Венок сонетов

Font size: - +

8. Песни пустоты (Айлитир. Иллэнэ. Рум.)

Путь через пустоту - тоже путь.

Не подавайся очарованию пустоты, и тогда получишь шанс идти ее путем.

(Кодекс Странников)

 

Я сжал виски, падая ниц, сдерживая вопль ужаса и боли. Чужое воспоминание рванулось наружу. И не только воспоминание. Она - тоже. Они. Оба. Оба – во мне. Алый ветер и черный вихрь. Пламя и бездна. Разрушение и разрушение. Две твари, две души, две любви. Зачем мне они? Зачем они – во мне?

«Проклятые шаг, шаг, еще шаг. Сколько раз так уже было... Проклятая белизна...»

Чья это была мысль? Ее? Моя? Не знаю. Я бывал в Белизне, я шагал ее просторами, но никогда она не давалась мне так тяжело, как ей. Почему так? Наверное, каждому свое. Страннице Иллэнэ – великая Пустота, в которой она истребляет тварей, будто бывалый охотник. Мне – просторы Белизны, места, на котором рисуются миры.

Но - шаг, шаг, еще шаг. Память услужливо подставила образ заснеженной равнины, бесконечные снежные поля от и до. Ни деревца, ни дома, ни следа. Если оглянуться, то позади тоже не будет следов. Но она не будет оглядываться. А почему же так холодно, а? Нет, ну почему - вспоминается только самое неприятное из странствий. Не ходите, странники, в Белизну гулять.

Почему вообще ей пришло в голову сокращать путь через Белизну... Нет, не сокращать, не ври себе, милая. Сбегать. Опять сбегать. В вечном стремлении оставаться независимой и свободной. Нет, снова лжешь. Или - полуправда. В этот раз руку греет цветок, проклятый цветок, выточенный из хагранда. Хорошее слово. И такое знакомое, верно? Откуда? Что это? Не важно. Идти вперед, надеясь вынырнуть в мир потеплее. Потеплее - ключевое слово. И почему цветок греет? Это не может греть...

Но почему так холодно? Огонь живой души гасится в снегу. Потому и холодно. Потому что ты рванулась сюда, чтоб у самого края вытащить его, дракона, вестника, крылатого – не важно. Любимого. Вытащить из ничто, на которое он себя обрек. Я правильно понял, что у вас случилось?

Сможешь пройти и выйти? Ведь танцевать нельзя. Ни в коем случае. Тут тебе танцевать нельзя, пламя и ветер. Тут - Белизна. И если уж сунулась сюда, иди, топай босыми ногами. Раз уж вспомнился глупый образ - босые ноги. Холодно, пути и тропинки, как же холодно! Ищи, ищи его, странница. Зови, создавай его мир наново. Рисуй музыкой, кровью, душой того, кого не стало, чтобы ты была свободной навсегда.

Музыка звучит внутри. Это хорошо. Это тоже греет. И только музыка держит. Но танцевать нельзя. Иначе исторгнет тебя Белизна туда, в Пустоту. А туда тоже нельзя, потому что в руках эта гадость. Эта красота, невесомая сказочная чернота хагранда. А танец рвется наружу. Тот, что танцевать тебе в одиночку нельзя. Нет, можно, но незачем. Не для кого. Для себя? Нет смысла. Не сорвись, Иллэнэ, иначе упадешь в бездну.

Вот почему он так тебя любит, твой дракон. Из-за музыки. Той, что ты в нем увидела. То, что ты в нем увидела и сделала музыкой. Это ваша музыка, без которой и он не он, и ты какая-то не ты. А нельзя танцевать под эту музыку одной, нельзя, права не имеешь. Эта музыка стала причиной рождения того, кого он назовет сыном, а ты так и не рискнешь. Сын, был ли он? И для чего?

Бред Белизны. Иные пути, чем даже в Круге Снов. А что такое Круг Снов? В мирах стоилько мест, все они как-то называются, почему бы и не быть вот этому месту с таким названием. Ты и так уже плохо себя помнишь, а тут еще какой-то круг снов. Танцуй, или забудешь остальное.

Танцуй, или цветок в твоих руках раскроется, перестав быть цветком, а станет дверями для Пустоты. И его не спасешь, и себя потеряешь, и даже твой вечный брат-в-отражениях не спасет тебя. Не вечно же спасать ему тебя от пустотных тварей? От самой себя?

Танцуй. Танцуй, помня о том, что только из-за этой музыки он, твой родной и ненавистный, не может найти себя. И тебя. И понять, почему же он, такой великий и сильный, полюбил (ой ли, это теперь так называется?) тебя, простую (ой ли, это теперь так называется?) странницу.

Не важно. Она будет танцевать только с ним и только для него. Музыка как страсть, музыка как смерть, музыка как любовь. И как дорога. И как - Путь! Проклятое расставание без разлуки. Она еще верит в это?

Шаг. Шаг. Еще шаг. Прямиком через Белизну, пространство чистого листа, по которому разворачиваются бесконечные миры Многомирья. Пространство живого полотна, равнодушного, абсолютного, лежащего поверх великой творящей пустоты, которая так похожа на голодное ничто, что легче легкого спутать. Шаг через полотно, на котором творцы рисуют новые истории бытия.

И она сорвалась. И рванулась в Белизну музыкой яростного хаоса, который они пели и танцевали вместе. И Белизна расступилась, исторгнув чужое в бездну. А вот там цветок уже раскрылся, поглощая их обоих, странницу Иллэнэ и дракона Вегурдарни. Но она уже не помнила этого. Это уже помнил я. За нее. В который раз? И было ли начало?

Все, что я мог – это попытаться отпустить их куда-то еще. В какие-то миры, времена и судьбы. В пространства, где у дракона есть крылья, а у плясуньи – пламя и танец. У меня получилось? Не знаю.

Мы все - чистая воля движения и познания. Тот станет таким же, кто почует страсть к дороге, безумную свободу. Тот покинет время, чьи пути лягут сквозь вечности по спиралям веков, по ступеням эпох. Бесконечно разнообразие Междумирья, связующего миры. Но это пространство отнюдь не так безоблачно и безопасно для странников, как может показаться.



Александра Хортица

Edited: 11.12.2018

Add to Library


Complain