Вера

Размер шрифта: - +

Вера

***
Семнадцать лет. Что может быть прекрасней? Весь мир у моих ног. Бутон наконец-то набрался сил и готов раскрыться. Теперь я готова стать взрослой и отдаться вся, целиком, этому миру. Я готова жить.
Теперь я взрослая.
Школьные друзья. Это - последняя наша встреча… в детстве.
Выпускной. Слезы. Счастье. Грусть.
Я стою на краю земли и выпускаю из своих рук детство. Игрушки. Мечты. Глупости. Отпускаю все.
Я ступаю крошечный шаг вперед – и срываюсь,… срываюсь вниз и растворяюсь в жизни.
***
Эта поездка – мое первое путешествие заграницу… первый полет.
Самолет плавно набирал высоту, унося меня в небеса. Унося в неизвестность. Таиланд.
Спасибо родительской поддержке.
Мы вместе со своими школьными друзьями решили провести это короткое лето вместе. Последний раз вместе. Последний раз так близко. Ведь дальше -университет, работа, свадьба, семья… Все это, хочешь не хочешь, отдалит нас до глубокого, болезненного «жаль».
Тонули в кресле, мечтали о всех тех нереально счастливых днях, что предстоит нам провести. Мечтали о Таиланде. О «бабьем лете» в нашем сентябре.
Но тогда еще не знали, что произошло в мире. Не знали. Да и не могли знать.

...
Я проснулась от сильного удара головой (вывалившись из своего кресла,  фактически влипла в спинку впереди стоящего сидения).
Боль? Страх и переживания вмиг смыли всё.
Волнение. Удивление. Шок.
(невольно осмотрелась по сторонам)
- Что происходит?
Ответа не было. Вопросы, вопросы, десятки глупых банальных вопросов вокруг витали, словно мухи в жаркий день. Никто ничего не понимал.
Еще толчок. Меня подкинуло на месте, так что  практически взлетела в своем кресле на фут в высоту.
И всё это сопровождалось каким-то жуткий, ужасающим, оглушающим звуком. Взрывы?…
Внезапно самолет перекосило, инстинктивно  уцепилась в подлокотники кресла, дабы не вывалиться и не растянуться на полу под ногами соседей. Изо всех сил пыталась удержаться...

Снижались. Быстро. Резко. Неестественно.
Падали.
И снова взрыв.
Туман облаков за окном стал развеваться. Теперь  отчетливо стало видно землю. По вертикали вниз... Мы мчали по вертикали вниз.
Но, но... не от того замерло, испуганно дрогнуло сердце... не от того.
Вся... вся  земля пылала. Сотни кострищ языками пламени тянулись к нам. Огромные шлейфы дыма отчаянно пытались скрыть от нас эту печальную картину, но ... не удавалось.
Пылающие руины.
Казалось, я мчусь в само пекло. В ад.
***
Мало что осталось в моей памяти. Обрывки фраз, криков, картины ужаса и кошмарного «сна».
А дальше – ничего. Ничего. Тишина и тьма. Тьма и покой.
Ничего не было. Меня не было.

Я так думала. Или хотела думать. 
Ошибалась.

Я все еще жива... 
В голову вновь ворвались мысли. Постепенно оцепенение стало отпускать. Боль. Она вернулась ко мне, повторяясь еще больше мучительным эхом.
За всей этой какофонией я не чувствовала своих конечностей. Казалось, что я – одна сплошная круглая масса. Жижа на траве, в серой земле.
Каждая клеточка моего искалеченного тела пищала, умоляла спасти ее, кричала, приказывала мозгу остановить весь этот ужас, эти пытки, спасти ее. Но что он может сделать? Как помочь? Оставалось лишь констатировать моему «я», моему сознанию, моей душе, что все плохо, все слишком плохо, но это пока… пока… скоро придет смерть и принесет покой. Все измениться. Скоро все измениться. И станет хорошо. Мне будет хорошо.

Я смотрела в небо, серое задымленное небо, и молила его забрать к себе. Поскорее.
Умереть.
И было не важно, что произошло, и что будет дальше. Просто вперед. Без оглядки. Вперед.

Но вместо тьмы. Вместо яркого света. Вместо ледяного взгляда смерти я увидела голубые глаза. Нежные, ласковые, напуганные, печальные глаза.
Ангел? Смерть? Вот так ты выглядишь? Вот так…
Вдруг его губы зашевелились, торопливо, нервно скривились, выдавливая из себя малознакомые для меня звуки… слова. Я ничего не понимала.
Мой спаситель выровнялся возле меня. Не знаю толком, что он сделал, но мне стало легче. 

(судя по шороху, по звукам, меня чем-то придавило, и теперь мой герой пытался справиться со всем этим – и достать меня из-под обломков)
И вдруг, вдруг резкий приход боли, она вернулась, в мгновение, в секунды. Резко, словно кто открутил вентиль...  адской лавой разлилась гадкая по всему телу, казалось бы, сжигая, сжирая меня на своем пути. Не сдержалась.Закричала, завизжала... заорала я на всю глотку... Слезы сорвались с глаз.

 Ангел вновь присел рядом. В замешательстве, смущенный, он пытался игнорировать мой крик. 
Что-то шепчет. Говорит... Что-то, что было для меня всё еще далеким... 

Мгновения... тяжелые мгновения, и либо рассудок снова начал играть со мной  в шутки, или само прошло, но боль стала отступать. Стихать. Отпускать поводья...
Попытка сосредоточиться, попытка понять, услышать Ангела.
Но... тщетно.

Но я верила ему. Доверяла. Покорно молчала, и ждала...
Робко коснулся моих плеч,  ног… поднял с земли и, заботливо прижав к своей груди, унес куда-то во тьму, куда-то в лес.
(тонула в его аромате)
 Эйфория... странная эйфория стала заполнять всю меня, пленяя, усыпляя сознание. Одурманивая, 
заслоняя мир плотной перегородкой.

***
Очнулась на берегу небольшой реки. Пресный родник. 
Я лежала на сырой, холодной земле.
И Ангел мой был до сих пор  рядом. 
Аккуратно, трепетно, затаив дыхание, обтирал засохшую грязь и кровь с моего тела.
Его лицо морщилось от боли и отчаяния каждый раз, когда касался  порезов(боялся сделать больно, боялся навредить).
Правый рукав его рубашки был безжалостно оторван… И, по всей видимости, именно его мой спасатель сжимал сейчас в своих руках, именно его так тщательно вымывал в ручье, именно им и вытирал мое тело, промывал мои раны.
- Cold?
(на этот раз я расслышала, поняла
англичанин...
но... увы...
я плохо знала английский, так что...)

(заметила, что вся дрожу)
Несмело качнула головой в знак согласия.

(моя одежда была разорвана в клочья, так что едва ее можно вообще на мне различить; сплошные грязные, окровавленные лохмотья, порванные, свисающие веревки, а не сарафан).
Заметил, заметил мой пристальный взгляд на самой себе и сжигающее смущение.

Живо задергался, снял с себя рубашку и тут же (все так же аккуратно) надел на меня ее сверху.
- Нет, нет, - попыталась я отмахнуться (ведь тогда мой спасатель замерзнет).
Но... Ангел был непоколебим. 
... покорилась, и, едва тепло стало ласкать мое кожу, как невольно... благодарно улыбнулась.
Улыбнулся  в ответ. 
Присел рядом и прижал меня к себе, пытаясь согреть еще и теплом своего тела.


Насколько поняла, мы ждали рассвета.
Я стала постепенно приходить в себя. Теперь уже смогла даже шевелить не только своими пальцами, но и полностью руками и ногами. Смогла даже сесть. Но ходить… увы, слишком сложно… и невыносимо больно.
Мой англичанин постоянно пытался мне что-то вдолбить, объяснить, рассказать, но тщетно. Я ничего не понимала, а потому в ответ лишь молчала и глупо улыбалась.
Он злился… злился, что я ничего не понимаю, что молчу.
- Ok… Let it be. – тяжело вздохнул… окончательно отчаявшись хоть что-то добиться от меня,  обреченно вновь сел на траву рядом со мной и мило улыбнулся.
- Rayan. I’m Rayan. And You?



Резниченко (Гудайтис) Ольга Dexo

Отредактировано: 16.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться