Вернись

Размер шрифта: - +

Глава 1. Цветы жизни

Я помню​ день, когда Маркус защитил меня перед дворовыми мальчишками, побил их, хотя ему было чуть больше 5-ти лет. Мысль о том, что мой брат-близнец настолько заботится, обо мне заставляет меня радоваться и гордиться тем, что я появилась на 5 минут позже.

Вчера мама сказала, что сегодня мы поедем на озеро купаться. Примерно с 3-х лет я ненавижу воду, боязнь в меня, что ли, не знаю, да и не хочу знать. Маркус обожал воду, с удовольствием купался в большой ванной, хотя был тонким и маленьким, как веточка. Я смеялась над ним, говоря, что у него с такими темпами даже жены и детей не будет. Маркус отвечал тем, что такому пончику, как я нельзя судить. Ну да, полненькая я, что здесь такого? Зато не страшно впасть, крепкая подушка безопасности.

Поездка на озеро или на море заканчивалась тем, что я не заходила в воду вплоть до отъезда домой. Мне так было обидно и больно, что брат с родителями купаются, а я, как дура, сижу на покрывале на берегу и любуюсь этим зрелищем. Однажды Маркусу надоело, что я сижу без дела, и бросил в воду мою заколку, которую подарила покойная бабушка – мать папы. Я так расстроилась, что забыв о страхе, прыгнула в воду. Всё обернулось таким образом, что мой второй день рождения – 6 августа, день, когда я чуть не утонула. Меня спас отец, который прыгнул, когда я не всплыла на поверхность. Мне сделали искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, я выжила. После этого случая, Маркус был сам не свой, конечно, я не сердилась на него, да и не виноват он, что я так панически боюсь воды.

- Да прекрати ты извиняться, надоел, - ворчала я, дорисовывая рисунок, который обещала подарить маме. Маркус сидел на кровати и читал книгу: «Королек - птичка певчая». Я посоветовала ему прочитать её, потому что она очень интересная, да и мальчику полезно прочитать, в будущем пригодится. – Это было 2 года назад, а ты все ещё винишь себя?

- У меня тогда вся жизнь перед глазами промелькнула, - сказал Маркус, - если бы с тобой…

- Я жива, Маркус, - я встала из-за стола и села рядом с братом, - я услышала, что подумала мама, она тоже не винит тебе, да и папа тоже.

- Если бы ты знала, как они испугались… - сказал Маркус, - у них сердца в пятки ушли. Отец, не задумываясь, бросился спасать тебя. Я даже двинуться не смог…

Мы живём в Италии, Рим. Не удивляйтесь, что живём в столице. Несмотря на то, что этот город огромен, в нем так скучно, что даже словами передать трудно. С родителями мы побывали везде. Я – маленькая, но знаю Рим наизусть, по крайней мере, те места, которые мне бы понадобились мне.

Живем мы в небольшой двухкомнатной квартире. Родители хорошо зарабатывают, но отец решил, что лучше жить скромно, и мы с братом полностью с ним согласны. Вы, наверное, подумаете, что раз мы близнецы – мальчик и девочка, то мало, чем похожи? А вот и нет, вы подумали неправильно. Знакомые родителей, и сами родители, говорят, что если Маркусу прикрепить мои волосы, и телосложение, то копия Я, также и со мной. Меня раздражает, что нас порой сравнивают, но выбирать не приходится. Внешностью я скорее пошла в отца, нежели в маму. Такие же темно-каштановые волосы, и темно-зеленые глаза, а вот у Маркуса цвет другой – карий, зато цвет волос такой же. Я люблю Маркуса, и всегда готова была прийти ему на помощь

- Марина, Маркус, идите есть, - позвала мама.

Спали мы в одной комнате, на двухэтажной кровати. Я хотела спать наверху, но Маркус сказал, что я плохо сплю, поэтому сказал спать внизу.

Выйдя из комнаты, мы прошли через небольшой коридорчик, и попали на кухню. Я так любила быть на кухне, наверное, потому что мама хорошо готовит, приятно заходить. Кухня была не большая, но наша семья помещалась за небольшим столиком. Все было компактно, даже высокий холодильник вписывался в этот интерьер. Красивые гардины, новая печка, убранный стол и блестящая посуда, которая стояла на подвешенной над раковиной полочке. Она была сделана решеткой, чтобы было удобно мыть посуду. Мама папа попросила такую полку купить. Я помню, когда первая сломалась, потому что мама поставила тяжёлую кастрюлю, и полка прогнулась. Тогда папа взял нас с Маркусом, чтобы купить новую полку.

Мы с Маркусом сели на привычные места: я возле стены, а он справа от меня. Мама поставила перед нами тарелки с жареной картошкой и сосисками. Каждый день мама готовит что-то новое, однако, каждую неделю это повторяется. То есть, если сегодня жареная картошка, то завтра её готовить нельзя, а вот на следующей неделе, в этот же день, то есть в пятницу, мама приготовит эту же картошку. Это уже традиция, поэтому не надо спрашивать, что будет на завтрак, обед или ужин.

- А что будет на ужин, мам? – спросила я, когда мама встала возле раковины и начала мыть посуду.

- Ты уже давно мысли прочитала, зачем тогда спрашивать? – улыбнулась мама.

Я могла бы сказать, что мы с Маркусом обычные дети, но я этого не скажу. На самом деле, с самого рождения, у нас есть склонность к некоторым необычным вещам. Когда мне было 3 года, и я ходила в детский сад, то заметила, что заранее могу предугадать, что сделает воспитательница, или мои сверстники. Меня это пугало, потому что я слышала голоса, и считала себя сумасшедшей. Маркусу говорить об этом боялась, думала, что назовет сумасшедшей. Но оказалось​, что у Маркуса тоже был свой секрет. Он умел понять чувства других людей, например, когда маме плохо, когда отец устал, или когда родители злятся. Мы не понимали, что это значит. Однажды, мы решились рассказать об этом родителям. На удивление, они отнеслись к этому вполне адекватно, отвели нас к гадалке. Она сказала, что я владею даром телепатии, а Маркус – эмпатии. Это противоположные способности, но в, то, же время похожи, потому что обе связаны с сознанием. Вроде, что может быть плохого в таких способностях? Проблемы возникли тогда, когда мне исполнилось 6 лет, и я пошла в 1 класс. Я как вчера помню тот день. Моей однокласснице не посчастливилось разозлить и обидеть меня. Она назвала меня толстой, Маркус попытался меня сдержать, но я так разозлилась, что каким-то образом воздействовала на сознание Клары, она потеряла сознание, и провела без сознания примерно 3 часа. Медсестра так и не поняла, что произошло, да и психолог тоже. Обвинять меня не стали, да и не за что было обвинять. Я сама себя обвиняла. Рассказывать родителям не стала, хотя Маркус настаивал на этом. В этом и был минус моих теоретических способностей – они выходят из-под контроля, если я злюсь.



Лана Стоун

Отредактировано: 02.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться