Венок сонетов

Font size: - +

17. Диалог в бездне (Айлитир. Рум)

Рума на этот раз я узнал сразу. Как-то даже уже не сомневался, что именующий себя Золотоглазым и Тенью жив. Ощущал это все время, занятое моей дорогой. Но не искал его, вовсе нет. Просто не сомневался, что он найдет меня сам.

Так и случилось. Стоило один раз неудачно умереть, угодив в пасть пустой твари, и ты тут как тут. Вытаскиваешь за шиворот, заглядываешь в глаза отчаянно и зло, говоришь нелепые и пафосные слова. И швыряешь прочь. Куда? В жизнь? В другую смерть? Что тебе нужно, Рум. Почему не оставишь меня в покое?

Вокруг был туман, и вокруг не было ветра. И я понимал, что оказался в плохом месте. Туманные пределы ловушки запредельно тесным кругом запирали меня в пространстве, у которого не было ни одного просвета.

Правда, Рум, кажется, был не очень рад тому, что видит меня. Он недоуменно метался по небольшому этому помещению, если его можно было так назвать. Я же сел у выгнутой стены, которая подрагивала под моей спиной. Вот камень, энергетическое поле или дерево, так сразу и не разобрать. Скрытое туманом, стеклянисто, неуловимо тающее – но создающее преграду вещество. Я не рвался наружу, потому что понимал, что никакой «наружи» нет. Есть пустота, в которой висит этот небольшой пространственный пузырь.

Я уже говорил, что люблю ловушки, расставленные на меня. Вот и сейчас, ощупав пространство, я понял, что это хорошая ловушка. Может быть, лучшая из возможных.

- Хватит метаться, Рум, - буркнул я, утирая лицо устало, - Ты в ловушке…

- Нет! – он развернулся яростно, полоснул меня невозможно-ярким взглядом, его глаза на побелевшем лице были все такие же васильково-синие, а вот волосы казались темнее. Изменил, окрасил? Да какая разница. Он был все же могущественным существом, вон, даже мир Ласк себе организовал. И чего не сиделось…

- Нет, Айлитир, это ты в ловушке…

- Вот как, - проворчал я, разглядывая его метания. Красочные блестящие одеяния развеивали тоскливую серость пространства, Рум был похож на яркую птичку, запертую в клетку. Грустно.

- Дошел до своего предела, а тут – конец твоего пути. И твоя странница не найдет тебя тут.

Вот оно что. Заманить меня, отделить от Иллэнэ, а там и к ней подступиться. Наверняка что-то такое придумал. Я подумал, что не хотел бы, чтоб она лезла в такие места. Так что пусть не находит. Но Рум явно собирался это говорить не тут. Оставить в записке. Написать огненными буквами на стене ловушки. Но пришлось говорить тут. Поэтому Рум поперхнулся, понимая, что и сам не найдет «мою странницу».

- Не найдет, - вздохнул я, - Какое несчастье.

- Ты не умеешь быть счастливым, - зацепившись за мои слова, продолжил бессмысленную и ненужную дискуссию, Рум. Я в очередной раз пожал плечами. Ну какие слова я могу еще найти, если в его сознании нет даже таких понятий. Он недалеко ушел в своем понимании мира от того дня, когда мы встретились впервые. Когда он был брошенной тенью. Когда жаждал силы и знания.

- Ну, наверное, не умею, - я потянулся, облокотился о стенку пространственного пузыря и расслабился.

- Нет, - ярился Рум, - подумай, странник, вот мы обречены тут провести… сколько там? – он с внезапной надеждой посмотрел на меня.

- Вечность, - лениво протянул я, разглядывая свою руку. Все это было донельзя нелепым. И откровенно не вовремя. Особенно если он прав, и я задержусь в этом месте.

- Ну вот, вечность, - раздраженно продолжил он. – Два старых врага…

- Устаревших, - пробормотал я.

- Что? Э. Ну так вот. Два старых врага, не способных ни выбраться отсюда, ни угробить друг друга окончательно, обречены лицезреть друг друга вечность… Ну почему ты такой спокойный? – он подался вперед, заглядывая мне в лицо. Васильковые глаза существа из мира теней замерцали туманом, в этом был привкус обреченности. Я улыбнулся.

- Я же не умею быть счастливым. Значит, и несчастным я тоже быть не умею, верно? – на это он не нашел что ответить, потому мы помолчали немного.

Пространство было серо, прозрачно и скучно. Как пузырю и полагается. По его затерянным в тумане стенкам пробегали блеклые белесые разводы, изредка полосы тумана окутывали нас и тут же растворялись.

Вообще-то ловушка предполагалась мне. Я обязан был, по мнению Рума, проторчать тут до скончания данной вечности, и не мозолить его глаза и душу, не бесить его своим правом на Дорогу, не раздражать его тонкий душевный строй. Но что-то пошло совсем иначе. И вот беда, несчастный демон оказался тут, в этом замкнутом пространственном кармане, вместе со мной. И даже добраться до Иллэнэ не мог. Как бы ни хотел.

- Ты думал, я умер, да? – неохотно спросил он, когда мы помолчали слишком долго, - Ты думал, что убил меня, да? Тогда, первый раз. И потом, когда за меня взялась странница… В Круге Снов, решил, что я сгинул окончательно. Но тогда, первый раз… Мы так и не успели поговорить об этом.

Не успели. Теперь вот говорим. Бедный Рум. Я поразглядывал его чуток. Потом сказал,

- Вообще-то да. Хотя, как ты понимаешь, такой цели у меня не было, - а ведь и правда, не было. Я защищался, я готов был дать ему то, что он хотел. Показать ему Дорогу, но ведь я сразу понял, что он не поймет. И мог, я ведь мог отстраниться? Просто уйти? Не разрешать ему доходить до конца, падать на самое дно? Я до сих пор не знаю, что это. Чувство вины? Сомнения? Не самое лучшее дело, когда общаешься с такими, как он.



Александра Хортица

Edited: 11.12.2018

Add to Library


Complain