Бескрылая Матрона

Глава 21 - Первый раз

Несмотря на предчувствия Ираши, за весь день в Артасе не случилось ничего серьезного. Может быть, этому поспособствовала своевременная реакция Шифра и Теневода.

Ибо сразу после разговора с Гидрой, Юн Джин доложил обо всем Колину. А тот уже достучался до штаба. Все-таки, пусть Ираши и была весьма посредственным псиоником с предвидением, игнорировать ее предчувствия было слишком дорого во время такого праздника.

- Отдел псиоников учел заявку, - выдохнул Колин, когда после всей беготни снова спустился к команде из второй башни. – Они сказали, что сейчас собирают массу подобных видений. Но все в пределах нормы.

- Я сразу сказала, что это не стоит таких переживаний, - слегка смущенно заявила Ираши. – Мое чутье работает весьма… «неровно», когда дело не касается моей личной безопасности.  Скорее всего, я просто немного перенервничала. Сейчас же все на взводе. Да и столько людей собралось в городе. Наверняка, где-то будут происходить мелкие беспорядки.

- Мне примерно так же все и объяснили, - кивнул Килриш. – Но тебе посоветовали немного отдохнуть в тишине. Или, еще лучше, сходить в медпкнут.

- Наших псиоников начальство всегда ценит, - фыркнул Арон. – Эх. Как будто у людей без дара не может найтись потенциалов, достойных заботы и внимания этих штабных заседателей!

- В общем, будем считать, что в норме? – предположил Шифр, оглядывая товарищей.

- И следить за обстановкой, - добавил Юн Джин. – Ираши? Пойдем, я отведу тебя в комнату. Если хочешь прилечь.

- Прекратите, ребят, - ухмыльнулась девушка. – Я не больная. Пойдемте лучше в город.

На улицах было не протолкнуться. Невообразимый гомон на всех языках мира, перебивающие друг друга музыкальные композиции, и все это на фоне бодрого голоса ведущих различных шоу. Среди семей отдыхающих встречались раздраженные кучки журналистов, суетились стайки городской детворы. Многие дороги, открытые для пешеходов, превратились в текучие реки живой массы.

Днем одиннадцатый отряд старался держаться чуть в стороне от больших скоплений народа. По большей части ютились по краям улиц или на менее оживленных площадях. Периодически в толпе угадывались лица знакомых легионеров. Но большинству постовых и патрульных было не до разговоров.

Пообедали всей компанией на открытой веранде в местной кафешке. Пока Арон всем своим видом демонстрировал пренебрежение к домашней пище, Пит занял внимание товарищей своим рассказом о службе в Цезерусе до отряда Тень.

- Меня завербовали еще в школе. Весь класс знал, что я – псионик. Учителя от меня просто вешались! – Змей успевал заглянуть каждому в глаза и убеждался, что его слушают. – Когда я научился делать простейшие ментальные сети и передавать мысли одних другим, понятие «самостоятельная работа» в нашем классе просто умерло!

- Ты помогал всем узнавать правильные ответы? – восхитилась Чиорри. – Вот это рульно! Читерски, конечно! Но что вообще учителя могли против тебя сделать?

- Именно! Они даже не могли сказать, когда я общаюсь с кем-то мысленно, а когда нет! – продолжал с широкой улыбкой юноша. – А еще был у нас учитель по физике. Он вообще считал, что дар псионики – это надругательство над естественностью. Так он особо бесился, когда я отвечал на вопросы, не открывая рта.

- Вот умора! – не унималась Блэклист.

- Ребята в школе тебя не задирали? – полюбопытствовала Ираши, отвлекаясь от молочного коктейля.

- Да не особо. Были, конечно, недоброжелатели. Но в моем классе мы все были сплоченным дружным коллективом. Ребята привыкли, что я охотно делился с ними своей «особенностью». И готовы были за меня и другим морды почистить.

- И как же такой сияющий энтузиазмом самоцвет оказался в армии? – спросил Скала.

- Да все просто. Меня однажды пригласили в кабинет директора. Это была новость. Потому что, обычно, директор старался со мной не связываться. Не хотел, видимо, чтобы я прочитал его грязные секретики. А там меня уже ждал человек из Цезеруса и контракт. Мол, много денег, обеспечение, жилье, еда. Минимум усилий.

- И все? Тебя пленили столь малозначительные нужды? – картинно удивился Эталон.

- Нет. Я пошел, потому что хотел убивать людей, - отряд чуть не поперхнулся умятым обедом. – Нет, серьезно. И не думайте, что я маньяк какой-то. Я в школе уже увлекся тем, как думают люди. Мне нравилось читать их мысли, отыскивать их желания, порывы, мечты. Изучать, соотносить, предугадывать.

- При чем же тут желание убивать? – не понял Колин.

- Мне не хватало только некой остроты, - увлеченно продолжал рыжий. - Чтобы полностью представить природу человека, мне нужно было узнать, как человек думает не только в жизни, но и перед смертью. Перед тем, как убить. К тому же, я хотел отыгрывать себя по максимуму. Не обходиться какими-то сторонними тратами, вроде денег или личного времени. Я не представлял себя клерком или психологом, который просиживает свою жизнь в замкнутых помещениях. Я хотел рисковать своей жизнью. Платить всем людям по максимуму. Только так я мог получить полное удовлетворение!

- От смерти? – робко спросила Ираши.

- От жизни, - глаза Пита вспыхнули энтузиазмом. – Ибо только на фоне смерти начинаешь ценить жизнь. И понимать, из чего она состоит. И что на самом деле важно. Ну, и чтобы у вас не были такие пресные лица, имейте в виду, что я был готов убивать тех, кого прикажут – по меркам Цезеруса террористов и врагов страны. И спасать тем самым жизни сотен, тысяч других людей.

Из бара ребята выходили под прицелами десятков недовольных взглядов со стороны посетителей. Пит даже не думал сбавить голос во время рассказа. Немалая часть случайной публики восприняли его исповедь не совсем положительно.

Во второй половине дня отряд отчаялся попасть на какое-либо представление. Большая часть отдельных компанейских развлечений была окружена змеящимися очередями. Вокруг сцен и выставочных площадок собирались толпы людей. И споры чаще всего возникали только с нэрами, которые своими могучими фигурами могли ненароком перекрыть вид более низким расам.