скорее всего — уже в Кёльне.

— Ну так что? Останешься сторожить бутылку или всё-таки квартетом с нами? 

Тот насторожился, задумался. Зато маг ожил, оторвался наконец от стекла, уставился на меня своими ночным глазами:

— А его что... действительно стоит посмотреть? Этот самый Кёльн? И кстати, что такое шопинг?

— Отлично! — я радостно потёрла руки, — Раз все за, то съезжаем с автобана, ищем какой-нибудь захудалый кемпинг, чтобы на пару часов поставить автобус поставить. Берём такси и рвём в город. Будем магу римскую колонию показывать.

Только Карл недовольно поморщился, пододвинув к себе поближе стакан. Налил минералки, выпил одним залпом, будто с горя, и к месту вспомнил:

— До сих пор не пойму, какая сволочь мою кружку утащила. Вроде не было на парковке бомжей...

— Ну, может бомжей не было, — Дитер хохотнул, выкручивая на съезде баранку, — Зато любители кофейку попить точно были.

— Да не плачь ты о своей кружке! Купим мы тебе новую! — напрасно пыталась успокоить я его, — Вот прямо сегодня в Кёльне купим.

Показалось, или мои уговоры как-то странно на мужчину подействовали? Он насторожился, обернулся, каким-то подозрительным взглядом сверля меня:

— Слыш, Рин! А может ты её нечаянно разбила? А теперь просто не хочешь говорить?

— Да что там была за кружка такая, раз вокруг неё разворачивается такой сыр-бор? — тут уж я обиделась, не желая мириться с незаменимостью житейских предметов. Тем более посудных,  кухонных, склонных к порче и бою.

Под упрёками он нахмурился, полыхнул навстречу синевой, потом признался:

— Не легко о таком рассказывать.

— Верю. Знаю. Но мы, вроде как, — одна команда? Пока брачный обряд не развёл.

— Или ты сам не свалил от нас, роняя тапочки, — выразил общую тайную надежду Дитер.

Не знаю, как ему, а мне Карла было почти жалко. Интересно, что он там скрывает? Да тут у каждого через раз — судьбина, а не судьба...

                                                                   *******************

С одной стороны Карлу было неприятно признаваться другим в таком интимном моменте. А с другой — не пошли бы они к лешему, раз на откровения развернули. Хотят — слушают, не хотят — ставят уши на продув. 

Он вытащил из лежащей на столе упаковки кругляш печенья, откусил жёсткий край, зажевал, проглотил, опёрся руками на диванный столик. Видно, надеясь этим придать своим словам вес. Начал:

— Рин, вот ты, вроде, — неглупая женщина. Но одного не понимаешь. Пусть вляпались мы все в эту глупую историю. Но от этого ведь не стали ближе друг другу. Ни ты о нас, ни мы о тебе ничего толком не знаем. Кто-то собрал нас, как слепых котят, до кучки и с обрыва вниз головой в это Вирское приключение бросил. Ни собственной волей, ни собственным желанием наши отношения не помечены. Так, искусственно собраны в кучку по принципу "кто-нибудь-выберется-стерпится-слюбится". Разве не так? 

От всем известной, но ещё никем не озвученной истины Арина вздрогнула, исказила морщинками лоб. Маг тоже прислушался, временно отойдя от потусторонних мыслей. Даже Дитер на водительском вроде как заострился ушами. В общем есть контакт. Карл продолжил:

— Ну вот скажи, Арина! Кем ты была до того, как в эту историю попала? Небось ни о Вире, ни о Ведьмессах, ни о чертях, ни о проклятьях даже не догадывалась? Жила себе тихо в привычной реальности, а она возьми, да рассыпься. Правда?

— Ну да, — Рина крылато захлопала ресницами, тут же подкосив всю его хвалёную рассудительность. Но, не замечая эффекта, принялась повествовать, — В инязе училась. С парнем встречалась. Ещё со школьной скамьи. А потом голоса, черти, просьбы и даже приказы. Не выполнишь — умрёшь.

— Ничего себе! 

От таких новостей Карл ещё больше проникся к Рине сочувствием. Бедная девочка. Налаженную жизнь бросила, замуж под давлением вышла. Оказалось, не за того. Теперь вот с ними мается, не зная, кого выбирать. Он и сам не знал, кого выбрал бы... Может, Дитера... Или мага... Но точно не себя. 

— Понятно, — Карл легонько, для привлечения внимания стукнул по креслу водителя. — А тебя, Дитер, как сюда занесло? Да не молчи! Рассказывай! По моим ощущениям, ты из нас, мужчин, — самый в этом деле просвящённый. Много знаешь, но крепко спишь. Значит давно знаешь...

Тот отчётливо прочистил горло, потом начал:

— Я при Вире родился. Бабка моя родной сестрой последней хозяйкой была. Там мужа для магического союза не выбрала. Дочь не родила. Род Ведьмесс не продолжила. Говорят, именно поэтому потому в сорок лет умерла. Ну а я за её грехи расплачиваюсь. Подставила она меня. Кандидатом в женихи подсунула. 

— Значит ты тоже — не по своей воле...

Показалось? Или голос Арины дрогнул слезой? Хотя, наверное, послышалось... Лицо — спокойное. Глаза — сухие. 



Мартусевич Ирина

Отредактировано: 05.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться