Веридор. Одержимый принц

Глава 1 (3)

- Мы спасены! - провозгласил на весь трюм зычный голос кронгерцога Веридора блистательного лорда Джанговира. 
- А мы погибали? - послышалось следом ворчание лорда Дива, сопровождаемое жалостливым скрипом ступеней, немало повидавших на своем веку. 
- Конечно, причем долго и мучительно, от жажды! Племяшей только за смертью посылать, но никак не за выпивкой! Я уж успел всю жизнь свою горемычную вспомнить с тех пор, как послал их за ромом!
- Послать, Ваша Светлость, вы могли разве что в Хаос. Может, Гвейн с Лихим там для вас ром разыскивают? А вот за смертью посылать впору только вас, вы же у нас некромант, так не будем отнимать у вас хлеб. Кстати, о хлебе, не хотите ли кваску, здесь и такой деликатес имеется, - первый министр громко постучал по бочке, за которой как раз устроился не замеченный в полумраке Лихой.
Гвейн хотел было подать голос, что, мол, здесь они с братом, просто забыли, что не только ради себя совершили набег на трюм, но Лихой вдруг вскинул руку ладонью вперед, останавливая его, и знаком попросил затаиться. Чернокнижник неслышно отодвинулся под прикрытие вина, на которое кронгерцог и министр не обратили ровным счетом никакого внимания, только лорд Див вскользь бросил, что благородного пойла лично ему по горло достало в Веридоре, а на бескрайних морских просторах волей - неволей душу охватывает ностальгия о пиратском прошлом. 
- Какое это у вас пиратское прошлое? - ухватился за слова собеседника Джанго, отыскав для себя ром в противоположном от вина углу трюма и усаживаясь рядом с демоном, который все же решил приложиться к квасу. 
- Я так понимаю, у нас второй раунд излияний откровений? 
- А вы что-то имеете против? К тому же откровенные излияния хорошо заходят под винные, - не изменял старым привычкам лорд Джанговир, - всякую правду, что горькую, что сладкую, что пресную, приятно запивать добрым вином или ромом, ну, или в вашем случае, квасом. Так что, вы говорите, разбойничали вы в море? 
Несколько минут лорд Див молчал, и отчего-то эта тишина показалась Гвейну зловещей, словно затишье перед бурей. Лихой же был уверен, что первый министр сейчас отговорится чем-то вроде "я неправильно выразился" или "я имел в виду нечто иное, а что именно, сам уж забыл, так что оставим". Но демон не стал юлить. 
- Поверить не могу, что вы так и не признали меня. Хотя... и сам, увидав вас впервые после столь долгой разлуки, не поверил своим глазам. Но все же спутать тебя с кем-то, Ветер Смерти, просто невозможно. Такая дерзость, наглость, нечеловеческая удача и умение посылать в Хаос всех и каждого. Нет, двоих таких земля бы не выносила! 
- Намекаете, что мы встречались с вами на море? - изумленно спросил Джанго. - Но я бы вас ни за что не забыл, значит, должен был видеть вас в другом обличье. Но демонов я в живую на море не встречал, даже когда меня забросило на корабль, полноый нечисти. 
- Что вы знаете о минотаврах, лорд Джанговир? - доверительно спросил лорд Див, и Лихой, даже не высовываясь из-за своего укрытия, мог сказать, что демон ухмыляется. 
- Только то, что у них бычья голова, хотя говорят они по-человечески, и козлячьи ноги, они неимоверно сильны, двигаются как люди и свирепеют в одно мгновение, - настороженно проговорил кронгерцог, с опаской поглядывая на собеседника. 
- И что капитаном легендарного "Нечестивца", корабля, как вы верно заметили, полного нечисти, был именно минотавр. А еще это такая особая порода демонов, в Хаосе не особо уважают, ибо бескрылые, хотя люди почему-то дрожат больше, чем перед крылатыми. А теперь пораскиньте мозгами, Ваша Светлость, и догадайтесь, какого дохлого тролля я уже третью неделю курсирую с вами на этой посудине, не имея возможности причалить к восточному берегу, потому что султан догадался усилить охрану портов и бухт, а не перелетел в считанные секунды через море рямиком в Порсул, где томится взаперти моя единственная? Право же, обычно догадливость не изменяет тебе, а сейчас так долго не мог понять очевидное. Я бы даже поверил, что бы забыл и меня, и мою дочь, если бы ты не назвал свой корабль в честь Линн. "Туманная Бестия". Твое судно похоже на нее: быстрое, безупречное, неуловимое, неповторимое в своей смертоносной красоте и способное покорить даже огненные преисподни Хаоса. 
- Но как это... - все еще отказывался верить Джанго. - Вы же зять Кандора... отец его жены... Как там её? Вэлла, кажется... 
- Вэллина, - прозвучало под низким потолком трюма, словно удар грома. - Её звали Вэллина Девиур, дочь капитана "Нечестивца" мессира Девиура, а до недавнего времени - первого министра Веридора лорда Дива. Твоя жена. И Кандора, Это он первый стал звать её Вэлла, хотя ей больше нравилось Линн. 
Послышался звон разбившейся бутылки. Это кронгерцогская рука ослабела и выпустила вожделенный ром. 
- Странно, что вы не в курсе, - лорд Див, в отличие от Джанго, мог бы превзойти спокойствием камень. 
- Я никогда не видел первую жену брата... думал, что не видел, - даже голос Ветра Смерти охрип, как будто открывшаяся тайна, которую он не смог за столько лет разглядеть прямо у себя под носом, душила его, как петля палача. 
- Она же крикнула вам вслед, когда вы уходили, что месяца не пройдет, как тот всадник, к которому вы приревновали её из-за одного взгляда и на поверку оказавшийся вашим братом, станет её мужем, - по-прежнему бесстрастно заметил демон. - Черная ведьма слов на ветер не бросает, а уж Линн... Она захотела вас и дошла до самого Хаоса, только чтобы вы смогли захотеть её. Вот уж кто бы не отступился от желаемого... Так же она хотела подарить Кандору наследника и настояла на обряде пробуждения демонической крови. Только вот беда: как бы хорошо Кандор ни овладел Темной магией, сколько бы я не братался с ним, переливая в него кровь сына Хаоса, как бы ни взывали мы к сущности вашего древнего предка Хранителя, свет в Кандоре всегда побеждал тьму. Жизнь заявила на него права еще до его рождения, и Светлая магия била в ем ключом с детства, как будто резерв его бездонен. И даже демоническая мощь Хаоса не смогла заглушить его человечность - обряд прошел впустую. А потом однажды во время прогулки с мужем Линн углядела вас, мага Смерти, с рождения хранившего в душе частичку демона Рагнара - основателя рода Веридорских. Вы помните ту ночь, Ваша Светлость? Помните, как моя дочь проводила вас с завязанными глазами в темный зал, спрятанный под землей, и вместо кровати предложила вам алтарь? Помните, по глазам вижу, но тогда вы не придали этому значения. В самом деле, какая разница, на чем переспать с женой брата, которого вы ненавидели так сильно, что вам позавидовали бы самые чудовищные порождения Хаоса... 
- Замолчите! - наконец не выдержал Джанго и даже вскочил на ноги. - Замолчите! Не тревожьте душу своей дочери и моей жены, с которой нас так и не развенчали. В конце концов, это было и прошло. 
- Если бы, - горько усмехнулся лорд Див, приканчивая дубовую кружку квасу, размером с маленький бочонок. - Я вам о чем только что толковал? О том, что обряд был проведен для того, чтобы Линн зачала и родила мальчика - демоненка. Кандор не подошел, зато с вами задумка увенчалась успехом, о чем вы, собственно, сейчас можете судить. Знаете, нам неслыханно повезло: мой внук похож на Кандора гораздо больше, чем на вас, так что... 
- Вы ошибаетесь, - кронгерцог все же опустился обратно на пол и, неожиданно для себя самого, практически зашипел на демона пострашнее анаконды. - Ни в чем нам не повезло, и Эзраэль похож на своего НАСТОЯЩЕГО отца. Не на того, кто из мести переспал с его матерью и на следующий вечер уже тискал в нищенском борделе дешевую шлюху. Эзраэль похож на того, кто носился со своей женой все месяцы, что она ждала дитя. На того, кто лично принимал роды, презрев все традиции и выгнав всех придворных, желающих лично проследить за процессом появления наследника на свет. На того, кто готов был кормить своими собственными эмоциями малолетнего демоненка и рыдал над сыном, неосознанно убивающим собственную мать, но так и не смог утопить его в реке. На того, кто впервые посадил его на коня и вложил в руку меч. На того, кто с рождения защищал его от нападок Отче из-за демонической сущности и матери - черной ведьмы, и дал ему военное образование, которое ему по нраву, специально построив для этого Академию. На того, кто безмолвно рыдал, справедливо казня его за покушение на короля, и тайком смотрел с дворцовой стены вслед ему, изгнанному из Веридора до конца дней своих, пока он не скрылся за горизонтом. У Эзраэля взгляд Кандора. У него стать Кандора. У него речь Кандора. У него рука Кандора. Да чего уж там, у него даже манера одеваться, то есть не лучше егеря, тоже Кандора! Что же касается меня в жизни принца, мы с ним виделись лишь раз до того, как брат изволил даровать мне титул кронгерцога. Я бы никогда не узнал, что имею какое-либо отношение к его рождению, промолчи вы. Но даже это знание ничего не меняет, у меня язык не повернется назвать себя отцом Эзраэля, совесть не позволит, знаете ли... 
- Ой, да дело ведь не в вашем языке без костей, который в кои то веки не будет болтать о чем-то, и даже не в мифическом существе, что зовется вашей совестью, - не впечатлился его пылкой речью лорд Див. - Дело все в том, что Линн, как и любая любящая мать, хотела обеспечить своему сыну престол, причем не просто гипотетическое право напополам с грызней бастардов, а неоспоримое право на трон. Собственно, примерно того же добивается Кандор, затеяв отбор Истинного Наследника. Только моя дочь его опередила, заодно развеяв все сомнения в отцовстве. Вашем, не Кандора. Помните тот курьезный случай, когда большая золотая корона Веридорских монархов, вся из золотых вензелей, усыпанная бриллиантами и с огромным изумрудом надо лбом, во время торжественного приема посольства Инквизиции Отче соскользнула с головы Кандора, и тогда такие же придворные пустозвоны, как и вы, гудели на каждом углу, что это - плохой знак. 
- Конечно, по-моему, об этом судачил вес мир, - хмыкнул кронгерцог. - Только при чем здесь корона к Эзраэлю? 
- А при том, что это - один из артефактов власти великих королей, и изумруд сверкает на голове истинного короля. Её будут водружать на голову Истинного Наследника после последнего испытания - боя с королем - и изумруд должен засверкать ярче солнца, тем самым подтвердив права претендента и ознаменовав благословение Богов. Так вот на десятый день после рождения Эзраэля Линн принесла новорожденного в сокровищницу, куда Кандор упрятал злосчастную корону, как говорится, от греха подальше, объявив её исключительно церимониальной (надо ли напоминать, что с тото дня все "церемонии" можно пересчитать по пальцам одной руки, и всякий раз корона опасно покачивается на ушах правителя), и прислонила её к младенцу. А без особого распоряжения Богов корона свидетельствует исключительно о праве первородства. Поскольку ваши родители изгнали вас из рода Веридорских еще до вашего эпического сожжения под балконом Отче, корона вас в расчет не приняла, но ваш сын - совсем другое дело. Эзраэль по праву рождения принадлежит к старшей ветви, и изумруд засверкал над ним. 
- Вы хотите сказать, что эта дурная корона тогда отреклась от Кандора как от короля, избрав по праву первородства вместо него младенца, и вот уж двадцать пятый год у нас правителем Эзраэль, только об этом никто не знает?! - вскричал кронгерцог. 
- Именно это я и пытаюсь до вас донести. И еще то, что корона после отбора Истинного Наследника признает моего внука, если вдруг вас какие-то демоны не затащат таки на последнее испытание. Изумруд может загореться только на голове у вас, как у старшего представителя, соответственно, старшей ветви, или же на голове у супруги Эзраэля. Так что победа по-любому принадлежит моему внуку, и никакие Монруа, никакие бастарды Кандора и даже никакая принцесса Кандида, которой в последнее время с помощью ваших интриг удалось взлететь чуть ли не до небес, не получат права на трон... Что это с вами? 
И Лихого, и Гвейна удивили сдавленные всхлипы, доносившиеся от говоривших, и оба отважились осторожно высунуться из-за пузатых деревянных боков, стянутых железными обручами. Лорд Джанговир рыдал от смеха и чуть не катался по грубому деревянному полу в приступе сдерживаемого хохота. Останавливали его, скорее всего, осколки разбитого рома. Наконец Его Светлость смог на несколько секунд заглушить рвущееся наружу веселье и в эту короткую передышку более - менее членораздельно выговорил: 
- Мессир Девиур, разве вы не знали, что Одержимый женат?!