Ведьмы вышли на прогулку

Размер шрифта: - +

Глава 18

Мы молча стояли у обрыва. Энрис обнимал Еву, Ариес меня, а Инга, стоявшая между нами — сама себя за плечи. Никто не хотел возвращаться назад, приближая момент разлуки. И всё же он настал.

      — Пора вам, ведьмы, — тихий голос Альрин заставил судорожно выдохнуть и закрыть глаза.

      Судя по шагам и шороху, Инга ушла первой обратно на площадь. За ней последовали Энрис и Ева. Меня же тёмный эльф повернул к себе лицом, вынуждая тем самым открыть глаза. Маску он снял, а потому я чётко могла видеть на его лице смятение и отчаяние.

      — Надолго ли мы расстаёмся?

      — На этот вопрос ответ есть лишь у Мать Богини, моя дорогая принцесса.

      Хмыкнув, я попыталась улыбнуться, но тщетно. Скорей хотелось плакать. И чтобы скрыть слезы, я просто уткнулась эльфу в грудь, вдыхая его запах. В груди разрасталась дикая боль, а плечи подрагивали от едва сдерживаемых слёз. Ариес гладил меня по голове, одной рукой обнимая за плечи.

      — Амбер, знаю, как это странно может прозвучать… Я ждал тебя последние десять лет и буду ждать дальше, сколько потребуется.

      Не давая сказать и слова, меня крепко поцеловали и отстранились. О чём он говорил, я не понимала, но сейчас спрашивать не собиралась. Узнаю всё при следующей нашей встрече. Обязательно.

      Немного помедлив, эльф натянул маску на лицо и повёл меня на площадь. Каково же было моё удивление, когда там прибавилось с десяток ведьм. Завидев меня, они одновременно поклонились. Отойдя к подругам, я покосилась на совершенно спокойную Прорицательницу.

      — Вас ждёт ваш мир, — он взмахнула рукой, указывая за наши спины.

      А наш ли он теперь? Да, там наши семьи, но возвращаться туда более не хотелось.

      — До встречи, — слабо улыбнувшись, Инга обняла эльфов и прошла сквозь мутную завесу.

      А мы и не знали, что сказать. Я обняла на прощание Энриса, который пожелал мне удачи и поцеловал в щеку. Ева попрощалась с Ариесом, и мы поменялись местами.

      — Помни, я жду тебя. Приду, как только позовёшь, — едва слышно произнёс тёмный эльф, соприкоснувшись со мной лбом и сняв маску. — Я люблю тебя, принцесса.

      — А я тебя люблю, Ариес.

      На его имени я непроизвольно запнулась. Почему-то дико захотелось сказать «мой принц». Хотя, наверняка он теперь таковым и считался, если учесть, что я принцесса, а он мой жених. Но ещё больше интриговало и будоражило его признание.

      Криво улыбнувшись, эльф осторожно коснулся моих губ, нежно целуя. Слишком желанно. Если бы я ответила, не смогла бы остановиться. И, видимо, эльф это понял, потому что моментально отстранился и натянул маску.

      Ева взяла меня за руку, крепко её сжав, и потянула за собой к порталу. Взглянув последний раз на тёмного эльфа, я отвернулась. Прорицательница и Альрин в почтении склонили головы. Мы с Евой ответили им тем же. В следующее мгновение нас окутало нечто прохладное и мокрое, но ни капли не намочившее одежду.

      В глаза ударил солнечный свет, и перед нами раскинулся знакомый лес. Инга ждала нас в паре метров, уже сменив облик на человеческий. Мы последовали её примеру. Прежде чем она что-то сказала, слева от меня послышался всхлип. Покосившись на Еву, я заметила, как она утирает слёзы. В груди всё больно сжалось, заставляя судорожно выдохнуть и притянуть к себе подругу, крепко обняв её за плечи.

      Уже через секунду она разревелась, словно ребёнок. Я же так не могла, лишь молча плакала, уткнувшись ей в плечо. Рядом послышались шаги Инги, которая приобняла нас за плечи и стала успокаивать.

      Понятия не имею, сколько мы так простояли. Опомнились мы, когда Ева затихла и стала лишь вздрагивать. По дороге домой мы лишь раз заговорили, пригласив Ингу погостить у нас пару дней, отдохнуть после дороги. Та согласилась.

      Стоило нам только выйти к дому, как стало ясно, что мы попали по полной программе. Две знакомые машины стояли у открытых ворот загородного дома семьи Евы. Это означало, что обе наши семьи были здесь. До нас слишком поздно дошло, что мы даже не переоделись. Об оправданиях уже не думали. Честно говоря, надоело всё скрывать. Наши с Евой секреты лишь создавали лишние проблемы во взаимоотношениях с нашими родителями.

      Предупредив Ингу, что она может стать участницей весьма крупной ссоры, мы зашли на территорию дома. Во дворе никого не было, видимо, все находились внутри. Шли мы как можно тише, но, как оказалось, бесполезно. Стоило только открыть входную дверь, как на пороге мы столкнулись с братом Евы Игорем.

      — Явились, — его тон не предвещал ничего хорошего, так что я просто понадеялась, что Ева не разнесёт дом к чертям. — Где вы шлялись пять дней?

      — Шляешься ты по ночам, а мы гуляли, — холодно процедила Ева, глядя на брата снизу вверх.

      — Не смей дерзить мне, соплячка. Объяснись, где вы были, какого чёрта на вас надето и что это за курица с вами?!

      Вот если первые две вещи Ева ещё могла стерпеть, то после последней фразы просто врезала со всей силы прямо в челюсть Игорю. Тот с грохотом упал на пол, выкрикнув ругательство.

      — Ты извини. Он в целом нормальный, но, когда злится, не контролирует свои слова и действия. Такая ругань часто между ними происходит, — тихо обратилась я к Инге, краем уха слушая, как Ева объясняет брату, что её подруг оскорблять нельзя.

      На шум выбежали все остальные. Мать Евы, мои родители и младший брат Андрей. Агата — моя младшая сестра, видимо, спала наверху. На мгновение в коридоре воцарилась тишина. Никто даже не знал, что тут можно сказать. Первым пришел в себя мой отец.

      — Ну, хоть живы. Слава богу.

      За что я безумно люблю своего отца, так это за его спокойствие и трезвую оценку в любой ситуации. Слабо улыбнувшись, я поправила сумку на плече.

      — Думаю, нам есть о чём побеседовать, — с некоторым намёком продолжил он.

      — Конечно. Дайте нам час, приведём себя в порядок после дороги.

      Отец улыбнулся и отступил в сторону. Облегчённо выдохнув, я прошла мимо. За мной Инга, тихо буркнув «здравствуйте». Замыкала маленькое шествие Ева. Поднявшись на второй этаж, мы свернули в маленький коридорчик с единственной дверью. Как только мы зашли в свою комнату, дверь с характерным щелчком закрылась. Мы с Евой замерли на пороге. Вроде всё такое родное, а хотелось не этого. Вернуться бы на Ио.

      — Знаете, что я поняла, глядя на вас? — Инга поставила свой рюкзак на пол и отошла к окну, открыв его.

      — Что?

      — Этот мир не для вас. Вы жили спокойно потому, что другого не знали. Теперь всё изменилось.

      — Может, ты и права, — заметила Ева, садясь на стул у компьютерного стола. — Меня тянет обратно, и это место уже не ассоциируется с домом.

      Я лишь улыбнулась. Тело нещадно ныло, раны немели, свежий ожог, полученный от Адалаи, напоминал о себе. С трудом расстегнув верхнее платье, я поняла, что, возможно, нам потребуется и больше часа. Раны открылись, и вся рубашка пропиталась кровью. Удивительно, как я раньше не заметила. Может, адреналин мешал.

      — Ну что, воспользуемся местными средствами или более привычными нам? — я осела на стул.

      — Всем, — ошарашенно ответила Инга, подходя ко мне. — Есть в этом доме бинты, йод, вообще хоть что-то?

      — Я принесу, — Ева подскочила со своего места. — Отведи её в ванную, надо раны промыть. Я быстро.

      Ева выскочила из комнаты, пока я с трудом поднималась со своего места. Инга, поддерживая меня, повела прочь из комнаты. Хорошо хоть ванная была на втором этаже. Но плохо то, что Андрей меня увидел, играя в комнате Агаты. Приложив палец к губам, я слабо улыбнулась и открыла дверь ванной комнаты. Тут бы запросто человек пять-шесть уместилось, а ведь стояла раковина, тумба и огромная угловая ванна. Пришлось раздеваться.

      Вскоре послышались крики, за ними топот по лестнице. И уже через считанные секунды на пороге стояли Ева и наши с ней мамы.

      — Господи, — моя мама в шоке закрыла рот руками.

      — Ох, Мать Богиня, помоги пережить нам этот чёртов день, — Ева закатила глаза, затолкала мам к нам и плотно закрыла за собой дверь.

      Последующие полчаса надо мной «колдовали» без остановки. Я сидела молча, выслушивая нотации от своей же мамы и её указания остальным. Врач он и дома врач, всё сделает чётко и аккуратно. И вскоре я уже сидела в нашей комнате, перебирая вещи из рюкзака. Всякие безделушки, что покупал мне тёмный эльф. От их вида становилось так тоскливо на душе. Мне нужен был тот, кто их подарил.

      Позже ко мне присоединились Инга и Ева. Обе привели себя в порядок и сообщили, что закинули все вещи стираться, а мою рубашку пока просто замочили. Снова надевать обычную одежду было непривычно. Я неуютно чувствовала себя в растянутой майке и джинсах.

      Только бинты и кулон на шее напоминали о недавнем приключении. Ева без конца теребила свой подарок от Энриса, который так же, как и у меня, покоился на шее. Когда мы спустились вниз, родители уже накрыли стол и ждали нас. Андрея, видимо, оставили с Агатой. Игорь стоял у окна злой как чёрт. Челюсть опухла.

      — Расскажете нам, что происходит? — вновь говорил мой отец.

      — Хорошо, — я села за стол, подруги по обе стороны от меня, — но прежде… Игорь, хоть слово не так скажешь, я лично отправлю тебя на больничную койку. Мне плевать, что ты брат Евы.

      Тот лишь яростно выдохнул, но предпочёл промолчать. Вот и прекрасно. Так будет лучше.

      — Прежде чем начнём, представлю нашу подругу. Зовут её Инга. Познакомились мы две недели назад нас в лесу у озера.

      — Пять дней, — поправила Ева, притягивая к себе кружку с горячим чаем. — Не забывай о разнице в течении времени.

      На её слова я лишь вздохнула. Ну вот как объяснить семье, что мы ведьмы и были в другом мире?

      — Если говорить коротко, то мы втроём ведьмы, — спокойно произнесла Инга. — Нас не было на Земле две недели. Но для вас прошло пять дней.

      В комнате наступила тишина. Судя по выражениям лиц наших родителей и брата Евы, прозвучало всё весьма абсурдно. Главное, чтобы в психушку не решили нас сдать.

      — Я бы не советовала, — так же продолжила Инга. — Психбольница здесь не поможет. Туда ведь собрался звонить?

      Я проследила за её взглядом. Игорь потянулся к сотовому телефону, что лежал на подоконнике, но не смог дотронуться до него. Наша подруга использовала щит. И что самое интересно, все могли его увидеть и понять, что мы не шутим.

      А дальше нам пришлось несколько часов отвечать на расспросы, рассказывать, почему у меня столько травм, объяснять, кто такие Ариес и Энрис, Мать Богиня и Прорицательница, кем стали мы. Касательно наших женихов и того, что мы принцессы, осознание далось всем тяжело. Мало кто мог поверить в существование эльфов, хорошо хоть наша сущность служила хоть каким-то доказательством.

      Мы рассказали всё как есть да продемонстрировали собственные Силы. До вечера никто с нами больше не говорил. Игорь и вовсе предпочел скрыться в своей комнате. Лишь Андрей поинтересовался, не болит ли у меня что, и вызвался принести подорожник. А ещё ему понравилась Инга, так что он успел нарвать под окнами цветов, вручить их нашей подруге и с грохотом скрыться в комнате.

      За ужином тоже все молчали. Мама лишь попросилась проверить перевязку перед сном. Зато папа всё поглядывал на меня, словно собираясь что-то спросить. Решив, что всё же стоит нам немного пообщаться наедине, я вышла к нему на крыльцо, когда он курил. Мы сидели с ним на ступенях, глядя на ночное небо, усыпанное звёздами. Лишь иногда их заволакивало серым дымом сигарет.

      — Как твоё самочувствие?

      — Довольно неплохо. Нужно просто отдохнуть.

      Отец вздохнул, затушил сигарету и обнял меня за плечи, притянув к себе.

      — Даже не верится, что у тебя от нас было столько секретов.

      — У всех они есть. У кого-то меньше, у кого-то больше. Просто никто и помыслить не мог, что существует кто-то, кроме людей, что есть и другие миры.

      — Ты права.

      Слабо улыбнувшись, я положила голову ему на грудь, слушая мощное и здоровое сердцебиение. Вот по чему я соскучилась. Разговоры с отцом меня успокаивали. Может, не зря меня называли всегда папиной дочкой.

      — Скажи мне, Амбер…

      — М?

      — Между тобой и тем эльфом с чёрной кожей, забыл его имя…

      — Ариес.

      — Да, точно. Насколько у вас с Ариесом всё серьезно?

      — Достаточно, чтобы я перестала спорить с ним, что являюсь его невестой. Он будет ждать меня, и я вернусь к нему. Этот мир более не для меня и Евы.

      — Это видно. Вы обе изменились. Но прошу тебя, не уходи не попрощавшись.

      — Конечно.

      Больше мы не говорили. Сидели вдвоём больше получаса, пока тело не затекло. Потом нас загнала в дом уже мама, потребовав проверить перевязки. Всё закончилось более чем спокойно. Через несколько дней общение вернулось на круги своя. Инга, погостив у нас до конца недели, вернулась в Лондон, так как её отпуск уже заканчивался.

      Мы созванивались раз в пару дней, когда находили хоть немного свободного времени. Ева предложила бросить учебу. Родителям об этом решении мы сообщили не сразу. Из всех только Игорь яростно выступал против. Что самое интересное, в этот раз его осадил уже мой отец, отправив одним ударом в травматологию. Вот он, мой герой. С ним разлука далась бы тяжелее всего. Можно было бы, конечно, забрать всех на Ио, но нам чётко ответили отказом, даже папа.

      А ещё вновь начали сниться кошмары. Почти каждую ночь. Повсюду был огонь, пепел устилал землю. Крики людей били по ушам. Перед глазами лежал лопнувший футбольный мяч, и совсем рядом из-под веток горящего поваленного дерева торчала детская окровавленная рука.

      Сначала я просыпалась от неприязни, затем она сменилась страхом. Потом отчаяние и бессилие заполнили сердце. Последние привели к тому, что я начала разрушать предметы во сне. Ева стала спать со мной в одной комнате и в случае чего сразу будила.

      Разговоры с Мать Богиней ни к чему не приводили. Она молчала, не желая что-либо объяснять. Это очень пугало, так как я не понимала, что мне делать. Успокаивал лишь кулон, подаренный Ариесом. Он становился тёплым, а иногда горячим, когда мне было особенно плохо.

      Однажды, вначале зимы, когда выпал первый снег, мы возвращались с Евой домой. Забрали свои документы из университета, попрощавшись с тем, что больше не требовалось нам. Воздух был холодный, колючий, отчего хотелось побыстрее попасть домой и закутаться в одеяло. В кармане пиликнул телефон. Потянувшись за ним, я краем глаза уловила нечто белое. В груди всё заледенело от страха. Пару раз моргнув, я поняла, что обозналась. Всего лишь длинный шарф.

      — Амбер! — крик брата на весь двор заставил обернуться и отложить телефон.

      Он нёсся ко мне со всей скоростью, держа в руках футбольный мяч. И эти чёрно-белые шашечки на нём так маячили, что голова закружилась. Я уже видела его…

      — К тебе в гости приехала тётя! Смотри, что она мне подарила!

      Андрей с довольным видом вытянул руки, показывая свой подарок. У меня ноги подкосились от волнения, благо Ева успела подхватить под руку.

      — Амбер?

      — Что за тётя? — я вцепилась в плечи Андрея, присев перед ним на корточки. — Как она выглядела и где сейчас?

      — Она высокая и очень странная. У неё волосы почти до пола и такие же, как у тебя! А ещё платье, как в кино про рыцарей.

      — И где же эта тётя?

      По описанию я никого не узнавала. Лишь у одной ведьмы были столь длинные волосы, но она мертва уже не одно тысячелетие.

      — Дома, — Андрей ткнул пальцем в сторону нашего окна на втором этаже.

      Резко поднявшись на ноги, я перевела взгляд на нужные окна. Наверное, описать мои эмоции в эти секунды мне не удастся. Сердце больно защемило при виде незнакомки, стоявшей у окна. Она неотрывно смотрела в нашу сторону, держа на руках Агату. А я даже пошевелиться не могла, стояла и смотрела. В какой-то момент она что-то приложила к уху, у меня зазвонил телефон. Я не глядя ответила.

      — Когда лишаешь ведьму её Дара, будь готова поплатиться за свои действия, принцесса. Ты лишь отсрочила своё проклятие, но даже так оно тебя настигло. Привет от Адалаи.

      После последних слов, она просто бросила трубку и скрылась в комнате. Я только и смогла судорожно выдохнуть, крикнуть Еве, чтобы присмотрела за Андреем, и броситься к подъезду. Знакомое пиликанье. Железная дверь со своеобразным стуком напомнила о том, что она не может особо широко открываться. Я вбежала по ступеням на один этаж выше. Взялась за ручку двери и дернула её на себя.

      В коридоре, вся в слезах, стояла мама. В одной руке окровавленный кухонный нож, а в другой зажигалка. Коротко всхлипнув, она щёлкнула ею. Меня отбросило назад. Кожу обдало жаром. Послышался грохот. Спина резко заныла, голову так и вовсе припекало. По шее стекало что-то жидкое и горячее, видимо, кровь.

      Я прокашлялась от дыма и пепла и взглянула на дверь собственной квартиры. Она лежала рядом, сорванная с петель. Переведя взгляд дальше, я увидела лишь обугленные стены. Ничего не осталось. У меня перехватило дыхание, я лишь хватала ртом воздух, не способная издать и звука. В ушах зазвенело, а тело оцепенело. Я сидела и смотрела в пустоту, туда, где ещё минуту назад был мой дом, моя семья.

      Где-то на задворках сознания мне послышалось собственное имя. Меня звала Ева. Следом за ним я услышала очередной взрыв и крики людей, но уже с улицы. Кашлянув на выдохе, я бросилась вниз по лестнице, шатаясь и хватаясь за перила. Мимо кто-то пробежал, но мне было не до этого. Весь двор заволокло дымом. Несильно, всё было видно, но запах стоял неприятный. Найти Еву оказалось несложно.

      Она показала свой облик. За её спиной стоял Андрей, а перед ней та самая ведьма, которую я видела в окне квартиры. Дыхание перехватило, и я бросилась вперёд, выпуская наружу себя настоящую. Она убила мою семью. Убила отца, мать и сестру, а теперь нацелилась на брата.

      — А вот и вторая принцесса, — едко произнесла ведьма, повернувшись ко мне. — Что же ты так долго?

      — Я убью тебя! — голос сел.

      Мне было плевать на законы. И да, я готова была воспользоваться своей Силой. Но к моему ужасу ничего не происходило. Дар был бесполезен, и она это знала.

      — Глупые ведьмы. Когда вас проклинают, вы становитесь бессильны. Я пришла лишь проследить за исполнением. И своё ты уже получила.

      Широко улыбнувшись, она просто исчезла, рассыпавшись, словно песок на ветру. А я всё смотрела на поваленное дерево в огне, лопнувший футбольный мяч и живого, но испуганного Андрея в слезах.

      — Амбер, — голос подруги вызвал мурашки по телу. — Твоя семья…

      Всё вокруг заполнилось пустотой и пеплом. Меня поглощали ненависть и злоба. Горло и глаза жгли слёзы. Наступила звенящая тишина. Я ничего не слышала, но я знала, что кричу, горло сильно саднило. Чьи-то руки оторвали меня от земли. Мой взгляд был направлен в пустоту. А внутри всё тлело, вымирая и превращаясь в пепел. Я хотела убежать прочь и хотела броситься к квартире. Я пыталась вырваться, царапаясь и применяя Дар, но всё было тщетно.

      «Борись, Амбер».

      «Не поддавайся отчаянию и гневу».

      — Амбер! Амбер, прошу тебя, успокойся! Ты сейчас всё здесь уничтожишь! — Ева встряхнула меня за плечи.

      Я с трудом перевела на неё взгляд и замерла. За её спиной всё было в пепле, я потеряла над собой контроль, позволив своему Дару разрушать всё, что было вокруг.

      — Амбер, нас все видели, пожалуйста, ты должна сейчас успокоиться, — из глаз Евы потекли слёзы. — Прости, я ничего не смогла сделать.

      Моя семья. Адалая убила мою семью. Она забрала у меня то, что было самым важным для меня. Моё слабое место. Вот, о чём она говорила. Из глаз потекли слёзы, всё стало расплывчатым. Горло саднило, было так больно, я даже не могла понять, где именно болит. Помогите мне.

      Ариес, ты нужен мне…

      Я не знаю, сколько я так пролежала, сдерживаемая Евой, не знаю, сколько я билась в истерике и кричала, обещая убить Адалаю. Мне хотелось спрятаться, забиться в самый дальний угол и не выходить, но было и другое желание. Месть. В голове тут же возникали картинки, как я медленно пытаю Адалаю, как я терзаю её тело и душу… В то же время я слышала голоса. Не знаю, кто мне всё это говорил, но он старался меня успокоить, умолял не думать о мести, и он напомнил мне о моём брате.

      Волны боли, страха и отчаяния всё накатывали одна за другой. Я задыхалась в рыданиях, яростно крича. Повсюду был пепел, он устилал всё.

      Хотелось разрушать.

      Сила вырвалась наружу.

      Всё исчезало, люди кричали, где-то выли сирены.

      Только осторожное прикосновение детской руки заставило меня остановиться. Я стояла перед братом на коленях, удерживая его лицо в своих руках. Такой маленький и сильно напуганный, но живой.

      — Прости меня, — голос превратился в шёпот. — Я не хотела, чтобы всё это произошло. Пожалуйста, прости.

      Он стоял и смотрел на меня, ничего не говоря. Ни единого слова. И в этот момент казалось, что везде наступила тишина. Испортил её лишь вой сирен, ворвавшихся во двор. Я только и успела повернуться, как послышался громкий хлопок, затем крик Евы. Спину, ближе к плечу, пронзила дикая боль. В глазах в одно мгновение потемнело.

      Я слышала, как кричат, чтобы мы отошли от мальчика, как Ева говорит Андрею, что за ним присмотрит её мама. А потом она помогла мне подняться, при этом молясь Мать Богине, чтобы та открыла портал на Ио.

      Последнее, что я ощутила, это снег. Хрустящий и холодный. Острый, словно тысячи иголок.



Екатерина (Jafrimel) Чепиль

Отредактировано: 27.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться