Венок сонетов

Font size: - +

5. Зеркальный коридор (Иллэнэ. Рум)

«Если человек хочет следовать богам, то его любовь должна быть такой же свободной, как у них, а вовсе не как неодолимая сила, давящая и раздирающая нас. Но странно, чем сильнее она завладевает своими жертвами, чем слабее они перед ней, в полном рабстве своих чувств, тем выше превозносятся поэтами эти жалкие люди, готовые на любые унижения и низкие поступки, ложь, убийство, воровство, клятвопреступление… Почему так?»

(с) Таис Афинская

 

Я знаю миры, где тени становятся людьми. Я знаю миры, где люди становятся тенями. Я знаю одних, кто умеет из клочка твоего воспоминания воссоздать живую душу из окончательной смерти. Я знаю других, кто способен влачить свою бессмысленность по дорогам, насаждая ее там, где она не сможет прорасти. Но я не знаю той дороги, где мы будем вместе – всегда. Потому что на любой дороге мы просто - вместе.

Трактир назывался неприхотливо «У Дороги». Вовремя. Крыша над головой, скромный ужин, постель с небеленым полотном за серебряную монетку – и никаких докучливых посетителей. Трактир пустовал, я оказалась единственной гостьей в эту ненастную ночь. Трактирщик не особо расспрашивал меня, да и я не горела желанием рассказывать о судьбах мира. Поев, я поднялась наверх, к вожделенной постели. Но поспать мне удалось нескоро.

Трактиры «У Дороги» славятся загадочным непостоянством. Я открыла дверь – и оказалась на дворе. Над головой стыло низкое холодное небо, а впереди была Дорога. Вот ведь! Я оглянулась. Позади тоже была Дорога. Серебряный - псу под хвост.

Впереди одиноко торчала Дверь. Ну конечно. Куда ж без одиноких Дверей на Дороге для уставшей и продрогшей странницы. Вокруг Двери медленно проявился дом. Это уже интересно.

- Есть кто дома? – постучала я, ответом мне была тишина. Ну и ладно. Если мне не достанется уютная постель, так хоть неуютное приключение. Я открыла Дверь, и сделала шаг.

Так я попала туда, куда меня недвусмысленно пригласили. В комнату, полную старых кресел, картин, ваз. Там были окна, занавешенные шторами. За окнами стыли разные пейзажи. А над другой дверью висел мой портрет. На плечах у меня лежали руки. За спиной был мужской силуэт. Лица его я не могла разглядеть.

На других стенах тоже висели портреты. Я рассмотрела их – девочка и старуха. У меня не было детства – но я могла бы поклясться, что так я могла выглядеть в нем. У меня не будет старости – но я могла бы поклясться, что так я могла бы выглядеть в ней. Пространство навязывало мне свой сюжет и говорило о конечности бытия.

«Это все?» - я мысленно задала вопрос Дому, но Дом молчал. И тогда я ступила за порог второй двери. А когда на мои плечи легли руки, я развернулась, чтоб оттолкнуть шутника. Моя рука привычно сжала посох – но я вспомнила, что посох остался у трактирщика. Непростительная оплошность. Впрочем, позади меня была пустота. Что не мешало незримым рукам лежать на моих плечах.

- Ты кто? – задала я самый умный вопрос.

- Узнаешь, - приятный спокойный голос был мне ответом.

- Как твое имя? Тебе нужна моя помощь? Ты будешь вести меня? Зачем я тут?

Он молчал. Я ощупала плечи – мои руки легли на место незримых чужих, но когда я убрала их, то ощущение вернулось. Я пожала отягощенными плечами, смахнула незримые пылинки с плаща, и пошла вперед. Впереди был темный коридор.

- Хоть нажми на то плечо, куда свернуть надо будет, - проворчала я. Он даже не усмехнулся. Хотя мог сделать это молча. Но миг спустя я свернула вниз. И летела долго – к сожалению, мой плащ не обернулся в крылья. Казалось, эти руки толкали меня вниз. Зато я спланировала на дно каменного мешка, как сухой лист. На его дне был круг из камней, а в нем – выложены слова «Дойди до конца».

Меня пригласили в странную игру, правил которой я не знала. И я ступила в круг, поскольку там не было больше ничего интересного. Мир вокруг поблек, а затем прояснился.

Это был один из безликих, мощенных булыжниками Городов с узкими и нависающими домами, с островерхими крышами, окнами незримых небоскребов вдали. На сломе эпох, миров и времен. Холодно, пар изо рта клубился густыми свитками. Невидимое небо давило очевидным отсутствием.

- И что от меня требуется? - со смутной надеждой спросила я уже руки, почти привыкнув к ним.

- Добрый вечер, - сказала девушка. Появилась будто бы из теней.

- Доброй ночи, - сказала я. Девушка была бледна, высока, одета не по погоде и очень красива. Только холодные оценивающие глаза портили впечатление благожелательности, привычно написанной на холеном точеном лице. В глазах стыл голод. Я знала таких, как она.

- Что это за город?

- Город, - ответила она, улыбнувшись одними губами.

- Как его имя?

- У него нет имени, - она пожала хрупкими плечами, - Просто – Город.

- У всего должно быть имя, - заметила я. Сейчас наверняка будет долгий разговор, а потом у меня начнутся проблемы. Я ошиблась в первом, но, к счастью, не ошиблась во втором. Профессиональное чутье – это главное.

  • Вы продрогли, зайдите к нам, согрейтесь, - она кивнула в сторону дома. Я задумалась только на миг. Так – не приглашают согреться. Тот, от кого веет холодом, как из могилы, не может согреть даже добрым словом. Я покачала головой.



Александра Хортица

Edited: 11.12.2018

Add to Library


Complain