Венец Тёмной изгнанницы

Глава 18

Сознание возвращалось рывками, медленно. Таисса тихо застонала, не открывая глаз.

– …Она проспала совсем недолго. Это никуда не годится.

В холодном голосе Виктории было недовольство.

– Но сигнал прошёл. От нас до базы, на спутник и обратно сюда. Всё сработало, разве не видишь?

– Кстати, где Дир? – резко спросила Виктория. – Я хочу его видеть.

– А придётся обойтись мной.

Таисса распахнула глаза, услышав знакомый голос Вернона.

– Итак, ваш милый детский эксперимент закончился, – констатировал Вернон. – Я рад. Поаплодируем достижениям научной мысли. Всё. Я сознаю, что вряд ли мне удастся убедить тебя оставить в покое эту прекрасную планету и уехать возделывать клубничные плантации, но к Таиссе Пирс ты больше не прикоснёшься.

Скрестив руки, он стоял над кушеткой, на которой лежала Таисса. Напротив стояли Виктория и человек в белом халате. Врач?

Виктория сделала знак своему спутнику уйти и повернулась к сыну:

– Это решать не тебе.

– Ой ли? – Вернон пожал плечами. – Ну, давай, пригрози ещё раз её отцу и остальным заложникам. Скажи мне, как ты будешь загонять иголки под ногти всем, кому Таисса Пирс хоть раз подавала руку. Ты получила её кровь. Испытала на ней это проклятое внушение – и не думай, что я прощу тебя и Дира за это так просто. Твои игры с ней закончились.

На лице Виктории промелькнула странная улыбка. На миг Таиссе стало очень не по себе.

А потом она пожала плечами:

– Я сделала всё, чтобы с девочкой ничего не случилось. Она всего лишь немного поспала. Но она нужна нам для следующих экспериментов, и тут уж ничего не попишешь, Вернон. Если девочка будет упрямиться, внушения не избежать.

– Кажется, кто-то серьёзно рискует остаться без титула «Лучшая мать года», – заметил Вернон.

Виктория смерила его подчёркнуто спокойным взглядом:

– Жду вас в рубке через десять минут. Мне предстоят переговоры с Эйвеном Пирсом по поводу того, кто на самом деле должен возглавлять бывших Тёмных, и будет неплохо, чтобы он видел свою дочь перед глазами.

Она холодно улыбнулась.

– А заодно, – уронила она, – мы проведём наш следующий эксперимент. Пора нам сделать первый ход. Будь уверен, сын, Светлые запомнят его надолго.

– Что-то мне подсказывает, – медленно произнёс Вернон, – что этот урок будет не на тему дружбы и взаимопонимания.

Виктория в упор взглянула на него.

– Кстати, что это такое я слышу о разорванной помолвке?

– Правду, – легко сказал Вернон. – Утритесь своим пакетом «Бионикс» и идите к дьяволу, я выбираю нищету и свободу. Пусть Хлоя выходит замуж за кого угодно. Чёрт подери, да после того, что она сделала, я скорее обанкрочу корпорацию и разделю её на сотни частей, чем отдам её тебе и твоему «Имитрону».

Глаза Виктории блеснули.

– Хочешь сам попасть под излучатель? – опасным тоном сказала она.

Вернон только засмеялся:

– У меня иммунитет, как и у тебя, мама. Правда, удобно?

– Упрямец, – бросила Виктория сквозь сжатые зубы. – Ты хуже Майлза. Ты мой сын и должен доверять мне. Всё, что я делаю, делается ради блага «Бионикс» и твоего блага. И Хлоя для тебя – наилучший выбор, какой только может быть.

Вернон устало прикрыл глаза.

– Мама, – тихо сказал он. – Ты можешь попытаться даже выбрать мне носки и туалетную бумагу. Вот только какой смысл? Я же не деревянный солдатик на полке.

Лицо Виктории изменилось.

– Вернон… – так же тихо сказала она. – Если бы я могла… Но сейчас не время для задушевных разговоров за чашкой чая. Поздно приносить тебе молоко в постель. Мне нужна Хлоя и её союзники. Мне нужен ты: Эйвен Пирс признает тебя, и его люди тоже. Мне нужно запустить внушение со спутников как можно скорее. Я не могу позволить себе побыть женщиной и матерью даже пять минут. Только победительницей.

Несколько секунд они с Верноном смотрели друг на друга.

– Как жаль, – только и сказал Вернон. – Ведь единственного способа победить ты только что лишилась.

Лицо Виктории стало жёстким.

– Если ты не хочешь помогать своей матери, подчинись силе. Работай со мной на моих условиях – иначе и Таиссу Пирс, и её отца ждёт такая судьба, что они позавидуют Тёмным, погибшим на войне. Ненавидь меня, если хочешь, но ты не посмеешь ни расторгнуть помолвку, ни встать у меня на пути, ни отказаться выступить компромиссной фигурой, которая будет стоять, молчать и улыбаться, пока я за твоей спиной буду делать всю работу. И пока ты будешь выполнять мои условия, у твоей любовницы будут два глаза и десять пальцев. Ты всё понял? Или хочешь сказать что-то ещё?

Вернон молчал, совершенно белый.

Виктория яростным жестом с силой провела рукой по лицу, стирая слёзы.

– Точно понял? – звенящим голосом сказала она. – Или мне выбрать для тебя цвет носков, может быть? Когда тебе исполнился год, я приехала к Майлзу, и у меня были премиленькие оранжевые шерстяные носочки для тебя. Он показал их тебе, бросил в камин, а потом ударил тебя по щеке, когда ты заплакал. Я попыталась перехватить его руку, но меня вывели вон, и я потеряла все инвестиции за полгода; мы едва не пошли ко дну. Тем вечером я лишилась сердца. Но всё ещё можно поправить. Я могу его вернуть. Только будь на моей стороне.



Ольга Силаева

Отредактировано: 24.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться