Вестник

Размер шрифта: - +

2

 

Пустошь была похожа на потрескавшуюся керамическую тарелку, забытую нерадивой хозяйкой на плите. Ее края – куда ни глянь - слегка приподнимались кверху, и серьезно припекало как сверху, так и снизу. Вот уже три дня я пытался выбраться из этой посудины, но, такое впечатление, будто я все время топтался на месте. Лишь на четвертый день местность стала меняться. Сначала на западе, а потом и на востоке появилась непрерывная полоса желтых известняковых скал, испещренных глубокими ущельями. Стали встречаться проржавевшие до основания остовы малогабаритных судов, частично ушедших под грунт. И я понял, что, наконец, добрался до северной оконечности Пустоши, известной как Долина Ветров. Место – уникальное, как и все в новом мире. Ровная, словно поверхность стола, и покрытая густой сетью трещин, словно морщинистая кожа под увеличительным стеклом низменность, протянувшаяся на три десятка километров с юга на север. Свое название она получила неспроста: сильные ветры здесь были постоянным явлением, но вместо облегчения они приносили с собой жар раскаленной пустыни.

Я двигался на север на одной силе воли, с трудом переставляя ноги, и не мог думать ни о чем, кроме как о глотке воды. Она закончилась вчера, но, такое впечатление, будто я не пил целый год. В глотке пересохло, да и все тело казалось настолько высушенным, что я начал опасаться, как бы оно не рассыпалось от резкого движения. Далеко позади остались и осыпающиеся дюны, и песчаные крабы с нежным сочным мясом, и отвратительные на вкус бешеные ананасы, о которых я с некоторых пор вспоминал с особой нежностью. Но я упрямо продолжал идти вперед, потому что знал – очень скоро мои страдания закончатся.

И возможно, даже раньше, чем я предполагал.

Я подумал об этом, когда накативший поток ветра донес до меня отдаленный грохот. Шею напекло так, что я не мог безболезненно повернуть голову. Но и остановиться было нелегко. Казалось, стоит мне сбросить обороты, и я уже не сойду с места. Однако любопытство взяло свое. Сделав еще пару шагов, я замер, развернулся всем телом и увидел… надутые ветром паруса.

Нет, это был не глюк. И не мираж. И не призрак минувших дней. Это на самом деле были паруса, прикрепленные к доскам на колесах. С тех пор, как бензин стал редкостью, а желание передвигаться быстрее и с определенным комфортом пока еще не угасло, народу приходилось искать доступные способы преодоления пространства, экономя при этом время. Некоторые умельцы гнали самопал, который не только бил по мозгам, как кузнечный молот, но и был способен приводить в действие старые движки внутреннего сгорания. Правда, долго они не работали, а некоторые и вовсе взрывались – это уж кому как повезет. Другие приспособили под это дело особую разновидность артефактов, похожих на расплавленное стекло с радужной оболочкой. Их так и называли – Радуга. С их помощью удавалось запустить генераторы и некоторые двигатели. Их хватало на несколько часов работы, а заряжались они сами, поглощая солнечную энергию. Правда, встречались такие артефакты редко и стоили дорого. Там, где сохранились железнодорожные пути, вовсю использовали ручные дрезины. А обитатели Долины Ветров перешли на альтернативный вид энергии.

Сами себя они называли Соляными Королями, хотя в недавнем прошлом это были обыкновенные гопники, которым повезло наткнуться на золотую жилу. В данном случае золото было белым, как снег, и называлось солью. Я помню те времена, когда она стоила копейки и была вседоступна. В любом продуктовом магазине можно было купить хоть килограмм, хоть тонну. Соль была разная: крупного помола, экстра, морская, йодированная, даже черная, но эта – дороже. Однако после того как мир изменился и складские запасы подошли к концу или были присвоены разного рода хапугами, цена на соль выросла настолько, что она стала одним из самых ходовых товаров. По началу ее добывали различными кустарными способами: выпаривали, выжигали, добывали при помощи всевозможной химии. И все это продолжалось до тех пор, пока не появилась Пустошь, а вместе с ней и настоящие залежи высококачественного продукта. Первой на них наткнулась банда Лося, промышлявшая восточнее этих мест обыкновенным разбоем. Лось – парень не глупый – сразу смекнул, что к чему, застолбил место, увеличил поголовье своего стада и начал бизнес. Сначала лосевцы сами добывали соль, потом наловили людишек и уже на их плечи взвалили грязную работу. Дело пошло, прибыль потекла рекой в карманы Лося. Но длилось это не долго: появились ребята покруче и после основательных разборок, стоивших Лосю самых лучших его бойцов, подмяли под себя прибыльный бизнес. Лось уцелел и даже остался при деле, правда, теперь уже не крутым паханом, а всего лишь управляющим, регулярно снабжавшим настоящего хозяина товаром. Однако в этих краях именно он был царь и бог, и вершитель человеческих судеб.

Я как-то бывал мимоходом в Долине и даже встречался с Лосем. А он слышал обо мне, поэтому мы разошлись тогда миром. На этот раз все могло быть иначе, и в другой ситуации я бы предпочел не попадаться на глаза его головорезам. Но они меня уже заметили и мчались вдогонку на всех парусах. Должно быть, на разработках опять недобор, а тут одиночка, едва передвигающий ноги – легкая добыча.

Они выскочили из одного из ущелий и, заметив меня, свернули на север. Я не стал их дожидаться, продолжил идти дальше, но перед этим переложил перо в ножны, закрепленные на голени. На всякий случай. Они настигли меня, грохоча колесами, куражась, нарезали пару кругов и остановились, преградив дорогу.

Их было трое на легких досках-одиночках. Я знаю, что у них в наличии имелся и транспорт покрупнее габаритами. Сам Лось, например, разъезжал по Долине на настоящем плоту в окружении своих телохранителей. Правда, его колымага двигалась медленно. А это была легкая пехота, способная на ровной местности догнать даже мастера спорта по бегу – хоть спринтера, хоть стайера.



Крис Кельм

Отредактировано: 10.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться