Ветер с полуночи

Размер шрифта: - +

Мир иллюзий

Кто-то злой и умелый, 
 Веселясь, наугад 
 Мечет острые стрелы 
 В воспаленный закат. 
 Слышно в буре мелодий 
 Повторение нот... 
 Все былое уходит,- 
 Пусть придет что придет. 


 В.Высоцкий

 

Они ожидали, что попадут в ночь - и эта была ночь. Но это была вовсе не та ночь - она светилась огнями, она вспыхивала далекими фейерверками, она вздыхала музыкой. 
 К остановившемуся браганту подскочил какой-то слуга в ливрее, и жестом выразил крайнее неодобрение. 
 Миреон почему-то без вопросоов открыл дверь - хотя, конечно, нужно было бы сначала проверить воздух на пригодность для дыхания. 
 - Ваше Небесное Великолепие! Лауры! Сюда на машинах нельзя! Простите великодушно, здесь ходят ножками! Прошу прощения, лаура! Служитель отведет ваш брагант. Вам заказана ложа? Понятно, ничего, есть свободные. 
 - Вы что-нибудь понимаете? - прошептал Петерас, едва слуга закрыл за ним дверь ложи. 
 - Дрон ничего такого не показывал, - таким же шепотом ответил Марсус. 
 - Эх, аппаратура осталась в браганте. 
 - Воображаю, как бы ты смотрелся со своей коробкой на спине. 
 - Пустили же нас в походных костюмах. 
 - Мальчики, я понимаю, что это последствия шока, но нельзя же быть такими слепыми... 
 - Ой. Ты нас переодела... а я и не заметил, - удивился Марсус. 
 - Давайте лучше осмотримся пока без аппаратуры! 
 - Один вопрос. Кара-ла, ты догадываешься, где мы находимся? - спросил Миреон. 
 - Нет. Даже идей не возникает. Только... я уверена почему-то, что это тот самый мир, в который мы шли. 
 - Мне почему-то кажется, что ты говоришь не все. 
 - Тссс, давай смотреть! 
 Легкий шум в зале, над которым нависала ложа, тем временем стих, свет еще больше померк, музыка начала что-то плавное а слева дохнул голос - непонятно, мужской или женский, но пронизывающий до костей - и не словами, а какой-то нечеловеческой устремленностью: 
  
 Настала ночь, и сжался мир вокруг 
 Уже не мир, а так, кусок, осколок. 
 И призрачен, и неизбывно-долог, 
 И небо замыкает черный круг. 
  
 Ему ответил другой голос, откуда-то справа и уже явственно женский: 
  
 Собери сухие ветки, 
 Оторви клочок рассвета, 
 Зачерпни ладонью света 
 Прожитых минут. 
  
 Разгоняя ночи небыль, 
 Пусть огонь взовьется к небу, 
 И растает, словно не был, 
 Оставаясь тут. 
  
 И снова вступил первый голос: 
  
 Но что-то там, за гранью черноты 
 На нас глядит загадочно и строго. 
 Из ниоткуда в никуда дорога 
 Из ночи в ночь, вдоль тьмы и пустоты. 
  
 Теперь они пели оба и медленно выговариваемые слова, казалось звучат с двойной силой. 
  
 Будут в сумрак блики литься, 
 Будут отблески на лицах, 
 Будут тени шевелится 
 Взмахом темных крыл 
  
 А вокруг, холодной ночью, 
 Ненаписанною строчкой, 
 Непоставленною точкой 
 Темный мир застыл. 
  
 Второй голос пропал, теперь звучал только первый, звучал затихая, как будто у него не было сил: 
  
 Нет расстояний, есть лишь темнота. 
 Нет времени, вокруг чернеет вечность, 
 И ночь, и пустота, и бесконечность - 
 На тонкой грани черного листа. 
  
 - Нам пытаются что-то сказать, - шепотом произнес Миреон. 
 - Знаешь, в мире есть много зла, есть великое зло, но я никогда не слышала, чтобы странников просто вот, за здорово живешь приглашали в такие места. Все, что не зло - все это делают существа - люди или нет. 
 - Я читал истории о чудовищах, жертвы которых блаженствовали, пока их пожирали, - поддержал его Петерас. 
 - Так, мальчики, я вижу, что это иллюзия, но... во-первых, давайте прислушаемся, что оно хочет. А во-вторых... 
 - Что? 
 - Если есть возможность дотянуть до конца балла, может быть, нас доставят домой? 
 - Если только подадут иллюзорный экипаж? 
 - Да нет, неужели ты не видишь, что эти картины извлечены из памяти всех нас - а значит, это нечто большее, чем просто иллюзия. Слушай, - она повернулась к Миреону, пойдем потанцуем! 
 - Я не умею, да и зачем? 
 - Затем, что я хочу! И не заставляй меня искать причины, знаешь же, что найду. 
 Она схватила юношу за руку, и в два шага они оказались за красноватом диске в углу балкона - это был лифт, и он скользнул вниз и в сторону, и в следующий момент те же голоса начали вальс. 
  
 Ночь словно звезды погасит мечты, 
 Осень сменяет зима. 
 Снег тихо-тихо летит с высоты, 
 И серебрятся дома. 
  
 Но навевает сны первый снег, 
 Светлыми стали в ночи, 
 Пройденный день, прожитый век, 
 Веток опавших лучи. 
  
 - Ты имеешь понятие, что женщины любят, чтобы их обнимали немного крепче, да и немного ниже не помешало бы... 
 - Но... 
 - Знаешь, когда ты пластал меня голою на столе, ты был существенно смелее. 
 - Ты бы видела со стороны, как тебя колбасило на этом столе. 
 - У меня отняли все, даже боль. Когда ты взялся за этого... боль была как возвращение жизни. Никогда не думала, что буду радоваться такой боли. А теперь расслабься и обними меня покрепче - честное слово, я тебя не укушу. Там у меня зубов нет. 
  
 Зимняя песня над миром звучит, 
 Мягко, и будто звеня. 
 Тучами скроются звезды-лучи, 
 Ночь и покой храня. 
  
 Вспомни о прошлом несколько слов, 
 Было оно, и прошло. 
 Снег скроет память несбывшихся снов, 
 И сохранит в ней тепло. 
  
 - На Таларе нет снега. Только на Сильване. 
 - Да не путайся ты в смысле слов, откройся им, постарайся дать возможность сказать нам, что оно хочет! 
  
 Эти снежинки из детства пришли, 
 Сквозь океаны тьмы. 
 Нежные капли ушедшей весны 
 Станут покровом зимы. 
  
 Может быть, у него стало что-то получаться - во время очередного круга показалось, что среди стоящих у стен мелькнуло знакомое лицо. Очень знакомое. 
  
 Тают снежинки как прошлая жизнь, 
 Словно осколки сна. 
 Будет зима еще долго кружить, 
 А за зимою - весна. 
  
 Снежный покров над прошлым не тронь, 
 И, ради будущих дней, 
 Эту снежинку возьми на ладонь, 
 Спой колыбельную ей. 
  
 - Знаешь, я бы не прочь повторить, - сказала Кара-ла, когда они остановились. 
 - А мне показалось, что я видел вот нам, у стены графа Гэйра. Друга моего отца. Слушай, ты уверена, что мы не умерли? 
 - Стала бы я с тобой танцевать, если бы мы умерли. Там, знаешь ли, эти радости уже не котируются. 
 Но уже начался новый танец, и когда они добрались до противоположной стороны зала, там уже никого не было. 
 - Что будем делать? 
 - Давай потанцуем еще. Мне кажется, что я что-то чувствовала, и потом... неужели тебе не нравится? 
 - Я не верю в добрых дядюшек, которые устраивают пышный праздник для блудных детей, даже не пытающихся возвратиться домой. 
 - И я не верю. Но я вижу, что нам пытаются что-то сказать выбирая из памяти - моей, твоей, Марсусовой, может быть, даже графа Гэйра - самые яркие и светлые воспоминания. 
 - А почему пытаются сказать? Почему бы просто не взять и не сказать? 
 - А это первое граничное условие - значит, тот, кто хочет сказать не умеет говорить. И он находится здесь, потому что там мы ничего не слышали. Ну где твое научное мышление? 
 - Научное мышление? - Миреон демонстративно зашарил по карманам, - а, наверное оно испугалось хонгов. 
 - Не будете во мне зверя, а то он проснется и убежит? - рассмеялась Кара-ла. 
 - Постой. А что, если "оно" просто не может сформулировать слова, и показывает образы, наиболее адекватные ситуациям, которые он хочет описать - с поправкой, разумеется, на то, как он их видит? Тогда мы можем просто отрезать все остальные семантические слои, кроме явного содержания картинки? 
 - Ну вот, а ты говоришь, убежало! Продолжай. 
 - Из того, что нам показали здесь, я могу выделить только графа Гэйра. Конечно, если я не ошибся. 
 - Давай считать, что ты не ошибся. Чем он характеризуется, прежде всего. 
 - Он встал на пути у Великого Мастера. Он исчез, хотя известно, что он жив. 
 - Так. И мы исчезли - застряли. Может быть, он тоже попал к хонгам? 
 - Да ладно, мало ли в этих мирах всякой дряни. Хорошего мало, а дряни... подожди! Я, кажется, догадываюсь. Это - сигнал бедствия! 
 - От кого, от графа Гэйра? 
 - Может быть и от него. Может быть, просто использован образ "пропавшего". А весь этот бал - образ дома. Пойдем, скорее, к нашим! 
  
  * * * 
  
 В ложе они обнаружили только Петераса, Марсус отправился искать их брагант. Внизу танцевали что-то быстрое, и свет ритмично пригасал под музыку. 
 - Можешь с ним связаться? Пусть возвращается. Есть кое-какие идеи. 
 - Мне тут нравится, - сказал Петерас. 
 - Вот и я думаю, это или сигнал о помощи или ловушка, - сказал Миреон. 
 - По-моему, сигнал о помощи должен содержать членораздельную информацию, - меланхолически заметил мальчик. 
 Музыка теперь играла что-то не танцевальное, и все тот же голос выводил: 
  
 Тихо падает снег, приглушая осенние звуки. 
 Где-то у горизонта сгорает туманный закат. 
 Оседают на желтые листья и память и руки 
 Капли древней зимы, что нежданно вернулась назад. 
  
 В этих крохотных искрах зимы вечный сон и свобода, 
 И рождение светлых, холодных и чистых снегов, 
 Сон уставшей листвы, белый саван ушедшего года, 
 Бег плененной реки меж своих ледяных берегов. 
  
 Где же Марсус? - подумал Миреон. - Хотя, если он не найдет брагант, вся затея потеряет смысл. Туда и вооруженными-то лезть - безумие, даже если получится найти и открыть ворота. А без машины и запаса апейрона, нас можно брать голыми руками. 
  
 Посмотри, и увидишь меж этих холодных крупинок 
 Белых призрачных замков немой зачарованный сон, 
 Блеск забытых, былых городов, чьи-то лица в сединах, 
 И холодное зимнее солнце ушедших времен. 
  
 Первый снег укрывает травинки, и память, и руки, 
 Невесом и тяжел, бесконечен, но скоро пройдет. 
 И снежинки летят, заглушая осенние звуки, 
 За холодным безмолвьем скрывая, что завтра нас ждет. 
  
 Тихо, не скрипнув, открылась тяжелая дверь и появился Марсус. 
 - Вот твоя аппаратура, - прошептал он, снимая ящик со спины. - Побоялся там оставить. Есть новости? 
 Миреон вкратце рассказал. 
 - Ясное дело, ловушка. Хотят, чтобы мы вернулись. 
 - Им невыгодно, чтобы мы возвращались. Им выгодно, чтобы мы нашли отсюда выход, в который они смогут за нами проскользнуть, - сказала Кара-ла. 
 - Вот они и узнают у тебя, как вызвать Древние дороги. 
 - У меня они ничего не узнают, а у вас и узнавать нечего. 
 - А если он просто хочет отомстить? Ну, за то, что ты от него сбежала? 
 - Не думаю, они слишком умны для этого. Они не будут тратить столько сил на то, что не принесет особой пользы. 
 - А может быть, ты знаешь что-то, что может принести им вред. Если ты вырвешься? - спросил Петерас. 
 - Я ничего такого не знаю. В любом случае, выгода от того, что мы найдем отсюда выход для них во много раз больше. 
 - Когда ты нашел брагант, рядом не было портала? - неожиданно спросил Миреон. 
 - Нет, а что? 
 - А то, что я остановил машину сразу же после ворот. Они должны быть от браганта не дальше, чем метрах в пяти. 
 - Это не обычная иллюзия, - вмешалась Кара-ла, - она гораздо более материальна. То, что мы видим - оно, в общем-то, реально, только гибко и меняется по воле местного обитателя. 
 - Узнать бы еще, кто он такой, - проворчал Миреон поднимаясь. - Ну что, пошли ребята? Чего зря сидеть? 
  
  * * * 
  
 - Только что тут ничего подобного не было! - с изумлением произнес Марсус, когда они зашли в указанную дверь. - Тут был гараж, в нем стоял брагант. 
 Теперь там были уходящие вниз по спирали каменные ступени - старые, истертые, покрытые пылью - казалось, по ним не ходили годами. 
 - Попробуем спуститься, - произнес Миреон и первым пошел вниз. 
 - Мне это напоминает шизофренический бред, - сказал Петерас, когда лестница сделала десяток оборотов. 
 - То есть? - спросил Марсус. 
 - Нас учили определять, не написана ли книга шизофреником. У них какая-то деталь картины может стать основой для построения совершенно новой сцены, как бы цепляющегося за эту деталь но исключающей предыдущие. 
 - Меня сейчас больше занимает, как мы будем потом подниматься, - пробормотал Марсус после того, как они сделали еще десяток оборотов. 
 - Увы, брагант здесь не пройдет. Можно сделать ял, но он одноместный, вчетвером мы туда совершенно точно не влезем. 
 - Вот что, мальчики, давайте попробуем иначе, - остановилась Кара-ла. - Подойдите сюда и цепляйтесь все за меня. 
 - Зачем? 
 - Потому что я умею летать, а вы нет. Только цепляйтесь всерьез, без нежностей - сорветесь, я с таким грузом не догоню. 
 - Можно лишить нас веса, - пробормотал Петерас. 
 - Да, но не массы. Так, вот тебе придется держаться самому, потому что я до тебя не дотянусь. Ногами все держитесь? Крепко? Полетели! 
 Теперь обороты лестницы мелькали с такой скоростью что уследить за ними, особенно с "ночным зрением" не удавалось. "Ф-р-р-р-р-р-р". 
 Наконец, девочка осторожно опустилась на ступени. 
 - Все, больше не могу, - она тяжело села на каменную ступеньку у стены. - Когда восстановлюсь, я такой нагрузки и не замечу, но сейчас... 
 - Я же говорил, не стоило так напрягаться, - погрустнел Миреон. 
 - Не бойся, я вижу пределы своего тела. К тому же вы - не самая неприятная ноша. Через два квадранса полетим дальше, вниз осталось около лиги. 
 - Там что-то есть? 
 - Конечно, там что-то есть, не зря же мы сюда спускались. Только вот что - я не знаю. 
  
  * * * 
  
 - Кто-нибудь представляет, куда мы попали? - спросил Миреон. 
 - Ага, вот наш брагант, - донесся издали голос Марсуса. 
 - Не разбредайтесь, стягивайтесь все к браганту. 
 Пещера, в которую они попали была большой, лишь слегка обработанной и из нее выходило четыре трубы правильной формы, наводившие на мысль о том, что их проделал какой-то механизм. 
 - Похоже на транспортный узел, - пробормотал Петерас. - На Таларе есть такие. Древние, говорят, еще до шторма сделанные, и поновее. 
 - Интересно, куда ведут эти коридоры? - спросил Миреон. - Может быть, какой-нибудь приведет нас домой? 
 - Это вряд ли, - заметила подошедшая Кара-ла. - Если бы нас хотели отправить домой, мы оказались бы там, пройдя через портал. Но боюсь, что мы в любом случае возвратимся к хонгам. 
 - Боишься? Ты же, вроде, хотела... 
 - Знаешь, жизнь затягивает, - улыбнулась девочка. - Тем более, когда в ней появляются друзья. Так что, в безнадежные схватки сейчас уже не тянет. Впрочем, у меня есть одна идея. 
 - У меня нет идеи, куда нам ехать... 
 - Тогда поедем куда-нибудь. 
 - Блестящая идея. По коням, ребята. Нас ждут злые хонги. Поспешим, пока им не надоело ждать!



Rigel

Отредактировано: 22.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться