Ведьмесса Lite 5

Размер шрифта: - +

16.

Как говорится, не было печали, да гости понаехали. Что же их попутным ветром мимо не пронесло? Почему к кому-нибудь другому под дверь не закатало? Зачем ему, несчастному, дополнительное приключение в придачу к второстепенным, основным, своим, чужим и даже чёртовым. 
   
Очень удачно вспомнив про последнее, Жозеф с тоской проследил за тем, как хозяйкина кузина, почти добежав до ванной комнаты, вдруг встала вкопанной:
   
— Скажи, а где ванная? Мне бы вымыться, переодеться... А то знаешь ли, холодно.

Невысокая, белобрысая, пигалица пигалицей, от силы старше на пару лет. Хотя судя по наглости уже метит в хозяйки. Вон как разбегалась, да растыкалась. Весь пол заляпала, зашлёпала. 
  
— Обувь между прочим в приличных домах снимают, — успел он крикнуть ей в спину. 
   
Только упёртых предупреждать бесполезно. Даже не обернулась. Дверь многозначительно хлопнула, следом щёлкнул замок, оставив Жозефа в коридоре без ответа.
   
— Да, не уживёмся мы с ней. Даже в разных частях дома не уживёмся... А кухня-то при этом у нас — одна, — сделав такой далеко идущий вывод, подросток уже собрался промежуточной дверью выйти. 
   
Как вдруг с секретера послышалось:  

— Кстати, о кухне... Нет ли у нас там чего-нибудь копчёного. Лучше из живности. Я, знаешь ли, по ту сторону мясо только издалека видел, когда оно ещё бегало, да копытами стучало.

Жозеф не поверил своим ушам. медленно обернувшись, отыскал чертёнка:

— А почему ты — один? Где остальные? 

Мелкий отвёл глаза:

— Они это... на подходе. Скоро приедут, — ненавязчиво сменил тему, — А где мои, сладкие, да ненаглядные? — потом сам себе ответил, — Небось сидят наверху, даже не догадываясь, что явился папаша и муж. А мы сейчас как телепортируемся, как обрадуем...

— Погоди! Не спеши! — у несчастного Жозефа вся смелость сразу ушла в коленки, — Из твоих там тоже пока не все... Ну то есть не все доехали...

От такого оборота Янь вытянулся рожицей:

— Постой! Погоди! Это что же получается? До сегодняшнего дня я считал, что это мы с хозяйкой и двумя рыцарями находимся в дороге, а остальные банально сидят дома, — он сделал неожиданный кульбит головой, — А по возвращению оказывается, что не тот в дороге, кто уехал, а тот — кто остался? — Янь нервно икнул, не успев прикрыть пасть лапкой, как вдруг допетрил, — У нас что? Без нас что-то тут случилось? А ну, рассказывай! Только коротко. Не то я за себя не ручаюсь...

Вот когда подростку пришлось поведать ему горькую правду про аферу с физкультурником, про неудачную попытку Сони помочь и про её удачное с концами исчезновение. Всё рассказал. Но, поскольку Жозеф дураком не был, пропажу Сонькиных досужих чертят он на свою душу не взял. Помолчал, обдумал и добавил:

— А после того, как мамаша исчезла, следом сбежала малышня.

Да, конечно, Жозеф врал, но был уверен, что Инь его не продаст. Ей ведь тоже не резон — признаваться отцу в бесчеловечности. То есть в бесчертятности. Наверняка скрипнет клычками и всё нужное подтвердит. 
 
Так оно и оказалось...
   
                                         **************

Где это видано, чтобы хозяйка не унюхала перемен в доме, когда они жужжат, раздражают, назойливыми мухами бросаются в лицо.

В посудомойке посуда протухла. В холодильнике мышь повесилась. В хлебнице мумифицировался чей-то старый бутерброд. Сразу видно, ни одного человека на хозяйстве, кроме Жозефа. 

Но он — точно не человек! Закидал диван чипсами, забросал крошками. На полу — трупики прибитых, но не похороненных мух. Плюс множество жирных отпечатков на плоском экране. 

Да что этот малахольный с ним делал? Неужто порнозвёзд гладил? Если да, то устрою я этой дряни!
                            
Разглядывая подростковые художества, я уже собралась диким криком призвать к ответу Жозефа. как вдруг вспомнила, кому-кому, а Криспине он точно ничего должен.

Хотя с другой стороны, не такие со временем долгами обрастают. Главное — почаще их ловить, причём лучше на горячем. 

С этой приятной мыслью я прошлёпала в гардероб, по самые пятки нырнула в собственные шлёпки, оказавшиеся крайне глубокими. А после проскользнула во флигель, засеменила вверх по лестнице — на Жозефа компромат искать. Сейчас увидим, что он за свинарню с псарней там развёл.
                   
Ах, как я оказалась права... Подкралась, осторожно толкнула заветную дверку, правда от изумления проглотила дежурный вопрос. Только раскрыла рот, чтобы спросить:

— А что это вы тут делаете? — как снова беззвучно захлопнула, сосредоточившись на зрелище.

На чердачном голом полу в позе эдакого изрядно похудевшего, но зато отёкшего личностью лотоса восседал Жозеф. Банка с молоком — в одной руке, соседский кот за шкирку — в другой. В ногах — рюкзак, на всю ширину распахнутый, судя по первому впечатлению — пустой. 

На диване напротив — зрители: счастливая Инька, возбуждённый Янька и общие чертята пучком. Глазёнки выкатили, пасти разинули, хвостами подрагивают, будто перед ними сейчас — не нелепый подросток в турецкой позе, а как минимум четырёхактное "Лебединое озеро". 

Ну да! Как же! В следующую секунду я внезапно поняла, как сильно ошибалась. С загадочным выражением туповатого лица мальчишка неожиданно затолкнул ничего не подозревающего кота в рюкзак, плеснул сверху большую половину молока и с ловкостью фокусника захлопнул свой ящик. То есть зазамочил. 



Мартусевич Ирина

Отредактировано: 11.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться