Веллоэнс. Книга первая: Восхождение.

Глава 10. Ригур

Марх наблюдал из-за угла, как Авенир скрылся в одной из тесных улочек Витрбаша.

Усмехнулся.

Парень проведет день среди книг и травок. Пусть отдохнет, а ему делом заняться надо. За двадцать лет поселок превратился в городок. Хибары сменились добротными домами, появились новые улицы, вместо пыльных дорог сияли каменные мостовые – но, несмотря на это, тарсянин мог поклясться, что ничего не изменилось. Вело чутье, которое бывает у каждого странника, пришедшего после многих лет скитаний в родную землю. Вроде бы все сменилось, людей уже тех нет, а сердце ведет по памятным местам. Вот ручеек, где плескались с друзьями, вот стоит кедр, который отец посадил на рождение сына – помнил ее маленьким росточком, а сейчас уже рослое дерево.

Воин дошел до лавки кузнеца.

Тот заговорщически поманил за собой, повел в кузню. Марх следовал за детиной, не запоминая дорогу, зная, что сердце выведет, отыщет путь. Зашли в кузню. Помятый Кривдын достал сверток, развернул. В ветоши лежало два меча, около десятка метательных ножей, наруч с когтями и браслеты-запястья.

- Всю ночь ковал. Пришлось других кузнецов звать, сам бы не управился.

- Конечно.

Марх кинул взгляд на ютящиеся в углу пустые бутыли, в кузне витал перегар – не то, что человека - быка с копыт свалит:

- Ты, видать, не знаешь, что винный дух сталь портит? А мне надо, чтобы крепчайший металл был.

И без того красное лицо кузнеца зардело, глаза выкатились, стал захлебываясь, оправдываться:

- Так это ж не винный дух. От мамайского вина, ессно, не жди ничего ладного. А у нас-то… первач… пшеничный. Он ведь стали силу придает… как это… гх, дракону хороший баран.

- Нескладно у тебя врать получается. Возьму, все равно по новой переделать не успеем. – Тарсянин протянул мешочек с серебром. - Если задуманное удастся, оплачу все. А нет – сам по новой луне продашь.

- Хорошие клинки, все по старым схемам делал, только вот запястники непросты, мудрили долго.

- Ну, не поминай лихом, Кривдын. Даст Высший, свидимся.

- Даст, как два пальца по наковальне. С таким оружием хоть на адовых псов…

Тарсянин покинул кузню и околицей прошел на площадь. До встречи с юношей оставалась пара часов, и нужно было, до смерти нужно было успеть. Площадь выложена все тем же зеленоватым, квадратным камнем. С юных лет Марх дивился – как в их селении, где на домах крыши соломой крыли, площадка из камня?

Говаривали, что на том месте раньше приносили кровавые жертвы богине Мокошь. Воин обошел площадь кругом, припоминая шаги и направления. Осмотрелся – никого. Пригнулся, вставил нож между камнями. Аккуратно – не обломать бы лезвие, - скрипя зубами, приподнял один из них. Под зеленым стражем находился тайник – место, которое маленький Марх никому не показывал. Он заложил в пустоту сверток, закрыл камнем, накидал землицы.

Вдалеке послышался стук каблуков. Авенир подошел, немного бледный, задумчивый.

- Ты что невесел, сокол? Книг умных начитался? Иль дурман-травы перенюхал?

- Да я это… Ну да, перечитал. Так увлекся, что даже не поел. А еще в этих лавках пыли… Надышался – не дурман-трава, но пробирает не хуже. Ты как?

- Я в оружейню ходил, да в кузню наведался. Прикупил у мастера ножичек – ну так, рыбку, мяско, да головы тамильские резать. Пошли к Тангиру, может больше поесть и не удастся.

***

За столом сидели молча, шутки не шли, изредка перекидывались словцом.

- Завтра полнолуние.

Тангир откинулся на кресло, ковырял в зубах. Сытый взгляд блуждал, иногда останавливаясь на тарелке, пальцах, картинах; потом снова скользил по поверхности стола, перебегал на лица гостей, спрыгивал на пол и никак не мог найти себе пристанища.

- Точно пойдете?

- Да, есть уговор. Иначе хозяин цирка шкуру снимет, ему до смерти животина нужна.

Марх жевал куропатку. Мелкие косточки не выплевывал, разгрызал и проглатывал - зачем из-за такой мелочи прерывать удовольствие.

- Мой дом для вас открыт. Если надумаете, приходите до захода солнца – схороню. После – никому не открою. Как сказано древними – не до жиру, быть бы живу. Если что нужно в дорогу, просите, не обеднею. Ятаган не отдам, это для меня, хм… святое.

- Спасибо, Тангир. Мы от тебя ничего не желаем - не то, чтобы не нужно, да в дороге лишним грузом будет. Вот только… Марх немного подумал. Посмотрел на Авенира. Тот поглощал кашу – без аппетита, словно зачарованный - явно не расположен к разговору.

- Дай нам горшочек с редким маслом. Как его, которое из корня пескорлии добывают. Очень уж вкусное, будем кролей им поливать.

Купец оскалился:

- Даже бровью не веди. Отолью по-дружески. Эй, Жмых – слышал про масло? Вот и двигай. А юнец твой чего пожелает?

- Да не надо ему. Книжек начитался – теперь месяц, как лунь под укропом – ни слова, ни взгляда. Ему и так весело.