Викки Ёлкина не сдаётся!

Размер шрифта: - +

День 2. Глава 6

Бриджит едва заставила себя подняться с постели в такую рань как пять утра. Солнце уже встало, его лучи наполнили каждый уголок маленькой комнатки, обставленной в светлых тонах на английский манер. Петухи за окном громогласно славили новый день.

Наткнувшись взглядом на пасторальную картину с одинокой лодочкой посреди пруда, девушка несколько секунд пыталась сообразить, где очутилась. Она помнила, как выиграла дело гражданки Сорокиной, а потом... потом началось что-то маловразумительное. Кажется, к ней явился Ангел.

— Какой странный сон, — Бриджит протёрла глаза и огляделась. — О нет, не сон.

Миссия, возложенная посланником Небес Обетованных на её хрупкие плечи, всплыла в памяти в малейших деталях. Всё это было так странно и удивительно, но она не жалела, что согласилась. Один день из восьми продержалась с успехом, дальше будет легче. По крайней мере, короче.

Не смотря на столь ранний час, жизнь в усадьбе уже кипела. Услышав голос Виктории, дающей распоряжение садовнику срезать несколько крупных роз, Бриджит спрыгнула с кровати и засуетилась. Хозяйка усадьбы ранняя пташка. Надо перехватить её до того, как они с Андреем встретятся. Коварство змея нельзя недооценивать.

О том, как одеваются модницы 1908 года, жительница двадцать первого века имела весьма смутное представление. В саквояжах нашлось столько одежды, что в пору было испугаться. Панталоны, сорочки, корсеты, нижние юбки, корсажи, блузки, платья, чулки и подвязки. Слава Богу, турнюр начинал выходить из моды, и приличной даме больше не зазорно появиться в обществе без фальшивой задницы.

С тоской оглядев ворох нарядов, она поняла, что без помощи знающего человека ей не обойтись. Накинула халат, подхватила полотенце и отправилась сперва в баню (даже холодная вода во сто крат лучше её отсутствия), а затем на поиски горничной.

С хозяйкой усадьбы она встретилась уже через час возле часовенки, построенной в глубине сада-лабиринта. Маленькое каменное здание с арочными окнами, прикрытыми декоративными решётками, недавно побелили, отчего оно выглядело очень аккуратно и празднично. Можно было только гадать, зачем Ёлкины выстроили её при наличии молельной комнаты в доме и полноценной церкви в сорока минутах ходьбы отсюда. Возможно, один из предков привёз эту идею из путешествия по Европе.

— Bonjour, Викки!

— Доброго утра, Бриджит, — юная графиня, облачённая в скромное синее платье, приветливо улыбнулась. — Вы хорошо спали?

— Как убитая. А вы?

— Спасибо, неплохо. Я не знала, что вы проснётесь в столь ранний час и ещё не дала распоряжений к завтраку, извините.

— Признаться, после вчерашнего ужина я не голодна.

— Тогда, не составите ли мне компанию в утренней молитве? Знаю, что вы католичка, поэтому я просила продавца книг привезти требник на латыни, чтобы вы ни в коем случае не чувствовали себя неуютно.

— Благодарю, — Бриджит вернула ей улыбку.

— Наши письменные дискуссии о христианских добродетелях оставили глубокий след в моей душе. Как же я счастлива, что мы, наконец-то, можем поговорить о них face à face[1].

Делать нечего, придётся идти, чтобы не вызвать подозрений.

Благодатная тишина и полумрак часовни вгоняли в сон, латинские буквы складывались в непонятные слова. Виктория застыла, молитвенно сложив руки, и, казалось, единственное живое существо в помещении — это серая мышка-полёвка, умывающая мордочку возле алтаря.

Бриджит обречённо вздохнула. Поддерживать образ француженки оказалось несколько тяжелее, чем она рассчитывала. По своему темпераменту девушка была энергичной, предпочитала действия, всегда имела собственное независимое мнение и любила конструктивные споры, но здесь ей приходилось сдерживаться и раз за разом напоминать себе, что в этом времени воспитанные женщины показывали кротость нрава и осуждали конфликты. Особенно такие образчики добродетели, как Бриджит и Виктория. Можно не сомневаться: в случае войны эти двое без колебаний поспешат на фронт сёстрами милосердия, раздадут всё своё имущество на благотворительность, а потом сгинут под пулями большевиков.

Бриджит снова вздохнула. Виктория открыла тяжёлую Библию и принялась зачитывать выбранный отрывок вслух.

 

***

Андрея разбудил грохот. Дворовая девка уронила пустое ведро на каменные ступени, и оно совершенно немелодично покатилось вниз. Залаяли псы. Взяв с тумбочки карманные часы, он ногтём открыл крышку — полседьмого утра. Решив, что лишние двадцать минут роли не сыграют, натянул на голову одеяло, перевернулся на другой бок и неожиданно рухнул с кровати.

— Да чтоб вас!

Видимо, это знак. Время его жизни истекает, осталось всего шесть, шесть коротеньких дней. Пора действовать.

Помня о предстоящей прогулке в город, Андрей принарядился как можно практичнее. Простенький костюм из лёгкой светлой ткани не блистал элегантностью и вычурностью фасона, но выглядел аккуратно и был удобным. Ещё вчера стало понятно, что Викторию не впечатлишь внешним видом, она высоко ценит скромность, поэтому отныне он с чистой совестью не станет мучить себя дорогими костюмами, в которых чувствуешь себя праздничным поросёнком на рождественском столе.



Ольга Смышляева

Отредактировано: 08.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться