Вернись! Пока дорога не забыта

Font size: - +

Наши цели не близки тем, от кого зависит их осуществление

5. Фрегат короля Энварда второго идёт из Титании в Полонию

Наши цели не близки тем, от кого зависит их осуществление

 

Погода была превосходная. Если на пути в Метрополию морякам пришлось попотеть, море волновалось, ветер менял направление, и попутным его назвать было бы большой натяжкой, то домой корабль бежал с охотой, словно добрая лошадка, торопившаяся в родную конюшню. Энвард любовался небом и морем, наблюдал за отлаженными, спокойными действиями команды. Первую половину пути король был погружен в мысли о прошедших переговорах с Меерлохом. Хотя внешне всё выглядело благополучно, ни одна из сторон не осталась довольна другой. Протокол выполнили, но чувствовалось напряжение, готовое перерасти во вражду. Не забыта большая война. Меерлоха огорчали её результаты, цели не достигнуты. Более того, бывшая колония приобрела статус полуколонии, и у метрополии нет возможностей вернуть былое. Энвард же, хотя и был в те времена юн, хорошо помнил тяготы и лишения, принесённые Титанией на родную землю. Ранний уход отца из жизни оказался следствием огромного напряжения его сил, и во время войны и после неё, когда требовалось восстановление мирной жизни.

Свежий ветерок ерошил, запутывал волосы, Энвард с удовольствием вдыхал морской воздух и радовался тому, что бесконечные балы в душных залах и переговоры в давящей атмосфере остались позади. Император теперь с помощью дипломатии добивался того, чего не достиг военным путём. Метрополии нужны работники, точнее рабы. После чудовищного мора во времена молодости Меерлоха, погибла большая часть крестьянства и ремесленников. Почти все уцелевшие семьи остались бездетными. Выращивать хлеб, овощи, заниматься животноводством, производить орудия труда было некому. Для привлечения рабочей силы из соседних государств снижены налоги, раздавались в пользование на несколько лет пустующие земельные участки. Но эти меры не имели решающего значения, ведь и у соседей дела были немногим лучше. Казна Титании истощилась, покупать продукты за границей с каждым годом становилось всё обременительнее. Привезти рабочих из-за моря казалось единственно возможным выходом. Энвард, как и его отец, не соглашался принудительно переселять своих подданных. Титанийцы вели разговоры о том, как Полония обязана метрополии, ведь именно предки Меерлоха два столетия назад оплатили освоение новых земель и назначили Майера их правителем. Вплоть до большой войны предприимчивые купцы за бесценок вывозили из колонии пушнину, древесину, зерно и многое другое. Освоение новых земель многократно окупилось. Энвард II мечтал окончательно отмежеваться от метрополии, а не расширять свои обязательства. Однако, через три года, как это и полагалось по заключенным в конце большой войны договорённостям придётся снова плыть в метрополию. Одними выражениями верноподданнических чувств не обходилось. На этот раз пришлось обещать крупные поставки продовольствия. Дипломаты выторговали снижение пошлин для купцов, доставляющих из полуколонии продукты питания. Заинтересованности в вывозе продовольствия из страны не было. Коренное население занималось сбором и переработкой даров леса, ловлей рыбы и работой на небольших огородах. Эти люди имели скромные потребности. Они любили всевозможное рукоделье, и торговля шла, в основном, высокохудожественными изделиями народных промыслов, в том числе и за рубеж. На вырученные деньги аборигены приобретали всё необходимое для жизни и ведения хозяйства. Некоторая часть уходила в казну в виде податей. Королевский двор и знать обеспечивали фермеры и многочисленные сельские артели, где трудились потомки переселенцев. Излишками торговали с соседями. Это выгодней, чем морем везти товары в метрополию, рискуя их потерять или испортить. Приходилось, однако, выполнять настойчивые требования Меерлоха. Энвард уже не впервые глубоко задумался о том, сможет ли он за отпущенный ему жизненный срок добиться независимости своей страны или эта задача останется его потомкам. Мысли перенеслись во дворец. Как там обстоят дела? Справляется ли Совет Мудрейших с возложенными на него обязанностями или закопались в распрях и спорах? Не слишком ли утомляется королева, разбирая бесконечные разногласия? Ничего, Андэст отслеживает ход дел. Этого старика не просто выбить из седла. Скоро и сам Энвард вернётся, и государственное управление войдёт в привычное русло. Вот и чайки появились на горизонте. Уже близко земля.

 

6. Предместья столицы Полонии. Дом дочери Андэста

Учёл все мелочи? Их больше

 

У реки возились дети Зурии: Гера – девочка шести лет и четырёхлетний мальчик Тиль. Было весело, шалуны подбирали с берега камушки и кидали в воду. Парнишка оступился и зачерпнул воды в ботинки, но прекращать игру ему не хотелось. Когда строгая сестра потащила его к дому, чтобы переобуть, он яростно сопротивлялся. Во время борьбы у заднего крыльца они расслышали шум подъезжающей кареты и, моментально обо всём позабыв, прильнули к щелям в заборе. Мать встречала экипаж у ворот. Открылась дверца, по ступенькам спустился дедушка с большой корзиной в руках и передал ношу Зурии.

– Вот то, о чём я тебе говорил. Отнеси в комнату и сделай всё необходимое, а я навещу внуков. Где они?

– На берегу, – ответила женщина и заторопилась в дом. Андэст достал из кареты игрушечную лодочку и пошёл к калитке, ведущей через задний двор к реке. Дети, увидев это, побежали навстречу дедушке. Лодочка была великолепна. На корме крепилась катушка с намотанной суровой нитью. Эту нить, другим концом можно было намотать на вторую катушку, снабжённую ножкой для крепления в грунте. Когда лодочка уплывала, её возвращали «в порт», намотав нить на береговую катушку. На лавочке сидели два гребца. Рукоять вёсел приводилась в движение пружиной, которая при заводе, вращала стержень в одну сторону, а после того, как лодочку спускали на воду, вертела его в другую. Большие лопасти вёсел крутились, отталкиваясь от воды, и лодочка уплывала от берега. Андэст укрепил большую катушку в щели мостков и показал, как заводить и запускать игрушку. Некоторое время он с удовольствием наблюдал, как внуки чинно, не смея при нём спорить, запускали лодочку и возвращали её, наматывая нить на катушку. Вспомнив, что надо возвращаться во дворец, наставник пошёл к экипажу, пожелав детям быть послушными и дружными. У крыльца он отдал Зурии туго набитый кошель и попросил проводить его немного, собираясь сделать ей кое-какие напутствия. Женщина забежала в дом, бросила кошель на комод, заглянула в смежную комнату и, убедившись, что там тихо, поспешила вслед за отцом.



Ирина Ваганова

Edited: 03.08.2018

Add to Library


Complain




Books language: