Вершители. Книга 1

Размер шрифта: - +

Глава 11. Поганая проплешина

Серыми еще сумерками, как и велела Ирмина, Шкода, Афросий и Ключник, прибыли в деревню Федулки. Машина радостно урчала. Ключник постарался, хоть и малолетка, а укатил из папиного гаража новенький Лексус, темно-синий, с хромированными ручками, папину любимую тачку. Пока Ключник вез их по широкому безлюдному в ранний час шоссе, Шкода и Афросий разомлели от автомобильного тепла и тихо похрапывали.

По сибирским меркам, деревня Федулки — довольно большая, у нее даже центральная улица имеется, по которой когда-то давно, еще в советские годы, сыпанули асфальт. С тех пор он поистаскался, стерся, смылся весенними дождями, превратив эту самую центральную улицу с предсказуемым наименованием «Ленина» в непроездные дебри.

«Лексусу» повезло. Сейчас зима. И глубокие промоины засыпало снегом.

Когда-то добротные дома, выстроившиеся стройными рядами вдоль дороги, сейчас выглядели уныло и заспанно. Жители только затапливали печи, окуривая округу едким дымом.

— Бабкин дом где-то на окраине, сворачивай, — не открывая глаз скомандовал Шкода.

Антон-Ключник с сомнением глянул в сторону, но перечить не стал:

«Все ж видит, гад, — подумал про Шкоду. — Словно глаза у него на лбу. И голос такой мерзкий».

На улицу Ленина перпендикулярно выходило несколько улочек. И здесь картина менялась кардинально: чем дальше от центральной улицы, тем чаще попадались заброшенные, покосившиеся от времени избушки с выколотыми глазницами окон, и тем неприглядней выглядели дворы через дырявые, давно не крашеные заборы.

—Да-а-а, — протянул с заднего сидения, шумно зевая во весь рот, только что проснувшийся Афросий, — унылый пейзажик, ничё не скажешь. Брррр…

Ключник хмыкнул в ответ.

Шкода внимательно разглядывал дома в поисках нужного. Особых ориентиров не было. Но отчего-то он точно представлял, что это за дом, который обходят стороной даже кошки. Ключник притормаживал то у одного покосившегося дома, то у другого. Но Шкода снова и снова заставлял ехать дальше, нервничал и ругался.

В конце концов, Ключник смирился с ролью безвольного водителя, и стал методично объезжать все дома на околице, пока Шкода проговорил:

— Тормози! Вот он!!!

Перед ними стоял почерневший от старости дом, иссохший дом, с заколоченными ставнями, сквозь вырубленные сердечки которых на улицу выглядывала непроглядная тьма.

Несколько ступеней на крыльце провалились, дверь жалобно поскрипывала на ветру, пропуская внутрь безлюдного жилища ледяную стужу. Весь двор был завален каким-то мусором, выпиравшим даже из-под метрового слоя снега. Тропинки к дому не было.

Здесь давно никто не жил.

— Ну что за халабуда! — Афросий вылез из машины, морщась от одного вида безрадостного жилища.

Порыв ледяного ветра немилосердно распахнул полы его короткой дубленки, заставив его, ворча проклятия и чертыхаясь, снова забрался на заднее сидение, в теплое нутро автомобиля.

Шкода медлил.

Он сидел на переднем сиденье, уставившись на дом. Его холодный взгляд скользнул вдоль покосившегося забора в сторону черного леса. Туда, между высоких, по пояс, сугробов, уводила узкая, едва протоптанная в свежевыпавшем снегу тропинка и терялась где-то в глубине.

Зачем ему это все?

Молчавшее всегда создание, которое неженки зовут инстинктом самосохранения, предчувствием, шептало «остановись».

«Стоит ли оно того, чтобы переться в мороз в лес, не известно куда, не понятно в поисках кого?» — мелькало в голове. — «Что там говорила старуха – «параллельные миры»? Бред какой-то! Как я умудрился вчера клюнуть на это?!»

В этот момент зеркальце во внутреннем кармане зимнего пальто само передвинулось, больно кольнуло его необработанным краем.

—Ч-черт! — вырвалось. Он полез во внутренний карман, там где только что почувствовал странное движение, провел рукой – кровь…

— Эээ, Вань, — Ключник покосился на испачканные красным пальцы, - ты что?

Шкода не ответил. Он понял, что хотело сказать ему зеркальце старухи — обратной дороги у него нет.

Он — в руках сумасшедшей старухи.

«Ну, да ладно, — утешил он себя. — Это—последнее дельце, и ухожу на покой: не всю же жизнь скакать по лесам и болотам, в поисках мифических сокровищ!»

С этой мыслью он решительно вылез из машины. Ключник и Афросий – за ним.

— Бабка сказала в дом не заходить, — мрачно процедил сквозь зубы Шкода, вернулся в машину, достал из-под своего сиденья припрятанный сверток.

— Да не больно-то и охота, — заржал Афросий.

— Тогда идем, — Шкода развернул сверток – в нем оказалось два пистолета – протянул один из них Афросию, второй запрятал себе за пояс на пояснице, и первым двинулся в сторону леса. Афросий гоготнул, привычным жестом поправил в кобуру (Антон и не видел, что у него она есть), закрепленную ремнями на груди, плотнее закутался в дубленку, и, надвинув на глаза пушистую шапку, последовал за Шкодой:

— Не отставай, салага!

Антон размашисто хлопнул водительской дверцей, щелкнул замком сигнализации: все-таки не хорошо бросать аппарат рядом с этой хибарой, но что поделаешь.

«Будем надеяться, что местные пацаны узнают о тачке позже, чем мы вернемся», — вздохнул он, и поплелся за товарищами.

***

Шкода по-прежнему шел первым.

— Иван, — окликнул его Ключник, — ты, что ли знаешь, куда идти? Чего молчишь тогда, нам тоже сказать не желаешь?

Шкода молчал.

Он считал шаги.

Увязая по колено в снегу, он вывел компанию до кромки леса, прошел опушку и двинулся дальше, мимо почерневших стволов. Не доходя до криволапой ели, Шкода свернул с тропинки и двинулся напрямки по сугробам.



Евгения Кретова

Отредактировано: 15.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться