Великий маг Каладиус. Хроники Паэтты. Книга Iv

Размер шрифта: - +

Глава 47. Решение проблем

– Всё прошло хорошо? – спросил маг, едва завидев Стеннеля.

– Без единого сучка, – ответил тот. – Если не считать того, что меня до сих пор трясёт.

– Жаль… – несколько задумчиво протянул Каладиус, с какой-то странной печалью разглядывая вино в своём бокале. – Признаться, я надеялся, что у него хватит смелости хотя бы в этот раз… Как повели себя остальные?

– Вполне достойно. Они отправились по домам, но просили передать, что завтра утром в полном составе будут при дворе. Вот, – Стеннель протянул волшебнику сложенный вдвое лист с отречением.

– Что ж, и это тоже победа, – кивнул Каладиус, разворачивая бумагу.

Убедившись, что подпись настоящая и поставлена как полагается, он удовлетворённо кивнул и осторожно поместил пергамент в специально приготовленный для этого ларец.

– Куда его отправили? – всё ещё хмурясь, поинтересовался маг.

– До утра он побудет в нижних казематах дворца, а там… Как прикажете, мессир. Или как прикажет новый король.

– Его охраняют?

– Мои люди, мессир.

– Те самые, что были с вами?

– Они самые.

– Хорошо, Стеннель. Позже они мне понадобятся. Пусть остаются там, и никого не подпускают к Конотору даже близко. Кроме меня, естественно.

– Вы собираетесь навестить его, мессир? – Стеннель вперил в волшебника свой острый взгляд. – Быть может, вам составить компанию?

– Не в этот раз, Стеннель, – мрачно покачал головой Каладиус. – Помниться, вы мечтали подольше пожить. Поэтому лучше вам сегодня остаться дома, или в борделе, или где вы там проводите свои ночи. Ваших дуболомов будет вполне достаточно.

– Жаль, они были толковыми ребятами… – Стеннель прекрасно понял, что хочет сказать великий маг. – Туповатыми, но исполнительными.

– Такие мне и нужны. Поймите, Стеннель, новые династии – они как древние боги, требуют кровавых жертв. Приход Тионитов к власти обошёлся в тысячи и тысячи жизней. Надеюсь, что воцарение Пантатегов вполне ограничится тремя. Согласитесь, это вполне разумная плата.

– Я, мессир, как никто надеюсь на это! Было бы просто замечательно, если бы жертв было всего три, а не, скажем, четыре…

– Я уже говорил вам, Стеннель, и снова повторю: вы – хозяин своей судьбы.

– Ну коли так, мессир, то мы оба можем спать абсолютно спокойно, – шпион бросил на волшебника выразительный взгляд, дающий понять, что он, едва выйдя за порог, напрочь позабудет этот разговор, и не вспомнит его даже на предсмертной исповеди.

– В моём возрасте это особенно радует, Стеннель. Ну всё, ступайте! Завтра нас ждёт трудный день.

 

***

Члены Королевского совета, который Каладиус собрал тайно накануне покушения, буквально оторопели, едва лишь он начал свою речь. Волшебник, не растекаясь мыслью по древу, сразу же открыл свой план по свержению короля. Более того, он сразу же назвал кандидатуру преемника.

Именно с последним возникло больше всего вопросов. Относительно Конотора всё решилось предельно быстро – во всём так называемом Большом совете, то есть совете, в который входило в некоторых случаях до трёх десятков людей, не нашлось ни одного защитника нынешнего короля, ну или хотя бы сочувствующего ему. Каждому было видно, что страна находится в глубочайшем кризисе, и что в этом есть немалая вина её правителя. Да и сам Конотор не внушал симпатии никому из подданных.

Решительности придавал и тот факт, что возглавляет заговор сам Каладиус, то есть самая влиятельная сила в королевстве. Король явно выглядел бледно на фоне собственного первого министра, и в данном случае смельчаком был бы тот, кто осмелился бы выступить против верховного мага. Тем более, что сам волшебник с ходу объявил, что его заговор поддержан как службой безопасности в лице присутствующего здесь Стеннеля, так и гвардией паладинов в лице присутствующего здесь капитана Глинье.

Довольно быстро определились с участниками самого переворота. Главный советник Клент, о тайной нелюбви которого к царствующему монарху догадывались многие, вызвался сам, а ещё двое были назначены Советом.

Также без долгих проволочек была решена судьба короля. Предполагалось отправить его в ту самую крепость, в которой он сгноил собственного брата. Все понимали, что покуда он жив, существует угроза реваншизма, хотя трудно было бы представить себе столь фанатичных сторонников Конотора. Однако же, были и другие члены династии Тионитов, хотя они и являлись побочными ветвями, но вполне могли, апеллируя к святости традиций, а может быть и к личности самого Увилла Великого, попытаться вернуть трон этой некогда славной фамилии. Впрочем, горький опыт говорил о том, что новое жилище Конотора было достаточно неуютно для того, чтобы толстый болезненный узник не слишком-то зажился на этой стороне Белого Моста.

Предсказуемо больше всего достаточно робких возражений вызвала именно кандидатура преемника. По тщательно скрываемой досаде на лицах некоторых членов Совета Каладиус прекрасно понимал, что многие здесь и сами не прочь были бы примерить королевскую корону. Оппоненты указывали на юность и неопытность Вилиодия, на его безвестность, упирали на то, что в королевстве есть рода как минимум не менее, а даже и более знатные, нежели род Пантатегов.

– Я всё это понимаю, – выслушав несмелые возражения, твёрдо произнёс Каладиус. – И, тем не менее, я настаиваю именно на кандидатуре герцога Вилиодия. Скажу больше – всё это затеяно было исключительно ради него. Поверьте, господа, за свою жизнь я повидал не один десяток королей, и научился разбираться в них. Так вот, хочу заявить вам, что из этого юноши получится отличный правитель! Быть может, лучший из всех, которых я знал! Вот увидите, в истории он займёт то же место, что и Увилл Великий!



postsabbath

Отредактировано: 29.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться