Ведьмина генетика

Размер шрифта: - +

Глава восьмая

Спал Мартен отвратительно. Он так и не смог привыкнуть к тому, что даже на голой земле можно нормально отдохнуть, а трава и вовсе мягче любой перины. Да и в голову лезли дурацкие мысли, его то и дело тянуло встать, проверить, как там таинственный гость из прошлого, не растворился ли в воздухе. Когда же принц всё-таки проваливался в беспокойный сон, ему чудились интриги далёкого прошлого, Акрен Шантьи, который почему-то танцевал с некроманткой Лили – небось, потому, что Лили была очень похожа на Ильзу де Кан, - и коварный Артон де Крез, преследовавший Акрена в доспехах сумасшедшего рыцаря Ромерика…

Учитель, преподававший Мартену историю, очень любил рассказывать эту историю. Леди Ильза не была, конечно, самой красивой женщиной на свете, хотя тогда такая хрупкая блондинка, должно быть, пользовалась бы популярностью среди мужчин. Тем не менее, сочетание милой внешности и острого ума, её умение держать себя в обществе и огромное состояние отца делали её одной из лучших невест Рангорна. Никто не знал, почему леди Ильза не вышла замуж в двадцать или в двадцать один, почему вообще он стала супругой никому не известного на тот момент королевского счетовода, мужчины, у которого дворянское звание – и то дарованное…

Как дочь герцога могла стать женой сына свинаря?

Их брак считали союзом красавицы и чудовища. А потом, когда в стране произошла революция, а на трон взошёл Артон де Крез, все заговорили о таинственном волшебстве, которым владел граф Шантьи. Он околдовал и свою жену, и прежнего короля, и нового. Один из немногих, кто не встал на сторону революции, тем не менее, он занял своё место рядом с Артоном и стал его главным советником.

Так Акрен Шантьи пережил первого своего короля. Эмильен, предшественник Артона, умер в стеклянной комнате, до сих пор сохранившейся в глубинах королевского дворца как подтверждение чужой самонадеянности. У Эмильена не осталось ни детей, ни других родственников…

А его последний верный союзник теперь стоял по правую руку от нового правителя и шептал ему на ухо приказы.

Артон де Крез стал марионеткой.

Это были исторические факты. Красивые же легенды рассказывали разное. Кто-то называл Акрена Шантьи чудовищем, отвратительным и внешне, и изнутри, сгорбленным, спрятавшимся за большими очками, мерзким подобием мужчины рядом с хрупкой красавицей-женой. Вторые твердили, что Ильзе де Кан и внимание тогда ещё маркиза де Креза, Артона, привлекательного, храброго воина, было не нужно, настолько она любила своего мужа. Одни утверждали, что Артон де Крез ненавидел своего соперника и первого советника, вторые повторяли, что он и слова против вымолвить не мог и был готов всё отдать, лишь бы только Акрен не оставил его одного на троне…

Когда Мартен был маленьким, он задавался вопросом: кто лжёт, историк или старый, потрёпанный портрет в учебнике из Объединённой Державы? Как такая привлекательная женщина, обладающая деньгами и властью, могла стать женой простолюдина? 

Возможно, внешний вид Акрена Шантьи давал часть ответов на возникающие в голове принца вопросы.

Был ли он красив? Безумно. Это мог сказать даже такой большой "ценитель" мужской внешности, как Мартен. Тем не менее, он мог себе представить, как этот странный, почти сумасшедший мужчина заковывает себя в неудобный камзол, горбит плечи, чтобы никто не замечал его фигуру и высокий рост, стягивает волосы в хвост, нарочно опускает голову, скрывая черты лица, а синие глаза, способные заворожить самую капризную леди, прячет за очками.

И тогда на людей, пожалуй, действительно смотрело чудовище.

- А почему леди Ильза до двадцати пяти лет не вышла замуж?

Мартен даже не понял, что спросил это вслух. В полумраке утра вопрос прозвучал как минимум глупо, да и кто должен был на него ответить? Откуда Акрену Шантьи было знать, почему леди Ильза столько лет сидела в старых девах? Может, её отец хотел, чтобы дочь ушла в монастырь или что-нибудь в этом роде.

- Потому что в наше время было принято выходить замуж девицей. У вас, возможно, это уже никого и не смущает…

- В смысле? – Мартен резко сел.

Сон как рукой сняло. Леди Ильза была непогрешимой в глазах каждого историка, да и простых граждан, знавших о её существовании, тоже.

- Ты хочешь сказать, - Мартен кашлянул, пытаясь избавиться от кома в горле, - что вся красивая история любви, которую предполагают в наших исторических книгах – фикция, а леди Ильза стала женой простолюдина с дарованным званием только потому, что любой другой не стал бы на ней жениться?

- Я хочу сказать, - голос Акрена звучал лениво, - что леди Ильза в двадцать один была довольно смелой девушкой, которая плевать хотела на все ограничения. И если б кто-нибудь узнал о её интрижке с беглым пиратом, то общество было бы в шоке. Несомненно, ни одна порядочная женщина не зашла бы с нею в одно помещение, даже если это помещение – королевский дворец. Пираты – это только в книжках романтично.

Мартен хотел спросить, откуда Акрен взял, что пираты – это романтично, если такие книги стали издавать только при короле Дарнаэле, а потом вспомнил, что, собственно говоря, Его Величество Дарнаэл Первый очень любил свою бабушку Ильзу. Так ли сложно было запечатлеть её приключения на бумаге какому-то придворному писателю или поэту?



Альма Либрем

Отредактировано: 24.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться