Везде чужая

Font size: - +

Глава 11

- Я не понимаю, - уже привычно вздохнула Соня.

- Чепуха! – возмущённо отрезала Джейффа, не собираясь так просто оставлять соседку в покое. – Ты даже не дослушала, что я говорю!

- Мне никогда не давались… - Соня запнулась, стараясь подобрать из уже знакомых ей слов подходящее по смыслу. – Чужие языки.

Джейффа недовольно фыркнула, явно не считая отговорку серьёзной. Она твёрдо решила помочь чужеземке освоиться и, как всегда в таких случаях, не намерена была отступать. Не то чтобы новая знакомая стала ей больше нравиться, но всё же Джейффа чувствовала себя виноватой, вспоминая, как приняла соседку поначалу. К тому же Алесдэйр перед отъездом просил её не оставлять его невольную невесту без поддержки, опасаясь, что той теперь и так придётся нелегко.

- Какая разница, что было раньше?! Сейчас с твоим даром ты способна повлиять на разум любого человека, и ты хочешь сказать, что ничего не можешь поделать со своим собственным?! Да в твоих силах заставить себя мгновенно и навсегда запоминать каждое услышанное слово!

- Как? – ошарашенно пробормотала Соня, не уверенная, что правильно уловила суть сказанного.

Впрочем, интонации и жесты соседки всегда были достаточно выразительными, чтобы понимать её и без слов. По крайней мере, Соне чаще всего хватало своего скудного запаса, чтобы кое-как объясниться с новой приятельницей. Только та вовсе не считала этого достаточным.

С тех пор как Джейффа решила её опекать, она превратилась для Сони почти что в ещё одну наставницу, которых у девушки теперь и без того было предостаточно. Раньше Соня даже не подозревала, что в школе магии можно изучать столько всего. Она, конечно, понимала, что ученики, которые проводят здесь не один год, за это время учатся не только самообладанию, но до тех пор, пока Кэррайна вдруг не решила, что ей следует освоить как можно больше знаний, прежде чем она отправится ко двору, не имела возможности хотя бы отдалённо представить всех направлений обучения.

Теперь её дни были заполнены всевозможными занятиями. Соня училась подчинять себе животных и птиц, придавать хорошо знакомым каждому безобидным растениям новые свойства и, наоборот, незаметно для чужих глаз превращать опасный яд в безвредную настойку; проникать в чужие мысли и защищать от стороннего внимания свои собственные; изменять суть вещей, наводить иллюзию и по-настоящему создавать что-то новое из, казалось бы, совершенно не подходящих для заданной цели предметов…

Эти уроки проводились разными наставниками, большинство из которых были далеко не так требовательны, как Кэррайна, однако Соне от этого легче не становилось. От обилия обрушившихся на неё знаний голова шла кругом. Соня едва успевала запомнить, что нужно делать, чтобы получить тот или иной результат, и совсем не успевала как следует потренироваться на практике.

Впрочем, ей этого и не хотелось. Соня с трудом заставляла себя сосредоточиться, чтобы не раздражать наставников слишком явной неуспеваемостью, но непреходящая тревога за ожидающее её будущее не позволяла по-настоящему заинтересоваться открывшимися перед ней возможностями.

Кэррайна до сих пор не сказала, для чего намеревается отправить её в столицу, и Соня вместо того, чтобы прилежно учиться, лишь напрасно терялась в догадках, то убеждая себя, что обязательно выпутается и вернётся домой, то приходя в отчаяние и начиная сомневаться, что сумеет хотя бы просто сохранить жизнь.

Она не понимала, зачем наставнице понадобилось настаивать на таком количестве занятий для неё – не могла ведь та рассчитывать, будто Соня, даже окажись она действительно талантливой ученицей, сможет за пару недель освоить то, на что у других уходят годы. Расплывчатое пояснение Кэррайны, смысл которого сводился к тому, что она должна хотя бы выглядеть убедительно и никому не дать повода заподозрить себя в неготовности к королевской службе, мало помогло разобраться в происходящем, лишь ещё сильнее насторожило девушку.

Однако при всём внимании к успехам иномирной ученицы Кэррайну, похоже, нисколько не волновало, как у той получается осваивать язык. До сих пор Соня об этом не задумывалась, но сейчас подобное положение вещей показалось странным. Ведь если она правильно поняла соседку, то, выходит, ей вовсе не обязательно было столько времени маяться, пытаясь вызубрить хотя бы немного простейших слов и фраз, которые позволили бы иногда разговаривать не только с наставниками.

- Спроси свою наставницу, - случайно продолжив её мысль, отозвалась Джейффа. – Я ведь не из лигдаров, откуда мне знать, как вы это делаете?

В голосе приятельницы послышалась плохо скрываемая зависть, и Соня невольно смутилась, словно это она была виновата в том, что соседке не достался тот дар, о котором она мечтала.

Джейффа была верелткой, чьи способности ограничивались умением подчинять стихии, животных и растения. Соне из всего, что ей пока довелось изучать, именно это казалось самым интересным и захватывающим, но соседка явно не была с ней в этом согласна.

Как-то раз, вскоре после того, как всем жаждущим представления ко двору стало известно, кто именно отправится на летний бал, Джейффа с возмущением и неприкрытой обидой на судьбу рассказала новой приятельнице, что за всю историю Гроэнвура верелты почти никогда не занимали высочайших должностей. Впрочем, не слишком часто они доставались и извейдам, умеющим изменять суть вещей, создавать неотличимые от реальности миражи и даже менять саму реальность, и нугритам, способным разрушить и уничтожить что угодно, от любой обычной вещи до невидимого глазу явления. Соня была бесконечно удивлена, узнав, что именно нугриты обычно становятся лекарями.



Рада Мурашко

Edited: 17.03.2018

Add to Library


Complain