Вержская резьба

Размер шрифта: - +

33

Но стоило ему сунуть книжку в ящик стола – почему-то рука не поднялась выкинуть эту агитку в мусорную корзину – как из комнаты, занимаемой транспортниками, послышались какие-то вопли.

Капля подскочил, вылетел из кабинета и понесся к мужикам. Один раз там уже была крупная ссора – кто-то ненароком, но подгадил кому-то, едва не подставив на гарантированное увольнение. Капля был на встрече, по счастью, Стас и Игорь смогли утихомирить спорщиков и разобраться, кто где ошибся и как это поправить. Но сейчас ни того, ни другого на месте нет, а значит, разнимать придется ему, начфилу. Кому ж еще-то?

Навстречу ему вылетел всклокоченный, покрасневший Мишка Симонов – глаза горят, короткая окладистая борода торчит в разные стороны.

- Что за шум? – гаркнул Капля, за доли секунды успев оценить ситуацию: нет, это не ссора по рабочему поводу, что-то другое.

- Авария! Она в грузовик въехала! С Лизкой! Сейчас в больницу везут! – выкрикнул Симонов.

Все понятно.

- Говорят, что… Плохо там все, - как-то разом поникнув пред встревоженным взглядом начальственных очей, добавил Симонов.

- Поезжай. Знаешь, в какую больницу отправили? Вызывай такси и в больницу, - коротко сказал Каплин.

- А…

- Срать на работу, Вова твоих возьмет! В больницу дуй, говорю! – прорычал Капля.

Симонов метнулся назад в комнату, спустя полминуты, застегивая куртку и второй рукой поправляя сбившуюся шапку, выбежал из офиса.

Этого еще только не хватало…

Каплин, войдя в кабинет транспортников, оглядел взбудораженных подчиненных, оторвавшихся от работы, и махнул рукой.

- Я ему позвоню часа через три, как только выяснится хоть что-то. Вам передам. Работайте, мужики. Вова, возьми пока на себя Мишкиных людей, там немного у него должно быть.

Он вернулся в кабинет, в котором в отсутствие хозяина повисла какая-то тягостная, пыльная пустота. Сел за стол, но работать не было никакого настроя и желания. Кроме того, он так и не проинструктировал старушку Марго, думая сегодня взвалить это на Мишку, и уже набрасывая в голове план инструктажа. Конечно, в Москве на такую замену посмотрели бы косо. Но это отвлекло бы Михаила – уже представленного на руководство транспортным отделом – от его текущих проблем. Симонов вообще сильно сдал за последние дни – было ощущение, что по ночам он пил. Немного, чисто для глушения постоянных переживаний за дурную жену и дочку, но выпивал.

Зачем он женился на этой пиранье, интересующейся только карьерой, весом в обществе или, как вариант, когда пришло понимание, что ждать олигарха не стоит, но и на начальственную должность так просто не пробьешься – просто деньгами? И как только интересы сместились – сразу же подвалился достаточно беспринципный денежный мешок, не видящий ничего плохого в том, чтобы отнять у ребенка отца? Ведь у Симоновой на лбу написано: если Мишка будет лезть в ее новую жизнь, его ждет какая-нибудь легко фальсифицируемая и очень неуважаемая уголовная статья, по которой фактически действует презумпция виновности – а вдруг пропустят настоящего извращенца?... Чтобы знал свое место и не путался под ногами.

Мишка много работал. Зарабатывал по керыльским меркам хорошо. Твердо ставил себе цели: начальник отдела, заместитель начфила, в перспективе, когда Каплина ушлют на повышение, - начфил. Видимо, последнее время он начал понимать, что «Реском» не особо-то ценит честных работников. Что здесь в цене не старание и компетентность, а нахрапистость, умение влезть в любую задницу без мыла, продать утопающему бочку воды, столкнуть ближнего, обгадить нижнего, заморочить, залить голову клиенту, дабы тот проглядел очевидно невыгодные условия и все равно подписал договор с «Рескомом». И у Ольги были куда более вероятные перспективы вылезти в начальники, чем у него, Мишки. Это Капля его тянул, представлял к должности начальника отдела… Москва, разобравшись, скорее всего, откажет. Особенно если учесть, что они все еще в расстройстве от потери Симоновой, но это же не Капля подложил ее под этот денежный мешок?...

Да что там. У этих двоих даже волны, на которые они могли настроиться, разные. Волны?…

Аналогия, приведенная болтуньей Камелиной, сама собой просочилась в мозг и, видимо, прописалась там, вылезя в подходящий момент.

Капля полистал лежащие на столе рабочие документы – копию рекомендательного письма на Мишку, отправленного вчера, свои экземпляры приказа об отпуске и расчетного листа на исчисление отпускных, свои рукописные наброски проекта реформы устройства филиала, в котором предлагалось отказаться от отдела телефонных продаж, еще какие-то бумаги… Работать расхотелось окончательно. А еще только одиннадцатый час…

Он тоскливо выглянул в окно. Снующие внизу по улице машины. Изуродованный рекламой с лоснящейся мордой Шехляева автобус. Хотя вообще-то день тишины, ее должны были уже содрать… Пестрая толпа прохожих на тротуаре, перед светофором: две в морковно-оранжевых куртках – такого же цвета, какого был строгий костюм с юбкой на Ольге в день, когда он ее выгнал. А сейчас она в больнице – попала в аварию на отобранной у мужа «Ладе Гранте», которая, наверное, восстановлению не подлежит, Капля слышал, что с пассивной безопасностью у этой машины довольно хорошо, значит, все действительно очень плохо. И Михаил… интересно, его пропустили к ним? Они же еще даже не начинали бракоразводный процесс, и даже если разведутся, он все равно остается отцом Лизы, его должны пустить к дочери.



Федор Ахмелюк

Отредактировано: 17.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться