Верхний Ист-Сайд

Font size: - +

Глава 56

Эту ночь я практически не спала, могла задремать на пару минут и проснуться от странного ощущения внутри. Волнение за Джека заставляло меня просыпаться, я даже не отходила от него, сидела рядом и держала его за руку, а когда просыпалась, успокаивала себя, что с ним всё в порядке и что я просто уже помешалась на этом. Но оказалось, что я волновалась не просто так, я даже сама не знаю, что именно заставляло просыпаться меня посреди ночи, но моё тело, что-то внутри меня знало, что что-то не так. Под утро, когда у меня уже совсем не оставалось сил, я вновь задремала, и что-то внутри меня заставило меня проснуться, открыть глаза и уже в сотый раз проверить в порядке ли Джек. Его лицо было спокойно, как и всегда, в палате раздавался всё тот же ровный звук кардиографа, оповещающий о его сердцебиение, но уже через несколько секунд какой-то из аппаратов начал странно пищать и я сильно испугалась. Я не знала что делать, как реагировать и что вообще происходит ведь всё только что было в порядке. 
Я выбежала из палаты и ко мне навстречу уже бежала медсестра, она что-то говорила, проверяла аппараты, и её лицо было взволнованно. Она срочно вызывала доктора и выставила меня за дверь. Я больше часа не знала что происходит, Джека перевели в другую палату, и всё это время я просто сидела в коридоре и невидящем взглядом смотрела в стену. Я боялась думать о том, что это конец, но думать о том, что всё по-прежнему в порядке я просто не могла себя заставить. И в каком-то смысле я просто смирилась. 
-Кларисса, - эхом слышится мне голос Тома, но он как будто где-то далеко.
Я пытаюсь взять себя в руки и наконец осмотреться по сторонам, но у меня не получается и я всё ещё остаюсь в своих туманных мыслях. 
-Кларисса, - снова повторяет голос, и я чувствую чьё-то касание к своему плечу. 
Собрав все силы, что у меня остались, я отвожу взгляд от стены, несколько раз моргаю и пытаюсь свыкнуться с ярким светом ламп. Повернувшись, я вижу Тома, вижу его не слишком радостное лицо, скорее, наоборот, у него плохие вести. 
-Нет, - совсем севшим голосом прошептала я готовая услышать худшие слова, которые только может сказать тебе врач. 
-Кларисса, он жив, - тут же говорит мне Том и я никогда не смогу передать словами, какое облегчение я испытала. 
Я тяжело  выдыхаю и, закрыв глаза, потираю виски, голова ужасно болит от слёз, бессонной и нервной ночи. 
-Как он? 
Том колеблется, садится рядом со мной и, сцепив руки в замок, ещё несколько мучительно долгих секунд просто молчит. 
-Его состояние ухудшилось, была остановка сердца, - устало и очень тяжело говорит Том, но я уже ничего не чувствую. 
Я привыкла к этой боли, к этому страху и волнению, я привыкла к мыслям что Джек может умереть, что я его потеряю и теперь я не чувствую особой разницы от новых известий и от своего постоянного состояние, потому что теперь мне страшно постоянно, каждую секунду. 
Я лишь качаю головой и, упёршись локтями в колени, хватаюсь за голову. Как я хочу, чтобы всё это скорее закончилось, чтобы Джек пришёл в себя, и я больше не боялась за него. 
-Тебе нужно поехать домой, поспать, прийти в себя и вернуться с новыми силами. 
-Я не куда не уеду! – отрицаю я, но в моей голове это звучало намного уверенней. 
-Клэри, - голос Джессики появляется, словно из неоткуда и я вспоминаю, что позвонила ей, как только всё случилось. 
Я уже давно не видела её такой обеспокоенной за меня, я вижу это волнение, этот страх в её глазах, когда она смотрит на меня, похоже, я пугаю её куда больше чем вся эта ситуация. 
-Доктор прав, тебе нужно домой. Какой смысл оставаться здесь? Тебя к нему даже не пустят. 
Я перевожу непонимающий взгляд на Тома. Что значит, не пустят?
-Да… сейчас ему нужен полный покой, лучше, чтобы с ним никого кроме медперсонала не было.
Я вновь закрываю глаза, не зная, что делать и какое решения принять. 
-Давай, Клэр, - Джессика берёт меня под локоть и пытается поднять. – Идём домой. 
-Дай мне немного времени, - отвечаю я, подруге встав на ноги, которые кажутся мне ватными. – Я сейчас.
Я медленно иду по коридору в сторону уборной, мне нужна холодная вода. Ноги меня не слушаются, такое ощущение, будто они весят целую тонну, и что в них совсем нет костей. Добравшись до уборной, я включаю воду и с ужасом смотрю в отражение зеркала. Да, такой я себя ещё никогда не видела. Запутанные волосы подняты в разваливающуюся шишку, лицо всё покрасневшее и опухшее от слёз, глаза ужасно красные, будто я не спала несколько дней. Я выгляжу не просто усталой, я выгляжу измученной. Я отвратительна. 
Умыв лицо холодной водой, я немного, но всё же прихожу в себя и начинаю разумно мыслить, насколько это вообще возможно в настоящее время. Я распускаю волосы, и от долгого пребывания в шишке, они закрученными волнами спадают на плечи и ниже. Я пытаюсь расчесать их пальцами, чтобы хоть немного придать им нормальный вид, хотя кому какая разница? 
Идя по коридору, я вижу, как Джессика говорит с Томом, и подхожу к ним. Я готова ехать домой, они оба правы, мне нужен хоть какой-нибудь отдых, но у меня есть небольшое условие.
-Я поеду домой, но сначала я хочу хотя бы взглянуть на него, - в ожидании ответа спрашиваю я, но боюсь услышать отказ. 
-Хорошо, – практически не раздумывая, отвечает Том и просит идти за ним. 
Джессика, поджав губы приободряющее смотрит на меня и, взяв меня за руку идёт рядом. Мы доходим до нужной палаты и, отпустив руку подруги, я ближе подхожу к окну. Джек всё тот же, единственное изменение, что я замечаю так это немного другая кислородная маска на его лице. 
-Можешь зайти только максимум на пять минут, - в полной тишине говорит Том и я, не раздумывая, захожу в палату. 
Посмотрев в коридор из палаты, я вижу, как они отходят, чтобы не мешать мне. Я хотела воспользоваться, возможно, последним шансом подержать Джека ха руку, кто знает, что случиться завтра. Какими бы ужасным не были эти мысли, но они реальны, они по настоящему правдивы и это то, что может случиться. 
Пододвинув стул ближе кровати, я сажусь на него и аккуратно беру Джека за руку. Я смотрю только на его неподвижную руку и всеми силами пытаюсь держаться, но не могу. Я резко вздыхаю и слышу собственные всхлипы. 
-Джек, - шепчу я, поднося его ладонь к своей щеке и закрыв на мгновение глаза. – Прости меня за всё, что между нами было. За всю ложь, все сплетни и ту боль, что мы причиняли друг другу. 
Я пытаюсь смахнуть слёзы, но это трудно когда они идут не переставая. Я пришла сюда, перед тем как уехать не только потому, что боюсь, что больше не смогу подержать его за руку, но и потому что боюсь, что у меня больше не будет возможности признаться ему. 
-Я люблю тебя, Джек, - наконец говорю я эти слова, но мне не становится легче. – Я люблю тебя, пожалуйста, очнись, - со слезами умоляю его я, вкладывая в свои слова самую настоящую мольбу. 
Да, не так я представляла нашу поездку в Париже, не так я представляла своё признание ему. 
Затаив дыхание и своё сердце я смотрю на Джека, но ничего нет, никаких изменений или реакций, совсем ничего. У меня сердце разрывается от всего это на миллиард мельчайших кусочков, я так надеялась и даже обещала себе что больше никогда не испытаю такой боли, но вот я вновь её испытываю и я больше не могу так.
Проходят поседение мои минуты здесь с Джеком и мне уже пора уходить. Я вытираю слёзы и, посмотрев на Джека, готова прощаться, но это не значит, что я его отпускаю. Теперь он в моём сердце и я навряд ли когда-нибудь смогу его оттуда выкинуть. 
-Неважно, как далеко мы друг от друга. Неважно, как долго, - говорю я, подходя к изголовью его кровати. - Я все еще люблю тебя, Джек. Даже если мы не вместе…
-Правда? – слышу я голос позади себя и тут же оборачиваюсь.
Адам с обвинённым, разочарованным и даже злым взглядом смотрит на меня, а затем уходит прочь. 
-Я скоро вернусь, - говорю я, обращаясь к Джеку, и буквально выбегаю из палаты, насколько для меня это возможно и бегу за Адамом. 
-Подожди, - кричу ему я, и Адам останавливается у самых дверей. 
Он поворачивается ко мне и сморит настолько пронзительным взглядом, что я начинаю принимать все его обвинения и веру в то, что я и вправду такая дрянь, как он думает. 
-Прости за это… - тяжело дыша, говорю я. – Прости за ложь, но я лгала не только тебе, но и себе тоже. 
Выражение лица Адама медленно сменяется на более терпеливое.
-То время что у нас было,…всё было прекрасно, но ты просто был нужным человеком в нужное время, ты собрал меня заново, и я быстро влюбилась в тебя,… я думала что влюбилась…
-Хватит, - перебивает меня Адам, он говорит это не жестко, а совсем наоборот, мягко и пытаясь успокоить меня. – Я понимаю, я видел, как ты смотрела не меня и как на него, думаешь, я  такой идиот? – усмехается он. – Я просто завидовал ему, Джек всегда был на шаг впереди меня, у него всегда было то чего хотел я и у меня в кое-то веке появилась возможность отомстить ему. Так что мы квиты. 
-Так ты…
-Мы обманывали самих себя Клэр, были чувства, но не настолько сильные, чтобы долго о них переживать. 
Адам смотрит мне в глаза, имея в виду моё нынешнее состояние и то, что он услышал несколько мину назад. 
Я слышу звук шагов и взгляд Адама, устремлённый куда-то выше меня, и оборачиваюсь. Джессика стремительно идёт ко мне, она чем-то обеспокоена и первое о чём я  думаю так это о том, что Джеку снова стало хуже. 
-Что с ним? – спрашиваю я, как только Джессика подходит ко мне. 
-Я ничего не знаю, но с Джеком  что-то стало происходить, - тараторит она, метая взгляд из стороны в сторону. 
Я застываю на месте и уже через секунду иду в сторону палаты. Я не бегу, иду спокойно, потому что боюсь столкнуться с тем, что меня там ждёт. Подойдя к палате, я останавливаюсь у окна и смотрю на происходящие. Том, ещё один врач и медсестра стоят у кровати Джека, я не вижу что именно они делают, но я замечаю как пульс Джека всё время скачет. 
Том выходит из палаты и сразу же подходит ко мне. Выражение его лица не такое, каким было прежде всё-то время, что я видела в больнице. Том чем-то воодушевлён и он что-то серьёзно обдумывает, и мне кажется, ну или я просто схожу с ума, но я вижу его лёгкую, чуть заметную улыбку. 
Том всё ещё молчит, пытаясь сформулировать свои мысли или просто разобраться в них, а я просто боюсь сказать и слово. 
-У него была попытка пробуждения, - наконец говорит Том на одном дыхании и тут же начинает улыбаться.
Я же застываю на месте, все мышцы будто атрофировались, я не могу пошевелиться и принять сказанное им. Джек пытался очнуться, он пытался вернуться…
Я делаю резкий вдох и начинаю чувствовать себя живой, я вся наполняюсь теплом и покрываюсь мурашками с головы до ног, будто бы мои нервные окончания снова стали чувствительны, будто бы кровь в моём замершем сердце снова стала циркулировать и я ожила. 
Я чувствую, как на лице начинает нарастать улыбка, я поворачиваюсь к окну и уже по-новому смотрю на Джека. Он вернётся ко мне, он обязательно ко мне вернётся. 
-Он просыпается…
-Это очень хороший знак, обычно после таких попыток пациенты пробуждаются, и идёт процесс восстановления, - воодушевлённо говорит Том, и я оборачиваюсь к нему. – Мы продолжим лечение, будем пробовать увеличивать дозы препаратов, но и вы продолжайте общаться с ним.
Я уверенно киваю, всё ещё улыбаясь, и Том вдруг замирает на месте, вглядываясь в моё лицо. 
-У вас красивая улыбка, если вы будите говорить с ним и улыбаться эффект будет двойной, - говорит Том смущая меня, но он прав. 
Теперь я больше в это верю, теперь я буду, говорит, что люблю его и что жду каждый день, пока он не придёт в себя. 
-Пойду, сообщу вашим друзьям. 
Том уходит, оставляя меня здесь одну, но ненадолго. Буквально через минуту к палате подходит Диана и меня вдруг бросает в дрожь от злости. Девушка одета в джинсы и зелёный свитер, нет макияжа, нет причёски, она не похожа на себя с этими ссадинами и синяками, это не так светская девушка, но она куда-то собралась. Диана медленно, будто бы боясь меня, подходит к окну палаты и с ещё большим страхом смотрит на Джека. 
-Как он? – дрожащим голосом спрашивает она в шаге от того, чтобы расплакаться. 
-Почему ты не приходила раньше? – с язвительной злостью спрашиваю я.
Диана не появилась ни разу за всё это время. Он выглядит вполне здоровой, чтобы быть в состоянии прийти и проведать своего… друга. 
-Я… боялась, - выдавливает она из себя и меня начинает тошнить от её слабости. 
Я усмехаюсь и качаю головой, не понимая, как так можно. 
-Что? – всё ещё ничего не понимая, осмеливается спросить она. 
-Даже после того, что ты сделала ему, как гадко обманула, сказав, что беременна и заставила бросить меня, он всё равно пытался спасти твой чёртов зад! – огрызаюсь я, пытаясь не кричать на всю больницу, и отхожу от Дианы подальше. 
Меня всю передёргивает от неё. Удивительно, что я ничего не говорила ей раньше за всё время, что мы работали вместе. 
-После всего, что ты сделала, он всё ещё хотел защитить и тебя и твоего оцта, весь ваш бизнес…
-Что ты несёшь? 
Сначала я не понимаю её удивление, а потом вспоминаю, что она же ничего не знает про Аманду и о том, что я узнала. 
-Джеку лучше… - смягчая тон, говорю ей я, пытаясь избежать её вопросов и сдержать свою злость. - Тебя выписывают? 
-Да, - заторможено отвечает она, всё ещё ничего не понимая. – Так что ты…
-Мне пора, - обрываю разговор, я иду в холл.
От моего быстрого шага и резкого улучшенного состояния у меня закружилась голова, перед глазами всё резко поплыло и я сбавляю шаг оперевшись рукой о стену. 
Я стою несколько секунд, пока голова не прекращает кружиться, но я не успеваю продолжить идти, Джессика меня опережает и подходит ко мне. 
-Клэр? Что с тобой? Тебе плохо? – тараторит подруга у самого моего уха и от этого становится только хуже. – Адам! Помоги! 
-Я в порядке! – в спешке говорю я подруге и пытаюсь остановить Адама от того, чтобы он взял меня на руки. – Всё уже хорошо, просто голова немного закружилась. 
-Точно? – удостоверяется Адам, и я уверенно ему киваю. 
-Едем домой? – спрашивает Джессика, но она уже подозревает мой ответ. 
-Джек скоро придёт в себя, я должна быть рядом с ним, когда он проснётся, - в предвкушении его пробуждения, говорю я подруге умоляющим тоном. 
-Вот именно! – вдруг восклицает подруга. – Джеку лучше и навряд ли он будет рад увидеть тебя в таком виде, когда проснётся.  Ты выглядишь просто отвратительно, Кларисса Олдридж. Большинство больных здесь, включая и Джека, выглядят очень даже здоровыми по сравнению с тобой, - сурово говорит она.
Я слышу смешок Адама, а когда смотрю на него, он отводит взгляд. 
-И даже не смей думать о том, чтобы остаться! В конце концов, тебе нужно принять душ.
-Ладно, я поняла, поняла! – громко говорю я, пытаясь предотвратить дальнейшие её слова, которые должны убедить меня поехать с ней, но мне и этого достаточно. 
Адам всё ещё смеётся, но когда у меня снова начинает кружиться голова, его смех куда-то пропадает. 
-Тише, тише, - говорит он, придерживая меня под локоть.
Наверное, у меня низкий уровень сахара в крови, по крайне мере, я так думаю. Мне нужен шоколад. Мы выходим из больницы, и я тут же сильно зажмуриваюсь, я отвыкла от солнечного света, он всегда был таким ярким, а воздух таким прохладным и свежим? 
Когда мы все садимся в машину, Адам и Джессика, которые сидят на передних сидениях, о чём-то говорят, но я их не слышу или не понимаю… единственное, что я точно знаю так это то, как мои глаза начинают закрываться, и я погружаюсь в сон. 
Мне снится странный сон, я сижу посреди поля усеянного полевыми цветами. Это поле посреди  густого леса, погода просто прекрасная, ярко светит солнце, чистое голубое небо и потрясающий запах цветов. Я сижу на коленях, держа в руках большое будто бы старинное овальное зеркало с красивой резьбой на деревянных бортиках. Я держу зеркало стеклом от себя, я будто бы пытаюсь спрятать за ним своё тело, а сама смотрю поверх него прямо в лес и направляю туда зеркало. Я чувствую, что жду кого-то, но его всё нет, у меня ощущение будто бы я жду этого человека уже давно, но он не приходит. 
Я слегка поворачиваю зеркало, и свет бликом падает на густой зелёный лес и несколько деревьев начинают шевелиться, дав понять, что оттуда кто-то выходит. Я знаю, что это тот, кого я жду и на душе появляется такое тепло и воодушевленное чувство от нашей скорой встрече, что мне хочется отпустить зеркало, подняться на ноги и побежать к нему навстречу, но я не могу. А блик на деревьях становится всё ярче и всё больше с каждой секундой и вскоре всё это поле погружается в яркий-яркий свет. Я хочу закричать тому человеку, которого я жду, и который вот-вот выйдет ко мне нас встречу, но я понимаю, что не могу этого сделать, что я вообще ничего не могу сделать кроме того как сидеть и ждать поворачивая зеркало. 
Я просыпаюсь, и медленно открыв глаза, встречаюсь с ярким солнечным светом… теперь ясно, что за свет это был. Джессика открыла шторы в моей комнате и впустила солнце. Вот не могла она подождать ещё пару минут? 
-Доброе утро, - улыбаясь, говорит мне подруга и подходит к моей кровати. 
-Я не помню, как легла в постель, - лениво потягиваясь в кровати, мычу я, пытаясь вспомнить, как заходила в дом. 
-Ты уснула в машине, Адам занёс тебя, - помогает мне Джессика, и теперь я всё понимаю. – Выглядишь гораздо лучше, - смеётся она. – Только душ прими.
Подруга смеётся, выходя из комнаты, а я возмущённо цокаю и, поднявшись с кровати, иду в душ. Когда прохладная вода касается моей уставшей кожи, я испытываю невероятное наслаждение и удовольствие. После вчерашней новости о том, что Джеку лучше я будто бы проснулась и вновь зажила. Мне важно знать, что есть хоть какой-то результат, важно знать, что он борется и не сдаётся. 
Когда я выхожу из душа, Джессики в доме уже нет, только записка на её кровати о том, что она ушла на учёбу. Я проспала практически целый день, но я даже не удивленна, я почти не спала все эти дни и испытывала жуткий стресс, но сейчас мне намного лучше. 
У меня хорошее настроение и я даже надеваю синие лёгкое платье, а поверх  серое пальто. Эбби, как только увидела меня, начала болтать обо всём на свете, о том, как волнуется и переживает и о том, чтобы я обязательно позавтракала, но единственное чего я сейчас по-настоящему хочу, так это увидеть Джека и поговорить с ним. 
Она уговаривает меня взять несколько яблок и по пути в больницу, в которую я решаю идти пешком, я съедаю одно. И по пути в больницу меня всё не покидают мысли о моём сегодняшнем сне. Он был очень реалистичен и эмоции, что я испытывала, были очень реальны.  Но мне часто снятся сны и  этот просто один из них, хорошо, что не кошмар, учитывая все обстоятельства. 
Я прихожу в больницу, в которой меня уже все знают, и когда дохожу до палаты, встречаюсь с выходящей оттуда Майей, похоже, ей сообщили о том, что Джек пытался проснуться. 
-Как он? – первая спрашиваю я, чувствуя себя неловко. 
-Тебе лучше знать, - без язвительности отвечает она и уходит.
Удивительно как эта женщина даже простым тоном может заставить ненавидеть и как странно, что Джек совсем не перенял характер своей матери и, слава Богу. 
Я стараюсь не предавать ей значение, я уже смерилась с Майей и её отношением ко мне, которое, кстати, взаимно, просто я более сдержанна. Заходя в палату, я пытаюсь сохранить улыбку, и у меня это неплохо получается. 
Я вижу Джека я сейчас, в этот самый момент, я понимаю насколько ценно время и какой идиоткой я была. Я потеряла своих родителей и должна как никто дугой понимать всю ценность времени, что нам дано. Но я всё же не ценила его, не говорила о своих чувствах и мне так жаль, что я говорю о них только сейчас. Но этот случай всё, что сейчас происходит, как ничто другое позволило мне понять, что я люблю Джека, позволило мне понять, как сильно я его люблю. Вы когда-нибудь любили человека настолько сильно, что уже не могли представить себя без него? Вы знаете, какого это касаться человека и чувствовать, что ты дома? 
Я знаю. 



svetlana

#5665 at Romance

Text includes: молодежь, романтика

Edited: 04.08.2018

Add to Library


Complain




Books language: