Ведьмина генетика

Размер шрифта: - +

Глава двадцатая

Мартен пришёл на крышу Северной Башни ровно в полночь.

Ночь оказалась неожиданно тёплой и какой-то по-рангорнски летней. Мартен привык за те несколько дней, что они жили в Вархве, что к вечеру становится прохладно, поднимается сильный ветер, иногда даже начинается дождь, потому для него сущей неожиданностью оказалось ясное звёздное небо и полумесяц, сиявший в небесах.

Дул тёплый ветер, тоже непривычный. Обычно ветры здесь пытались вырвать из человека если не душу, то хотя бы остатки тепла, а этот, напротив, будто мягко обнимал за плечи, даруя ощущение уюта.

Такие ощущения показались Мартену обманчивыми. Он не верил Вархве. Всё, что здесь происходило, показалось ему лживым. Академия, окутанная розовым флёром мечты о величестве магии, могла обеспечить его свободой от родителей, от постоянного отцовского присмотра, потому что если ты выбираешь Вархву, никто уже тебя не остановит. Говорили, что эта академия умела защищать своих учеников.

Но Мартен не мог ей поверить. Ему казалось, что за ним всё время следовал некто невидимый, такой себе надсмотрщик, докладывающий королю Лиару о каждом шаге молодого принца, уже совершившего достаточное количество глупостей в своей жизни. Или, возможно, это осознание всей глупости стычки с ди Брэ так давило?

Северная Башня всегда пользовалась популярностью у студентов. Одна из самых высоких, она обладала ещё и несказанным преимуществом – имела вместо крыши плоскую, ровную площадку, окружённую невысоким бордюром, не выше двадцати-тридцати сантиметров.

Именно здесь, наверное, был центр всех романтичных признаний в любви, когда храбрый маг-рыцарь вставал на одно колено и просил свою прекрасную ведьму-леди выйти за него замуж, не дожидаясь выпускного курса, но тут происходило и больше всего дуэлей – соблазняясь красотой местности, студенты сползались сюда выяснять отношения так, словно им мёдом было помазано.

Разумеется, дуэли здесь были опасны. Мартен слышал о разных – тут сражались на шпагах, колдовали, стрелялись. Иногда проигравшего колдовской волной вышвыривало далеко за пределы площадки, и потом его тело находили где-нибудь в кустах поодаль от замка и долго искали убийцу, пока кровавый след не приводил на площадку Северной Башни.

Но, тем не менее, вход сюда не закрывали. С каждым годом дуэли становились всё менее кровавыми, количество жертв уменьшалось, студенчество теряло свою страсть к сражениям и всё больше обменивалось несколькими прицельными ударами в обыкновенной коридорной драке.

Гастон тоже не заслуживал большего, но сам же захотел вызвать на дуэль, даже перчатку невесть откуда вытащил, чтобы ткнуть ею Мартена в грудь.

Маркиз ди Брэ, к слову, не заставил себя ждать. Мартен с усмешкой услышал грохот на ступеньках – это его соперник поднимался по ступенькам и, судя по всему, во что-то врезался, - и повернулся, не рискуя демонстрировать Гастону неприкрытую спину.

Что-то он очень сомневался в том, что ди Брэ готов сражаться честно.

- Надо же! – протянул маркиз, выходя на крышу. – А я уж думал, что тебя здесь не увижу!

В лунном свете нос Гастона казался ещё длиннее, причёска вызывала ещё более стойкие ассоциации с петухом, и Мартен с огромным трудом сдержал рвущийся на свободу смешок.

- Как же я мог не явиться на дуэль, - закатил глаза Мартен, - когда меня вызывает сам маркиз ди Брэ! Где ещё я увижу такое же смешное представление, как это? Никак нельзя пропустить!

Гастон презрительно скривился. Очевидно, сравнение сражения с Его Светлостью с каким-то там смешным представлением его отнюдь не порадовало.

- Пистолеты? – поинтересовался он, как будто Мартену действительно предоставлялся выбор. – Шпаги? – можно подумать, тут наблюдались пистолеты или шпаги! – О нет, это будет нечестно по отношению к тебе…

Это будет нечестно по отношению к Гастону, Мартен не сомневался в том, что заставил бы его плясать на этом бортике и свалиться вниз уже через несколько минут.

- Мы будем использовать магию, - решительно заявил Гастон. – Безо всякого другого оружия!

Мартен только напряжённо кивнул. Становиться убийцей ему совершенно не хотелось, а значит, надо было сдерживать собственную магию. Странно, правда, что Гастон выбрал именно такое оружие – ведь он никогда не был особенно силён в колдовстве, и судя по тому, что Мартен видел в группе, ди Брэ даже не питал особенных иллюзий по этому поводу. Тем не менее, отговаривать своего врага выбирать магию он не собирался.

Гастон стал в изготовку – точнее, в то, что должно было напоминать магическую стойку, этот древний миф, в который нормальные магии давно уже перестали верить. Мартен невольно повторил его позу, должно быть, исключительно из жалости, чтобы ди Брэ не чувствовал себя совсем уж отставшим.

Принц, следуя правилам магических дуэлей, закрыл глаза, чувствуя, как вскипает в крови Гастона магия, те жалкие две или три капли, которые он мог задействовать в этой смешной дуэли. Мартен заставил себя дозировать магию – и швырнул наугад заклинанием, чувствуя, как две силовых вспышки сталкиваются, смешиваются между собой. Гастона отбросило на шаг назад – заклинание Мартена оказалось намного сильнее, не всё было поглощено встречной атакой, - но ди Брэ сориентировался и тут же бросился вперёд.



Альма Либрем

Отредактировано: 24.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться