Викки Ёлкина не сдаётся!

Размер шрифта: - +

Глава 3

Центральная Россия, Энск. Зал суда №7. 2017 год, август.

 

— Таким образом, суд считает исковые требования Сорокиной Валерии Павловной о разделе совместно нажитого имущества правомерными и подлежащими удовлетворению. На основании изложенного, руководствуясь статьями...

Слушая монотонный голос судьи, зачитывающий приговор, благодарная женщина, почти было утратившая надежду на удачный исход, промокала глаза платочком. Алиса, сидящая рядом с ней, едва скрывала ликование. Её первое самостоятельное дело! И пускай, что под присмотром старших и гораздо более опытных коллег, но она выиграла.

Это дело шло тяжело. После восемнадцати лет брака муж решил, что постаревшая жена больше не устраивает его, и завёл любовницу. А любовнице в свою очередь понадобилась их роскошная квартира в центре в полное владение. Ситуация осложнялась тем, что на сторону мужа встала почти половина депутатов городской думы, а у жены не было денег на дорогих адвокатов. Она едва не сломалась под гнётом властного мужа, когда подруга посоветовала бюджетную адвокатскую контору при юридическом институте под названием "Дом Истины".

За дело взялись практикующий адвокат Милонова и её подающий большие надежды стажёр Алиса Лефебвр. Именно на Алису была возложена основная работа, и именно ей было доверено выступать в суде. Процесс длился долгих четыре месяца, но закончился торжеством справедливости.

— Решение может быть обжаловано в городской суд Энска в течение десяти дней путем подачи кассационной жалобы. Суд огласил своё решение. Дело закрыто. — Судья стукнула молоточком и удалилась из зала заседаний.

Сидящие на задних рядах зрители зааплодировали.

— Вы ничего не понимаете, да? — совершенно не стесняясь, завопила на них любовница Максима Сорокина. — Это несправедливо! Судью купили, разве вы сами не видите? Нам с котиком квартира нужнее.

Многочисленный сонм адвокатов её "котика" тут же принялся успокаивать разъярённую женщину и просить подождать с эмоциями до менее официальной обстановки. Сам же Максим Сорокин с невозмутимым лицом встал с места, застегнул пуговички пиджака и подошёл к бывшей жене. Валерия Павловна тут же отвернулась, не желая отныне даже видеть этого мужчину. Как же она радовалась, что их единственная уже взрослая дочь учиться далеко отсюда и не видит полной картины падения собственного отца.

— Я подам кассацию, рано радуетесь, — сквозь зубы процедил Сорокин.

— Что ж, тогда мы снова выиграем, — Милонова вежливо улыбнулась. — А теперь извините, нам пора.

Одним движением собрав со стола все бумаги, адвокатесса направилась в сторону совещательной комнаты, где можно будет подвести итоги дела без лишней суеты.

— Алиса Кристофовна. — Сорокин ухватил девушку с огненно-рыжими волосами за локоток, не дав ей уйти следом. — Вы же понимаете, что нажили себе серьёзного врага в моём лице? Надо, надо было вам соглашаться на отступные, а теперь, простите, поздно. Отныне советую почаще оборачиваться и крайне осторожно переходить дорогу. Я со свету вас сживу.

Алиса резко выдернула руку. Этот судебный процесс был не первым, в котором она принимала участие; ей уже угрожали прежде, и дальше слов угрозы никогда не заходили. Проигравшая сторона всегда на эмоциях и частенько говорит не подумав. Не стоит тратить нервы на волнения.

— Надеюсь, и вы, Максим Максимович, понимаете, что мне, как адвокату, будет очень просто раскрутить дело по статье сто девятнадцатой "Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью"?

Прежде, чем он успел ответить, она подозвала одного из полицейских, обеспечивающих охрану в зале заседания, и попросила проводить её. Если бы Алиса в этот момент посмотрела на Сорокина, то заметила бы, какими красными пятнами злости покрылось его лицо. Адвокаты уже предупредили клиента, что кассационная жалоба не даст серьёзных результатов, лучше ему смириться с потерей части имущества и жить дальше. Он послушает их, даже не смотря на возмущение "кошечки"; услуги адвокатов стоят отнюдь не дёшево. Но если рыжая девчонка думает, что для неё всё закончилось, то ей предстоит разочароваться...

— Спасибо вам, Алиса, — Валерия Павловна горячо поблагодарила свою спасительницу. Алиса для всех была просто Алисой, потому что её не русское отчество постоянно забывали, а фамилию с трудным "бвр" неправильно произносили. — Вы настоящий ангел на моём пути!

— Что вы, и вовсе я не ангел, — коротко улыбнулась девушка.

Она действительно не была ангелом, но её не первый раз так называли и не только из-за приятной внешности. Алиса никогда не унывала и не отказывала в помощи тем, кто действительно в ней нуждался.

— Приятно, не правда ли? — Милонова торжествующе улыбнулась стажёру, когда они остались одни.

— Très agréable[1]! — согласилась та, лукаво сверкнув изумрудными глазами. За семь лет, проведённых на родине отца, она приобрела привычку пользоваться французской речью в коротких ответах.

— Отлично! Сдавай документы в архив и отправляйся на заслуженные выходные. Увидимся через неделю.

Когда адвокатесса ушла, Алиса Лефебвр закрыла дверь на ключ, чтобы её никто не беспокоил, надела наушники и включила плеер. Напевая весёлую песенку, занялась бумагами. Лишь спустя несколько минут девушка заметила, что в комнате она не одна.



Ольга Смышляева

Отредактировано: 08.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться