Вержская резьба

Размер шрифта: - +

24

На глаза Каплину попалась книжка. Мирно лежащая на подоконнике книжка в мягкой обложке. Опять этот проклятый бульварный роман. Или что это там такое, говорила Диана? Бредни какой-то родственницы их соседки-певички? Хорошо семейство… Камелин – редкая фамилия, если к нему придет устраиваться ее носитель, Капля откажет ему, это без вопросов, потому что вряд ли их в Керыльской области много, скорее всего, еще какой-нибудь родственник, и с точно так же забитой всяким мусором башкой.

Диана появилась минут через десять. В длинном цветастом домашнем платье почти до пола, без косметики и украшений, со стянутыми в хвост волосами. Правда, хвост не тугой – одна прядь свободно спадала на лоб, и она за ту минуту, что он наблюдал за ней, как она тоже наливает себе стакан воды и залпом выпивает, она раза три откидывала ее назад свободной рукой.

- Ну, ты успокоилась? – как можно более миролюбиво спросил Капля, взглянув на часы. Пятнадцать минут десятого. Детское время. Еще можно сходить в магазин, взять пива, орешков, включить на ноутбуке какой-нибудь фильм, запереться в своей комнате и провести остаток дня вредным, неподобающим, но приятным образом. Осознавая, что завтра еще целый свободный день, и лишь девятого, в понедельник, ему надлежит явиться в «Реском» и вернуться к привычному образу жизни. Мини-отпуск. Впервые за много месяцев Каплин в выходные ни разу не вспомнил о своих делах: так, в понедельник у меня две встречи, во вторник нужно сдать отчет за прошлый месяц, на среду назначено собеседование новых продаванов на телефон – старые, ничего не заработав, наполовину разбежались…

- Я всегда была спокойна, как скала. Только вот чувствую, что недолго этому осталось, - Диана сверкнула глазами, - думала, что вышла замуж. А попала в театр на дурной спектакль.

- Ты сядь и расскажи все про этот спектакль. А там вдвоем подумаем, что делать и нужно ли.

- Нужно ли? – она развела руками, - ты смеешься?

- Нет. Я абсолютно серьезен, Ди. Как всегда.

- Ты готов меня слушать или сразу же выставишь свои аргументы в духе «все так живут, и нам положено»?

- Могу сразу же выставить, ты и так знаешь, что я их выставлю. И еще считаешь, что плохо вышла замуж? Вон как быстро ты меня изучила, - парировал Капля.

Диана покачала головой.

- Нет, я не считаю, что я плохо вышла замуж. Но и некоторых проблем отрицать никак не могу. Как бы мне ни хотелось верить, что все хорошо, я не понимаю кое-чего.

- Чего же?

Она села напротив, закинула непослушную прядь назад. Потянулась было к хвосту, но махнула рукой – есть дела поважнее.

- Каплин. Николай Каплин, человек немаленький, начальник филиала крупной фирмы с гнездом в Москве. Зашибаешь приличные деньги, даришь жене на день рождения коробочку, в которой пара сотен тысяч, если не больше. Только не цепляйся за это, потом поговорим об этом, если хочешь. Долго и красиво ухаживал. Принял мое условие: вся телесная сторона любви – только после свадьбы. Тебе стоило большого труда это принять. Знаешь, женщина всегда чувствует, когда ее раздевают взглядом, потому что раздевать взглядом ее начинают еще с того возраста, когда она вообще не задумывается о сексе – педофилов полно, намного больше, чем принято считать. Годам к тринадцати уже без вопросов это определяет. Ты именно что раздевал. Я видела, что твоя бы воля – ты бы не таскал меня по этим приличным кафе, а тупо привел к себе домой, купил пива и орехов, показал мне пару тупых американских фильмов, а затем завалил в койку, и мы бы жили так, пока тебе не надоело это. Как любой мужчина. Не пытайся мне рассказывать, что вы не все такие, вы все абсолютно одинаковые. От слесаря Вовки до доктора наук. Но я стараюсь не распалять твои чувства лишний раз, а ты пока еще держишь себя в руках. Мы женимся. Все как положено. И я – а я сама уже извелась, да, нехорошо, телу можно сказать «не делай этого», но нельзя сказать «не мечтай об этом» - ко всему готовая – жду, когда ты сделаешь то, чего так давно ждал. Ты не делаешь. Ты начинаешь лить мне в уши какой-то невероятно неубедительный бред про то, что нужно сначала купить квартиру, бла-бла-бла. Делаешь вид, что не знаешь о существовании контрацептивов, потому что якобы приличные люди ими не пользуются. Неприличные, чтобы ты знал, ими не пользуются, они на аборты бегают, а приличные не видят ничего зазорного в том, чтобы зайти в аптеку и купить себе нужную коробочку. Это не так уж дорого. Шляешься по вечерам непонятно где. Придя домой, занимаешься неизвестно чем. Каплин, что это за спектакль? Что это за надутые щечки обиженного ребенка? Ты сделал то, что должен был сделать, чтобы получить доступ? Сделал! Имеешь полное право. И сама я готова идти навстречу. Ладно бы я не хотела, а ты это чувствовал… Но я тоже давно жду. И я тоже хотела до свадьбы. Но нельзя. Понимаешь, нельзя. Если хотя бы одна пара воздержится, мир будет на один шаг дальше от разрушения и гибели. А ты сейчас ведешь себя, как ребенок, которому купили игрушку не по первому требованию, а через пару дней с папкиной зарплаты – и ты делаешь вид, что уже не хочешь играть. Я не понимаю, ты чего добиваешься?...

- Заткнись! – гаркнул Капля и грохнул рукой по столу. Стакан с остатками воды жалобно звякнул и неуверенно, как в замедленной съемке, опрокинулся набок, тонкая струйка побежала по столешнице, с грохотом врезаясь в линолеум и растекаясь брызгами.

Шумно дыша, он расстегнул воротник рубашки. Диана устало смотрела на него – причем без всякого испуга, тревоги, непонимания в глазах.



Федор Ахмелюк

Отредактировано: 17.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться