Венец Тёмной изгнанницы

Глава 20

Чуда не произошло.

Никто не остановил аппаратуру в последний момент. Никто не ворвался, чтобы вытащить её из кресла. И никто не стоял между ней и Верноном теперь, готовый уберечь её от непоправимой ошибки.

Она должна была сделать то, что должна.

Выбора у Таиссы не было.

– Вернон, – мысленно позвала она. – Ты меня слышишь?

Во время прошлого внушения они с Диром могли общаться, пусть её мозг и был загружен поиском координат. Но сейчас…

«Пирс? Что происходит?»

Мысленный голос Вернона она ни с чем не могла бы спутать.

– Моего отца убьют, если я не сделаю внушение тебе, – сказала Таисса. – Просто, правда?

Молчание.

«Да. Могу догадаться, что это за внушение. Любить мамочку покрепче?»

– И Хлою. И… не меня. И не мою семью.

В беззвучную мыслеречь Вернона отчётливо вкралась ирония.

«И что же, ты будешь читать мне лекцию о преимуществах родительской любви? Или сразу начнёшь с того, чтобы расписать достоинства Хлои в постели?»

– Вернон… – беззвучно прошептала Таисса. – Я должна это сделать. Ты знаешь свою мать. Она бросила мне на колени муляж головы моего отца… не знаю уж, где она его взяла. Меня трясёт до сих пор. Если голова окажется… настоящей…

Молчание.

«Я понял, Пирс. Дай мне немного подумать».

– Вернон…

«Совсем немного».

Таисса глубоко вздохнула.

– Конечно. Жаль, что я не могу тебя увидеть.

Она вдруг совершенно отчётливо услышала его смех.

«Конечно, можешь. Это же лимбо, переплетение психик, и ты влияешь на мои мозги. Представь себе берег моря на рассвете. Твёрдый песок, в котором не увязают пятки. Одежду… нет, одежду не представляй вообще. Закрой глаза, Пирс. Твори реальность».

Море…

Таисса закрыла глаза в темноте.

И тут же услышала плеск волн. Часть мощи Храма была рядом и творила реальность для неё. Кусочек сна Великого Тёмного, воплотившийся в жизнь.

– Великий, – прошептала Таисса. – Как жаль, что тебя нет здесь.

Но у неё был Вернон. И были эти пять минут.

Таисса провела рукой по твёрдому песку, на котором она сидела. И открыла глаза, вслушиваясь в шум прибоя.

Пляж был диким, неубранным после шторма, и вода казалась серой под рассветным небом. Но это было совершенно реальное море. И совершенно реальный Вернон в закатанных штанах и расстёгнутой белой рубашке, сидящий рядом с ней.

– Привет, – просто сказал он.

Таисса кивнула:

– Привет.

Вернон подобрал плоский камешек, задумчиво подбрасывая его на ладони.

– Самое страшное – потерять память навсегда, потому что ты теряешь прежнего себя и даже не осознаёшь, что с тобой произошло, – сказал он. – По сравнению с этим одно-единственное внушение – капля в море.

Таисса невесело улыбнулась:

– Серьёзно?

– Серьёзно.

Вернон перевёл на неё спокойный внимательный взгляд.

– Это мой долг перед тобой и твоим отцом, который я выполню, – просто сказал он. – Мы могли бы попробовать притвориться, что ты сделала мне внушение, но меня раскроют моментально. Но ты не сделаешь из меня пустую марионетку и не внушишь слепого беспрекословного подчинения, Пирс. Этого я тебе не позволю.

– Я этого и не сделаю, – прошептала Таисса. – Но я не знаю, как я потом верну всё обратно. Внушение такой силы… может быть, даже Великий Тёмный не сможет…

– Или не захочет, – кивнул Вернон. – Но раз уж в последнее время у меня в традиции делиться с тобой последними сокровищами ради твоей улыбки, странно было бы отступать сейчас, да?

Таисса вскинула на него взгляд. В глазах Вернона застыла боль.

– Если бы моя мать была другой, – с трудом проговорил он. – Если бы мы все могли бы сосуществовать…

– Но мы не можем, – прошептала Таисса.

– Нет. Не можем.

Он невесело усмехнулся:

– Может быть, мне остановить сердце прямо сейчас, чтобы не быть камнем преткновения для всех могущественных Тёмных женщин этого мира? Я готов.

– Только не забудь сказать, где спрятал кардиостимулятор.

Вернон тихо засмеялся.

– У нас ещё будут приключения вместе, Таисса-зануда. Когда ты расколдуешь меня, я совершенно точно поведу тебя и в кино, и в парк аттракционов, и даже на нудистский пляж.

Он прикрыл глаза.

– И ещё одно. После внушения я могу на это не согласиться, так что внуши мне и это тоже. Все акции твоего отца, которые находятся в моём доверительном управлении, возвращаются под его опеку. «Бионикс» будет принадлежать ему. Пусть защищает корпорацию от Светлых, от моей матери, от кого угодно.



Ольга Силаева

Отредактировано: 24.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться