Виктория

4.

Мерзкое ощущение после сна долго её не покидало. В комнате было уже темно.  «Вздремнула, называется»; подумала она и побрела на кухню. Открыла дверь и все на секунду затихли. Глаза постепенно привыкли к приглушенному свету.  Там уже собралась вся семья. Даже тётя Катя с дядей Женей и малыми пришли. Димка подбежал и обнял её. Лена не могла поверить, что этому пухляшу уже семь лет. Затем подошла Настя и тоже обняла. Насте было три годика, но она уже была настоящей красавицей.

- Кушать будешь?; спросила бабушка Галя.

- Да.

- Тогда иди, накладывай; сказала мама. Вот уж кто точно не даст расслабиться.

Если она застала всю семью за столом, значит, не так уж долго проспала. На часах было без пятнадцати минут шесть. Лена достала тарелку и положила из кастрюли кусочек жареной колбаски. Потом села за стол. Родные о чем-то шумно болтали, как и бывает всегда на кухнях, когда, наконец, собирается вся семья за большим столом.

Рядом сидел дядюшка Женя. У него худое, красивое лицо, светлые волосы, голубые глаза и очки в металлической оправе, которые неплохо сидели на носу с горбинкой. Он уже наливал Лене тёмное пиво в высокий бокал. Посреди стола стоял большой подсвечник. Свечи горели теплым, желтоватым светом. По окнам и на потолке были развешаны гирлянды, которые мигали разными цветами. В этом доме всё говорило о приближении Нового Года. И большинству его обитателей искренне хотелось, чтобы год был действительно новым. И жизнь началась тоже новая. Старая уже мало кого устраивала.

Дети играли светлом ворсистом паласе. Своими криками они заглушали разговоры взрослых. В итоге тётя Катя не выдержала и повысила голос:

- Димка! Настя! Марш в дом, там и играйте.

Катя очень симпатичная полноватая женщина. У неё кудрявые волосы до плеч. На округлом лице расположились большие зеленые глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами. 

Настя хотела что-то возразить матери, но Дима взял её за плечо и увёл. Когда дверь за детьми захлопнулась, в кухне на миг воцарилась долгожданная тишина. Бабушка Галя тяжело вздохнула и произнесла:

- Слава Богу.

- А вы как думали?; спросил дядюшка. Лена знала, что этот вопрос был риторическим, и спорить тут было не о чем. Все дети иногда баловались.

Лена, наконец, решила попробовать пиво. Меньше всего ей хотелось, чтобы родные заметили её плохое расположение духа. Поэтому старалась поддерживать разговор с ними, смеялась над дядюшкиными шутками и с удовольствием шутила сама.

Дядюшка рассказывал историю о том, как недавно его отправили в соседний город по работе. Он работал водителем и как раз ему нашли что-то подходящее. В итоге он приехал на место назначения, немного там задержался, и уже было пора ехать домой. По пути начался снегопад. Ближе к дому Женя выяснил, что в этом районе метёт уже давно.

Дядюшка уже почти добрался домой, но на одной из просёлочных дорог его ГАЗон застрял в снегу.

В этот вечер каждый нашёл, что рассказать самым близким.

Тётя Катя работала сторожем на проходной мясокомбината. Её задачей было досматривать работников на входе и выходе, следить, чтобы никто ничего не вынес. Тётушка знала, что все так или иначе что-то таскают. Однако один поразил её больше всех остальных.

На дворе тогда стоял октябрь. Был он довольно тёплым для их местности. Всё ходили в легкой одежде, кто в рубашках с накинутыми сверху безрукавками, кто в плащах, кто в пиджаках.

Иван Иосифович очень весёлый и доброжелательный мужчина приятной наружности. Ему было за пятьдесят, но он сохранил подвижность, несмотря на полноту.

В одну из рабочих смен тётушки он выходил и, как обычно, улыбался. Проходя мимо Катерины, сказал, что выглядит она замечательно и пожелал удачного рабочего дня. В окно своей сторожки она увидела директора. Это высокий, статный мужчина такого же возраста, как и Иван Иосифович. Только кавказкой национальности.

Иван уже покинул пределы предприятия, но тут же привлёк внимание и тётушки, и директора, и автолюбителей на парковке. Из-под его рубашки, оторвав все нижние пуговицы, вывалился огромный кусок свинины. Тётушка предположила, что не меньше десяти килограмм была эта вырезка.

Директор ускорил шаг и через несколько секунд уже стоял возле своего нерадивого подчиненного и спокойно, с нотками недоумения в голосе, спросил:

- Вань, это что?

Иван Иосифович опешил не меньше всех остальных.

- Да я на супчик взял...; ответил он настолько уверенно, что сам в это поверил.

На пыльной дороге лежал огромный кусок мяса, завернутый в пищевую пленку, а рядом валялась веревка, которая крепила этот кусок вокруг талии Ивана Иосифовича, и разорвалась настолько не вовремя, что и представить себе нельзя было.

Иван Иосифович извинился перед директором и попросил решить вопрос мирным путём. Тот пошёл ему навстречу и предложил забыть об этом инциденте и куске мяса, если Иван Иосифович не получит в этом месяце премию.

Иван знал, что за всё в этой жизни надо платить. Он поблагодарил директора, поднял с земли кусок мяса и потащил его к машине.

- Пока, Ванюша; со смехом в голосе попрощался начальник и пошел к Катерине, чтобы проверить журналы.



Владлена Полозкова

Отредактировано: 22.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться