Венок сонетов

Font size: - +

11. Через бездну странствий (Иллэнэ. Вегу)

«Этот странный дом - один из многих Домов-на-Перекрестках, многомерный узел пересечения дорог. Это способ выйти куда надо, способ узнать и понять. В нем есть двери, но в нем еще есть много чего. Это дом тысяч дверей, и есть среди них запертые. Их называют дверями странников, через них только заходят, и очень редко выходят. Говорят, те, кто уходит через них, могут поменять судьбу навсегда.

Эти двери – темные, украшенные листвой и цветами, и на них изображены фигуры. Порой – ангелы, порой – драконы, порой кто-то еще. К примеру, на этой – крылатая девушка. Глаза ее закрыты, а ноги босы. Она улыбается, а в руках у нее свиток. Если приглядеться, на свитке можно прочитать слова:

«У каждой двери своя загадка,
Кому-то горько, кому-то сладко,
Кому-то песня, кому-то стих,
Кто среди мертвых, а кто - средь живых,
Кто-то уйдет, а кто-то вернется,
Кто-то уснет, а кто-то проснется,
Кому-то пламя, кому - вода
Тебе - удача, ему - беда,
Тебе - начало, ему - конец
Всему причина, всему венец
Кому-то жизнь, кому-то сон,
У каждой двери - есть свой резон»

И еще не менее сотни странных безалаберных строк на запертых дверях. Загадка, да и только. Строки порой меняются, тают, исчезают. Впрочем, я ведь не про дом.

Не знаю я, почему решил все же писать о странниках. Долгое время мне это казалось бессмысленным и ненужным – кому пригодятся эти записки в пустом доме, эта старая тетрадь. Но время от времени, долгими зимними вечерами, моя рука тянулась к тетради и к перу, и я задумчиво сидел над белыми листами, и все никак не мог решиться.

Но время пришло. Я смотрю на эти странные двери в моем доме тысячи дверей, и знаю, что скоро, месяц спустя, или полгода – время тут не имеет значения, имеет значение лишь действие - я открою их и сделаю шаг.

Понятно, что именно странники, эти удивительные существа-явления, так разительно изменили меня. Я с самого рождения, а это было давным-давно, считал себя отчаянным домоседом. И вот…

Плохой из меня писатель. Наверно, стоит начать совершенно с другого. Итак. Мое имя – Грасс Де’Вигрр. Можно просто Грасс. Я – крылатый. Вестник. Чернокрылый. Был воином долгие столетия, возглавляя войска темного бога звездного кластера Астрос. Писать об этом нет никакого смысла – информацию про эту войну можно найти в учебниках истории тысяч миров. И смешное определение «ангел тьмы» несказанно забавляет меня. Как и нелепое слово «демон». Кого только не зовут демонами, если так подумать.

Но вот примерно тысячу лет уже, если по субъективному времени, я отстранен от дел. Об этом говорить тоже нет никакого смысла – ротация кадров в адских канцеляриях велика. Мирские проблемы великих войн мало волновали меня, я давно уже вышел из юного возраста, когда Горнило душ осчастливило меня великой судьбой крылатого воина. И когда я был счастлив той судьбе. Теперь мне все равно.

В общем, меня отправили на покой, охранять и сторожить один из узловых районов Всемирья, так называемый Дом Тысячи Дверей. Таких мест мириады, но основное их свойство – упорядочивание и устройство некой логики в хаосе переплетения межмирских дорог. Как правило, это Дома, а так же гостиницы, лабиринты, замки, усадьбы, дворцы, башни и прочие здания. Это творения Хозяев Дорог. О них я знаю еще меньше вашего. У дорог нет господ, но есть хозяева, так говорят. И на пересечении дорог строятся-растут, или же рождаются всевозможные Дома – для удобства многочисленных странников-меж-мирами.

Мне следовало следить за ними и вести перепись возможных путешественников, чтоб мои боги знали о том, что делается в мирах. Пожалуй, тут я впервые задумался о бессмысленности некоторых идей и проектов, о том, что не одной войной может жить воин. И что иногда совершенно не важно, за какую идею ты сражаешься, главное – сражаться. Рискованные мысли для того, кто приносил клятвы верности и выбирал путь на вечность вперед. Но я отвлекся.

Вот я уже постепенно перехожу к своему основному повествованию. Тысячу лет я являюсь стражем, служащим, метрдотелем странного отеля, уборщиком Дома, ключником тысячи открытых дверей, господином и слугой одновременно. Это порой интересно. А порой тоска овладевает мной, когда месяц за месяцем я провожу в одиночестве – ни одно живое существо, помимо Дома, не обитает тут. Птицы, что гнездятся на чердаке, безмолвны и вряд ли разумны. Химеры, хмуро охраняющие углы здания, собеседники еще те – я до сих пор сомневаюсь, живые ли они, хотя они часто меняют выражение лиц и положение тел. Но до бесед со мной эти женщины никогда не снисходили. Тут довольно безопасно – в сравнении с моим воинским прошлым, полным молний и демонов в алых небесах. Поэтому болото обыденности порой засасывает меня.

Странники… Я все никак не могу перейти к ним, а ведь я обещал себе, что моя история будет короткой – не больше, чем объем этой тетради. Домом пользуются многие. Лично я видел тут настолько удивительных существ, что и описывать их нет резона. В общем, чтоб было понятно, кто пользуется дверями Дома, почитайте священные книги своих миров да загляните в легенды и сказки, которые вы читаете детям по вечерам.

Они приходят, иногда отдыхают в гостиной, иногда даже ночуют в комнатах для гостей, которые проявляются специально к их приходу. Если им нужны собеседники, я покидаю уютные зеркала и тени в углу, выхожу к ним. Если они голодны, я создаю им еду и пьянящее питье для отдохновения. Но обычно они выходят из одной двери, и уходят в другую…



Александра Хортица

Edited: 11.12.2018

Add to Library


Complain