Веле Штылвелд и Игорь Сокол: По ту сторону света

Веле Штылвелд и Игорь Сокол: По ту сторону света

Веле Штылвелд и Игорь Сокол: По ту сторону света

Я останусь в хрониках Акаши,
почерпнув оттуда сказок сны,
и сниму пред вечностью гамаши -
для чего ей старые понты...

А ты, мой верный наблюдатель -
фантом заботливый души:
тревожно мне, я не создатель 
ты сказок больше не пиши...

Подвластны мне не хроники Акаши,
а только мельком оттиски миров.
Я вновь одену старые гамаши.
Я столоваться в вечности готов!


1.
По ту сторону света, по ту сторону стен обычно приходит отчаяние. Оно разжигает неотвратимую боль неосуществленного, невозвратного, стережет которую живой канделябр дворецкого, который приходит по ночам в здешнюю жизнь тенью. Тяжелой, холодной, вязкой…

Эту боль уже не пересилить, не пережечь. Это уже не столько боль времени, сколько боль безвременья. В ней сконцентрировано то, что раз и навсегда уже не свершилось, не состоялось, не произошло, не получило право на  поступь, не осуществилось в поступках и не оставило после себя никаких видимых последствий.

А вот то, что произошло внешне незаметным и никем не замеченным, оставило после себя катастрофические разрушения во внешне скрытых тонких мирах, которые до времени ни сном, ни духом были неведомы. Потому что точно знать о подобных невидимых потрясениях никому толком не полагалось.

Да и неточные отрывочные лоскутки этих неведомых знаний просто изымались из быстрой памяти сразу при пробуждении, отсекая глубинные структуры иной раз прямо сакральных видений. Со сна взятки гладки – был тревожный сон и исчез, стервозный и растворился, одиозный – и испарился, словно вошел дворецкий, стоящий за фронтальной стеной пылающим канделябром – дунул-плюнул и сон угас…

 Остались от него только триста евро в брючном кармане да дорога дальняя в кой-куда. Куда, спросите? Так я вам отвечу: я лечу журналистским спецтуром в Болгарию по маршруту  София, Несебр, Слынчев бряг, сплошь залитые спелым июльским солнцем, в сонной полуденности которого в эту пору утопает горный балканский мир…

Хей, поле широко,
широко, зелено, хей,
и Балкан ти роден,
хей, Балкан ти наш,
колко мъки знаеш,
колко тайни криеш,
хей, Балкан ти роден наш!

Но тут же встречно, на полных парах:

Реве та стогне Днiпр широкий,
Сердитий вiтер завива,
Додолу верби гне високi,
Горами хвилю пiдiйма.

В поднебесье – сине-зеленный венчик: рек, гор, озер, лесных массивов и сельхозугодий. Да еще проявленная под небом славянская гардарика городов.   Всего в мире в 2 667 417 городов. Из них около 400 - миллионники. И в каждом - свой халемес... Но у славян с миллионниками не срослось. Не то, чтобы кишка тонка, а просто душа требует вольности, не зашеренности, поскольку даже древняя всепланетная «мер-ка-ба» ни что иное, краеугольный кристалл души метящейся,  и оттого в бетонных вымесах городов – в стеклянно металлических опалубках на бетонных ногах ей бесконечно тесно… ей подавай горы, ей подавай реки – волны горами, горы волнами… Лепота!

Под апельсиновый оранж полуденной июльской спелости дня, которая нависает над миром примерно так же, как вера в высшую справедливость, сладчайшими плодами смоковницы, в мире, где примирительно и всегдашне:

 «Всички моряци са чайки бели.
В миг те отлитат без да усетим.
След тях остава самотен кея.
С фара забравен и твойто сбогом.


Так было и десять, и двадцать, и пятьдесят лет назад… Всеобъемлющая  поэзия великого славянского мира… моряки, чайки, плоды смоковницы,  мир без войны.

…Министр здравоохранения народонаселения восточнославянского мира (ВСМ) в здании когда-то всесильной на Балканах партии КПБ собирает на обширный брифинг блогеров и "обжуров" со всего ВСМ. Заявленные и прошедшие регистрацию общественные журналисты и блогеры слетаются самолетами, съезжаются пассажирскими поездами и автотранспортными средствами, от общественных до индивидуальных, сирыми крупицами мира сего…

И вдруг – бац! – словно меченый атом, под видом «обжуров» и всяческих социальных общественных графоманов, и об это становится уже точно известно, в Софию стекаются со всего ВСМ злонамеренные особи, являющимися  маленькими винтиками и крохотными пружинками всемирного информационного заговора – злобного, мерзкого, антидержавно-разрушительного! Кто бы мог и подумать!! А ведь точно, к чему это они все так сразу в Софию рванули?!

По ту сторону света отсутствует ординатная ось времени, а трехмерное пространство тамошнего безвременье словно этапировано по голографическому этапу в вязких тисках неизбежного, несостоявшегося, неосуществленного и оттого навсегда тягостного и трудно переносимого. Здесь это принято называть прошлым. И именно на него замыкается здешний пространственно-временной континуум.

Госпожа министр в паническом настроении требует, чтобы ей был предоставлен коридор решительных действий! Позвольте, а каких? Вы собственно, о чем аскаете, синьора?!

Это недопустимо, чтобы кто-то из дальних окраин Мира бузитерил, двурушничал, накалял атмосферу предстоящего брифинга только на том основании, что он, что группа их, что они игнорируют столь трудно воссозданный правопорядок.

Нет, это не империя, но порядок хотя бы чисто эмпирически должен даже в новом государстве присутствовать, хотя бы  в точках общих позиций и интересов… Нет, позиции еще туда-сюда, но хотя в общих интересах, чтобы эти позиции были не только заявлены, но и выверены и хоть как-то перепроверены прошлым. Если только оно все-таки есть. А если его на даже гипнотически на предыдущих соударениях не было, или нет и точно быть не могло, то, что тогда, а?



Веле Штылвелд

Отредактировано: 17.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться