Венец Тёмной изгнанницы

Глава 15

Таисса очнулась оттого, что замёрзла. Как Тёмная, она неплохо переносила холод, но, судя по ощущениям, вокруг было около нуля градусов по Цельсию, не выше.

– Просыпайся, Таисса-засоня, – шепнул голос Вернона ей в ухо. – Время для романтического свидания на высоте.

– Хм?

– Термоконтур еле выдерживает нас двоих, извини. Я поставил обогрев на минимум, чтобы беречь энергию. Открывай глаза.

Таисса зевнула, окончательно открывая глаза. И охнула в немом восторге.

Они висели посреди звёздного неба. Далеко-далеко внизу остались редкие сказочные облака, а вокруг…

…Царила вечная тихая ночь. И огромный серебристый дирижабль парил вдали.

– Какая красота, – поражённо прошептала Таисса.

– Как твоя голова?

Таисса прислушалась к себе.

– Лучше, – тихо сказала она. – А как ты?

Она взглянула на Вернона. В серые глаза цвета осеннего неба. В которые ей, наверное, никогда не надоест смотреть.

В которые ей осталось смотреть совсем недолго.

– Светлые, Тёмные, бывшие Тёмные и чёрт знает кто ещё, – произнёс Вернон. – И всем нужны эти излучатели. Я смотрю на этот дирижабль и думаю: может быть, не стоило проникать внутрь? Просто установить заряды под днищем и взорвать их? Несколько сотен жертв, но мир может вздохнуть спокойно.

– Ты бы так не поступил, – прошептала Таисса.

– Арифметика, Таисса-недоучка. Несколько сотен против нескольких миллиардов. Я бы сказал, что миллиарды побеждают с огромным отрывом. – Вернон провёл рукой по её волосам. – Впрочем, врать не буду: против тебя у них нет шансов.

– Будь я на дирижабле, ты бы вышвырнул детонаторы в море? – слабо улыбнулась Таисса.

– Или вообще за орбиту, – согласился Вернон. – А сейчас, раз уж ты пришла в себя, опиши мне ситуацию. Ты сказала, это твой отец запустил излучение по всему кораблю?

Таисса кивнула:

– Да. Чтобы обезвредить всех людей Виктории и потом уже…

– Освободить пленников и далее по списку, – кивнул Вернон. – Умно. Вот только одна загвоздка.

Он кивнул на дирижабль, и Таисса замерла, увидев приземлившийся транспортник. Всё-таки ей действительно не показалось…

– Виктория здесь, – прошептала она.

Вернон кивнул:

– Моя мать.

Он помолчал.

– Я миллионы раз представлял нашу с ней встречу, – сказал он. – Чаепитие в неловком молчании. Дурацкие семейные фотографии… может быть, я бы даже узнал, что у меня есть братья и сёстры, кто знает? Было бы кому дарить нелепые свитеры с оленями.

– Можешь подарить мне, – тихо сказала Таисса. – Красно-зелёный.

– Зелёные рога – самый шик, – согласился Вернон. – Кстати, у меня кое-что для тебя есть, раз уж ты так напрашиваешься на подарок.

Он достал из кармана совсем крошечный свёрток в шуршащей бумаге, размером едва ли с дольку мандарина. И очень осторожно вложил его в карман Таиссы.

– Не открывай его, пока я не разрешу, – предупредил Вернон. – А я не разрешаю.

Его лицо было очень серьёзно. И одновременно на нём было написано неимоверное облегчение.

– Что это? – Таисса слабо улыбнулась ему. – Ты же знал, что я спрошу.

– А то нет. Но тебе рано это пока знать, малышка. Подожди.

– Что-то мне подсказывает, что с этим подарком связана история, – задумчиво сказала Таисса.

– И непростая. – Вернон глянул вниз. – Помнишь мальчика и девочку, что собирались штурмовать разрушенный замок Майлза Лютера?

– Почему-то всегда, когда я вспоминаю ту ночь, хочу оказаться рядом с тобой у костра, – негромко сказала Таисса. – Посидеть и погреться вместе.

– Ещё посидим, Таисса-мечтательница. – Вернон провёл рукой по её волосам. – Уверен. Теперь… теперь мы…

Он оборвал себя.

– Потом. Всё потом.

– История, – напомнила Таисса.

– У меня часто стоит перед глазами та сцена, я и ты, – сказал Вернон негромко. – Скрытые скалами, готовые рискнуть жизнью… и я знал, что уже через пару часов ты меня возненавидишь, а следующим утром будешь думать, что я…

– Шшш. – Таисса коснулась его щеки. – Не нужно. Ты не посвятил меня в свои планы, но я не пожалела, что тебе доверилась.

– В твоём кармане память о той ночи, – тихо сказал Вернон. – Совсем небольшая… но очень важная. Я тебе всё расскажу.

Их губы были совсем близко. А в глазах Вернона было выражение, которого Таисса не видела с тех пор, как он пообещал сделать Хлою Кинни Хлоей Лютер.

Но Хлоя всё ещё существовала.

Таисса отстранилась.

– Я, кажется, пришла в себя, – сказала она. – Что будем делать?

Вернон кивнул на дирижабль.



Ольга Силаева

Отредактировано: 24.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться