Венец Тёмной изгнанницы

Глава 13

Таисса очнулась от вибрации, пронзающей всё тело. Она висела в вертикальном положении с раскинутыми в стороны руками и ногами, и что-то упиралось ей в спину.

Мысли путались. Чудовищно ныло в груди, где рана поджила совсем немного. А ещё Таисса ощущала… что-то. Холодную чужую руку, внушающую ей безволие. И хватка этой руки на висках становилась всё сильнее.

Излучатель. Почему-то сейчас это казалось совершенно неважным. И паникующий голос из глубин подсознания, кричащий о том, что ей нужно разорвать оковы и бежать, немедленно – тоже. Должно быть, так чувствовали себя все остальные заключённые.

Глаза словно засыпало песком, но с третьей попытки Таиссе удалось их открыть. Она моргнула, привыкая к почти полной темноте, оглядываясь вокруг зрением Тёмной.

И вздрогнула, несмотря на деланое безразличие, навеянное внушением.

Длинная, узкая комната в полутьме. Справа от Таиссы висело зеркало во весь рост, и она видела в нём себя – такую, какой она была сейчас, висящую на туго закреплённых цепях. Длинный металлический стол, покрытый засохшими потёками крови, начинался в двух шагах от неё, а слева на стене в холодном безупречном порядке висели инструменты.

Таисса задохнулась, поняв какие.

Она смотрела на орудия пыток. Здесь не было страшных инструментов из Средневековья, но того, что она видела, было достаточно, чтобы заставить её мать упасть в обморок. Таиссу замутило, когда она посмотрела на стойку со скальпелями, далеко не одноразовыми и не простерилизованными.

И, словно ей этого было мало, в дальнем углу стояла многообещающего вида конструкция, похожая на пыточное кресло.

Кажется, это было вовсе не то, что Лара обещала им троим.

Впрочем, сейчас Таиссе было не до смеха: волны, которые посылал по всему её телу излучатель, становились всё жестче и резче.

Но она смогла противостоять излучателю Виктории. Смогла отвлечь тюремщицу с излучателем. Вернон смог сбить с себя излучение Хлои. Нужно было лишь постараться, лишь напрячь всю свою силу воли…

И сейчас у неё был очень весомый аргумент в пользу того, чтобы это сделать. Например, пыточные орудия на стенах и кресло в углу.

Таисса сжала зубы, стараясь не обращать внимания на боль в ране. Утихнет. Лара была права: она регенерирует.

Она попробовала пошевелить запястьем. Ещё раз. Ещё. У неё всё получится. Кто бы ни притащил её сюда и ни подвесил на цепях, он её не получит. Она сбежит и найдёт остальных. И Вернона, и отца.

Её отец… во имя всего святого, что с ним сейчас делают? С тем, кто носил фамилию Пирс, не просто не станут церемониться: его раздавят.

И она… обязана была… их… остановить!

Таисса рванула обе руки из цепей, и те осыпались, будто пластиковые.

Она рухнула на пол лицом вниз, и излучение сразу ослабло.

Сейчас Таисса была слишком слаба, чтобы войти в сверхскорость. Но сил, чтобы отползти, ей хватило.

Она едва почувствовала, как рвутся цепи, сковывающие ноги. Ужасно хотелось застыть здесь, на полу, и заснуть.

Но если она это сделает, велики шансы, что она не проснётся вовсе. Или проснётся в ещё худшем месте, чем здесь.

Таисса приподнялась на локтях, закусив губу. Встала на колени, собирая все силы. Сколько часов она провисела под излучением? Сейчас, даже разорвав цепи, она чувствовала себя беспомощнее новорождённого котёнка.

Неважно. Время было выбираться.

Первые шаги были самыми трудными. Гравитация обрушилась на неё такой тяжёлой волной, словно её ступни весили несколько тонн. Как она будет драться в таком состоянии? Как?

Она восстановится. В любом закутке, в любом углу, на лестнице – неважно. Главное – не терять надежды.

А потом дверь камеры хлопнула, и сердце Таиссы рухнуло.

В дверях стоял Тор.

– Виктория, – невозмутимо сказал он, глядя на Таиссу, – послала меня заняться безопасностью здесь, раз уж вы побезобразничали на наших базах внизу. И, кажется, не зря. Представь моё удивление, когда нам пришёл сигнал об открытой камере и внутри нашли вас.

Драться с ним было бесполезно. Не в её теперешнем состоянии.

Но она попробует. Потому что иначе…

– Где Вернон? – спросила Таисса, стараясь сохранять голос спокойным. – И что с моим отцом? С Павлом?

– Юный Лютер спит и в безопасности, – пожал плечами наёмник. – И будет спать ещё долго. Что до твоего отца и рыжего мальчишки… – Он оскалил зубы. – Знаешь, электронным мозгам под излучателем приходится нелегко. Думаю, они тебе это подтвердят. Впрочем, чипы, нейтрализующие боевые импланты, им тоже вкололи.

Тор скрестил руки на груди.

– Я жду транспортника с Викторией, – сказал он. – Забавный план вы придумали: втроём напасть на целую платформу. Вот только одна нестыковочка: кто же сделал нам царский подарок, оставив вас в камере?

Тор наклонился вперёд, и его голос перешёл в шипение.

– И где они сейчас? Светлые? Никто другой не смог бы сюда проникнуть.



Ольга Силаева

Отредактировано: 24.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться