Ведьмин котелок

Глава 2. Первые шаги

Мы не можем изменить то, откуда мы пришли.

Но мы можем выбрать, куда идти дальше.

Сериал «Мятежный дух» (Rebelde way) (2002)

Льющийся в окна родного дома свет подсвечивает завораживающий танец пылинок. Я осматриваюсь, взгляд скользит по уютной обстановке, милым сердцу вещам. Дача всегда была для меня самым любимым местом...

Ступая босыми ногами по дощатому полу, я впитываю его тепло, которое  постепенно проникает внутрь, окутывает целиком.

Выхожу на веранду и привычно сажусь, сложив ноги по-турецки. Закрываю глаза.

Как хорошо! Дома...

Тепло, перенятое у друга детства, собирается в шар и поселяется где-то в районе солнечного сплетения. Греет уже изнутри.

Я вдыхаю полной грудью... и сгибаюсь от боли. Она обручем стягивает голову и огнём жжёт внутренности.

Хватаюсь за грудь, пытаюсь нормально дышать, но ничего не выходит.

Лица что-то касается, ласково щекочет кожу. С трудом открываю слезящиеся глаза: передо мной летают пушистые одуванчики, рассыпая свои семена. Облепляют меня всю, лезут в глаза, нос и открытый в жадной попытке вдохнуть рот.

Тук. Тук-тук. Тук. Тук-тук-тук. Тук.

Последнее, что вижу: вокруг прыгает котелок с подскакивающей крышкой, выстукивая короткими ножками странные звуки.

Тук-тук-тук. Тук! Тук-тук.

Да что же это?! Голова и так словно по швам трещит, ещё этот котёл… Котёл?

С трудом разлепив глаза, я увидела небольшую комнату.

«Где я» – была первая мысль. Но почти сразу, вместе с ломотой в спине и руках, нахлынули воспоминания. Подтверждая их, в поле зрения попались дорожная сумка и несколько пакетов.

Снова раздался стук. Найти его источник я обнаружила сразу: в окно настойчиво долбила клювом птица. Пришлось спешить, открывать стеклопакет.

Белый голубь впорхнул в комнату, облетел по кругу спальню и сел на стол. Посмотрел на меня карим глазом и заговорил низким голосом. Вернее, говорил тот, кто его послал. Шумно выдохнула и поняла, что до этого задерживала дыхание. Это был отец.  

– Ксень, что за фокусы?

– Привет, пап.

– Я не понял, почему связник летел так долго? Ты где находишься? Всё хорошо? – голос, который на самом деле воспроизводился у меня в голове, звучал весьма тревожно, с хрипотцой.

– А ты на даче?

– Что за привычка отвечать на вопрос вопросами! Да, я уже третий день на даче.

– А в моей комнате смотрел?

Тишина.

– Заглядывал, а что? Только не говори мне, что просто не заметил, а ты всё это время здесь же находишься!

– Нет, не скажу. Просто я тебе там написала записку...

– Вот так, значит? – буквально взревел отец, заставив меня поморщиться. – А сказать, глядя мне в глаза не могла?

– Вообще-то, мы об этом говорили.

– Так ты уехала, как и собиралась...

Я села на стул у стола и погладила с любопытством разглядывающего меня голубя. В передаваемом через связника голос в моей голове звучал разочарованно и очень грустно. Такова особенность заколдованных птичек: чем лучше знаю посылающий и принимающий друг друга, тем ярче и достовернее воспроизводится говор.

– Папуль, не расстраивайся. Мне это нужно. Очень!

– Глупости! Вбила себе в голову дурь, – буквально рычал обычно добродушный ведун в десятом поколении, – ничем не выбить. А! Собираешься сейчас и едешь обратно, как хочешь. Не уедешь сегодня, завтра счёт будет заблокирован. И учти, снять больше, чем надо на билеты, не получится.

– Что?!

– А вот то. Как ты со мной, так и я буду.

На глаза навернулись слёзы. Впервые за всю мою жизнь отец, самый близкий после мамы человек, так меня обидел.

– Не сделаешь. 

Сжала кулаки, не обращая внимания на неприятные ощущения. Наличности у меня не очень много, зато сбережения все на карте, которую может легко контролировать папа. Ему и в банк идти не надо, чтобы привести угрозу в исполнение.

Шум. Видимо, он тоже сейчас задерживал дыхание.

– Ну ты и... стрекоза, Ксения. Знаешь же, что не смогу. Но как ты там будешь одна? Может...

– Нет! Только Фурии не сообщай. Пожалуйста, – с мольбой попросила, расслабляясь – всё-таки он меня понял. Или смирился.

– Почему? Она давно живёт в городе. И не чужая тебе.

– Папа. Позволь мне попробовать жить так, как я хочу. Мне это очень нужно.