Великий Круг. Воля Духа.

ГЛАВА 3 Часть 2

Я обошла диван и приблизилась к окну. За окном открывался, всё такой же, сюрреалистический пейзаж. Но теперь я заметила, как в промежутках между стволами деревьев блестит, в лучах солнца, вода изумрудного цвета. Что это? Река? Озеро? Я залезла на подоконник, опёрлась спиной на стену оконного проёма, обняла колени руками и, заворожено, уставилась в окно. От созерцания нового мира меня оторвал колокольный звон.

— Что это? Колокола? — повернувшись к Андриэлю с Крассом, спросила я.

— Да. На каждой, из четырех башен замка, установлено по колоколу. Они очищают энергию и заставляют демонов исчезнуть, — ответил Андриэль.

— Уничтожают? Не может этого быть! — не поверила я.

— Я и не говорил, что уничтожают. Колокольный звон отгоняет их. Поэтому, каждый час, в течении двух минут, с пяти утра и до часу ночи звенят колокола.

— У вас есть колокола на всех зданиях?

— Теперь — на многих. Когда мы узнали от Богов, свойства колокольного звона, мы сделали так, что иметь свой колокол стало престижно и модно и распространили их по всей Фиаллане.

— Зачем делать это престижным? Способ борьбы с демонами — это, разве, не лучшая мотивация? — поразилась я.

— Я позже тебе всё объясню, — Андриэль перевел взгляд на Красса. — Я схожу за лиром, а ты расскажи Саше его принцип действия.

И мы с Крассом остались одни. Меня снова привлекла картина, висевшая над камином. Портрет красивой азиатской девушки, в полный рост, на фоне заснеженного Леса. На ней надет синий полушубок подбитый белым мехом, коричневого цвета обтягивающие штаны, и синие сапоги с высоким голенищем. Голова её не покрыта и в, слегка растрепанных, волосах цвета меди застряли снежинки. Её миндалевидные, синие глаза с чёрными вертикальными зрачками лучились весельем, а губы будто бы подрагивали готовые улыбнуться. Небольшой аккуратный прямой нос, смугловатая кожа, раскрасневшаяся на щеках. Она сидела на ветке одного из тех деревьев, поджав правую ногу и свесив левую. Правой рукой девушка опиралась о ветку дерева, а в левой руке она держала увесистый снежок. Казалось, что она вот-вот зашвырнет им в зрителя и весело рассмеётся. Портрет выполнен с потрясающим мастерством — девушка была как живая!

— Это жена Андриэля — Лишанджа, — сказал Красс. Я, в очередной раз, отметила про себя его необычную внешность: заостренные уши, чёрные глаза, серебристый вертикальный зрачок...

— Вы же не человек? — спросила я.

— Нет, — он усмехнулся. — Я дракон.

— Дракон? Вы можете превращаться в дракона? — я с сомнением на него посмотрела.

— Да, — просто ответил Красс.

— Правда? Каких размеров?

— Скажем так, в эту комнату я не помещусь.

— Ого! — воскликнула я и потрясенно ещё раз оглядела комнату, представляя какой же он громадный. — А...

— Всё это, сейчас, не так важно, — не дал он мне засыпать себя вопросами. — А важно объяснить тебе, как работает лир, пока не вернулся Андри.

— Я слушаю.

Спустя десять минут я поняла, как работает этот «лир». Если по существу, то он воспроизводил мои мысленные образы в картинку и транслировал её тем, кто со мной объединён сознанием с помощью лира. При этом транслируется не только картинка, но и ещё мы можем мысленно общаться между собой. Как объяснил Красс, на мысленный диалог уходит значительно меньше времени, чем, если бы мы просто разговаривали. Он сказал, что им нужно знать о моем мире всё, что знаю я, чтобы определиться с моим обучением. И воспользоваться лиром — это самый простой и быстрый путь.

— Обучением? — переспросила я.

— Да. Ты ни чего не знаешь об этом мире, мало того, ты ни чего не знаешь о магии. Чтобы адаптироваться, тебе нужно учиться. Добавляет проблем и то, что тебе нужно скрывать, что ты полукровка и из другого мира.

— Почему я должна скрывать, что я полукровка? Вы что их убиваете?

— Нет — не убиваем. В Фиаллане нет полукровок. Даже если родители принадлежат к разным расам, у них всегда рождается ребёнок либо расы матери, либо расы отца. Это касается всех рас, кроме вольсингов. Если один из родителей вольсинг, то рождается, только, вольсинг. Поэтому, если кто-нибудь узнает, что ты полукровка, то возникнут вопросы, на которые ты не сможешь ответить, не раскрывая своего происхождения.

— Я принёс лир, — прервал наш разговор, появившийся из ниоткуда, Андриэль. Это навело меня на мысль:

— А почему мы таким же образом не переместились на кухню, а таскались по этим длиннющим коридорам?

— Потому что, после того, что ты натворила после пробуждения, магический фон в замке был нестабилен. Перемещение в пространстве в таких условиях, могло привести к непредсказуемым последствиям: мы могли перенестись куда угодно, но не на кухню, или расщепиться на атомы, — ровным голосом ответил мне Андриэль.