Венец Тёмной изгнанницы

Глава 24

Таисса очнулась в рубке. Она сидела с запрокинутой головой в удобном кресле, и чуть ниже её левого локтя торчал катетер, из которого тонкая трубочка вела к портативной капельнице, закреплённой на плече.

Таисса шевельнулась. Как ни странно, она чувствовала себя куда лучше. Яд, если он ещё остался в её организме, отступил куда-то на задний план.

Она обвела взглядом зал.

Её отец и Дир стояли у панорамного иллюминатора спиной к ней, тихо совещаясь. Вернона нигде не было. Хлоя Кинни с отсутствующим видом сидела на полу, но, когда они с Таиссой встретились взглядами, в глазах Хлои мелькнула самая настоящая ненависть.

А рядом с Таиссой в соседнем кресле сидел Павел, закинув ногу за ногу. Таисса с облегчением улыбнулась ему, и он сжал её руку, погладив пальцы.

– Какие новости? – хрипло спросила Таисса.

Павел невесело усмехнулся:

– Всякие. Ты сама как, жива? Мы тут все с ума сходили.

Таисса прислушалась к себе.

– Кажется. Я всё ещё отравлена? Или уже нет?

– Твой отец сказал, что капельница не то замедляет действие, не то нейтрализует его на время. Я не специалист, подруга. Главное, что ты на тот свет не отправилась. – Павел серьёзно смотрел на неё. – Я бы с ума сошёл, если бы да.

Таисса сжала его руку в ответ.

– Я рада, что с тобой тоже всё в порядке, – тихо сказала она. – А где Тор?

– Попытался покончить с собой, когда ему сняли блокирующий чип. Этот парень сильно изменился, когда ему стёрли память. Вот только ему забыли внушить, чтобы он не копался в своей электронной памяти, а он туда полез. Ну, и огрёб по полной.

Таисса вздрогнула.

– В его голове остались записи, как он пытал Светлых и Тёмных? И меня?

– Ну конечно же. А ты как думала? Мы с ним поговорили и дали ему выбор: или заблокировать ему память, или вернуть воспоминания и дать постоянное внушение, чтобы он вёл себя хорошо, или… или его прежней личности придётся за всё ответить.

– И… что он выбрал?

– Тор просит дать ему время, но вроде бы склоняется к тому, что к чёрту такие воспоминания. Я его понимаю.

Павел встал.

– Позову твоего отца. Тебе нужно что-нибудь? Честно, готов вокруг тебя прыгать, пока не рухну, лишь бы с тобой всё было хорошо.

– Всё хорошо, – мягко сказала Таисса. – Иди. Ещё поговорим.

Павел отошёл, а секунду спустя Таисса замерла.

В рубку вошёл Вернон.

В джинсах и свитере, подтянутый, бледный, с совершенно сухими глазами. Не встречаясь взглядом ни с кем, он подошёл прямо к Хлое, наклонился к ней, протягивая ладони, и Хлоя, уцепившись за них, встала и тут же рухнула ему в руки. Вернон обнял девушку одной рукой и тихо заговорил с ней о чём-то, гладя её по волосам.

Таисса молча отвела взгляд. И не удержалась от вздоха облегчения, когда увидела, как её отец идёт к ней. Обычной, почти уверенной походкой.

…Почти. Его глаза всё ещё были закрыты.

Таисса приподнялась было, чтобы помочь ему усесться в кресло, но её отец покачал головой:

– Я сам, Таис.

Он сел, Таисса протянула руку, и их пальцы встретились.

– Чем меня отравили? – тихо спросила Таисса. – Алкалоиды? Какие-то экзотические эндемики?

– Скорее второе, но я не уверен, – спокойно сказал её отец. – Боюсь, тебе грозят капельницы каждую ночь, пока мы проводим исследования. Регенерации недостаточно.

Таисса прикусила губу.

– И это растянется на недели? На месяцы?

Тёплые металлические пальцы сжались в её руке.

– Мы задействуем ресурсы моего отца, так что всё, что может быть сделано, будет сделано, – мягко сказал Эйвен Пирс. – Кроме того, всегда есть «Бионикс». Посмотрим, что дадут нанотехнологии.

– Только не нанотехнологии, – произнесла Таисса с отвращением. – Будто мне мало нанораствора.

– Нанораствор тебя не беспокоил? Всё это время?

Таисса покачала головой:

– Нет.

Её отец кивнул.

– Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь видеть. Бионические глаза существуют, но то, каким способом меня… ослепили, выжгло слишком много систем. Погибли нервы, и время упущено.

– Но шанс есть? – дрогнувшим голосом спросила Таисса.

– Шанс есть всегда. Ты же знаешь.

Таисса накрыла его руку второй ладонью поверх сплетённых пальцев.

– Дир уже тебе всё рассказал? Про гибель Виктории?

– Как он мог мне не рассказать?

– Это катастрофа, да? – тихо спросила Таисса. – Вернон теперь навсегда станет нашим врагом? Теперь, когда его чувства ко мне забыты?

– Чувства никогда не исчезают бесследно, Таис, – отрешённо произнёс её отец. – К сожалению или к счастью.



Ольга Силаева

Отредактировано: 24.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться