Виновата любовь

Декабрь - месяц новых чувств.

Я вас люблю, — хоть я бешусь,

Хоть это труд и стыд напрасный,

И в этой глупости несчастной

У ваших ног я признаюсь!

Мне не к лицу и не по летам...

Пора, пора мне быть умней!

Но узнаю по всем приметам

Болезнь любви в душе моей:

Без вас мне скучно, — я зеваю;

При вас мне грустно, — я терплю;

И, мочи нет, сказать желаю,

Мой ангел, как я вас люблю!

Когда я слышу из гостиной

Ваш легкий шаг, иль платья шум,

Иль голос девственный, невинный,

Я вдруг теряю весь свой ум.

Вы улыбнетесь, — мне отрада;

Вы отвернетесь, — мне тоска;

За день мучения — награда

Мне ваша бледная рука.

Когда за пяльцами прилежно

Сидите вы, склонясь небрежно,

Глаза и кудри опустя, —

Я в умиленье, молча, нежно

Любуюсь вами, как дитя!..

Сказать ли вам мое несчастье,

Мою ревнивую печаль,

Когда гулять, порой, в ненастье,

Вы собираетеся вдаль?

И ваши слезы в одиночку,

И речи в уголку вдвоем,

И путешествия в Опочку,

И фортепьяно вечерком?..

Сжальтесь надо мною.

Не смею требовать любви.

Быть может, за грехи мои,

Мой ангел, я любви не стою!

Но притворитесь! Этот взгляд

Все может выразить так чудно!

Ах, обмануть меня не трудно!..

Я сам обманываться рад

Воспомининие второго лица. 

Я, едва прокашлявшись от едкого запаха, который исходил от сигареты моей подружки, с осудительным взглядом выхватил её из рук Ребекки. 

- Господи, неужели нельзя обойтись бех этого? - проворчал я.

Бросив сигарету, я растоптал её. Ребекка встряхнула каштановыми волосами, рассмеявшись.

- Боже, Лиам, мне так нравится, когда ты ворчишь, - промурчала она, наклонившись ко мне. 

Мы находились на местном мосту, под которым бежал журчащий поток воды с небывалой скоростью. Я и Ребекка стояли по обе стороны друг от друга, облокотившись локтями на перила моста. Именно с этого моста закат или рассвет особенно красив.

Ребекка была необычайна красива: тонкие черты лица, прямой нос, густые брови, лазурные глаза, высокие скулы и пухлые губы - всё это делало её волшебной. Но больше всего мне нравился шрам, который был у неё чуть повыше правой брови и который доходил почти до глаза. 

Она всегда стеснялась его, пряча за прядями волос, но я-то его полюбил. Он напоминал форму луны, которая всё время прячается за каштановыми кудрями. Ребекка говорила, что в детсве её поранила мачиха, когда чистила картошку. 

Вообще мы мало говорили с ней о её или моём детсве. Не знаю, почему. 

- Чего смотришь? - шепнула она, заглядывая мне в глаза. 

Оттиснувшись от перила, я подошел к ней и встал напротив, чтобы её взгляд больше не ускользал от моего. Ребекка облокотилась обоими локтями и пыталась не смотреть мне в глаза больше минуты. 

- Ты красивая, - сказал я, едва улыбаясь. 

- Ага, ещё чего скажешь? - отмахнулась она.

- Хочешь, скажу ещё кое-что? - улыбнулся я, играя бровями. 

- И что же? 

Я наклонился к ней, делая вид, что скажу нечто важное на ухо, но когда я заметил её губы, которые изгибались в усмешке, то прошептал ей: 

- Послушай, Ребекка, ты знала, что ты вредная? 

Она не повернула головы, а только издала слабый смешок, но я-то видел, как улыбка озарила её лицо.

- И, знаешь, что? - шепнул я.

- М? 

Я повернул голову, медленно приближаясь к её губам. Ребекка замерла, но головы не поворачивала. Коснувшись губами её подбородка, я встретился с ней взглядами. Медленно поднимаясь выше, я было прикоснулся к её губам, но Ребекка рассмеялась и мастерки увельнула от меня, оказавшись уже за моей спиной.

Печально облокотившись на перила, я взглядывался в начинающий закат. 

- Когда-нибудь я тебя всё равно поцелую, Ребекка, - улыбнулся я, не поворачиваясь к ней.

- Ага, на моих похоронах, - рассмеялась та. 

Я развернулся к ней, обхватил её лицо в свои ладони, затем в одно движение развернул её и прижал к перилам моста. Тяжело дыша, она, словно дразня меня, смотрела то на меня, то на мои губы.

- За что ты мне такая, а? - ласково спросил её я. 

- Влюбился, так терпи меня полностью, - рассмеялась она.

Спустя месяц. Вечеринка Джареда. 19:59. 

Было очень шумно. Музыка раздавалась даже, наверное, в ста шагах от дома. Чтобы не участвовать в массовом поглощении наркотиков, мы с моим другом Джаредом решили подняться на третьй этаж, стены которого были потолще тех, что на первом или втором. Музыка, конечно, доносилась, но не очень громко. Зайдя в последнюю комнату, которая была завалена коробками и всяким хламом, мы уселись на пушистый ковер посреди комнаты, открыли по банке пива и принялись делиться историями друг с другом. 

- Кстати, Ребекка... Передала мне, что соскучилась по тебе, - сказал Джаред.

- Она здесь? - другим тоном спросил я.

- Кажется, я её видел в компании какой-то девицы и мускулистого парня.

- Будь здесь, я скоро вернусь, - опешил я, срываясь с места.

Мы долгое время не говорили с ней. Якобы она серьезно так приболела, но теперь я вижу, что она меня обманывала. Зачем, спрашивается? 

Протиснувшись сквозь огромную толпу, я еле-еле добрался до гостиной, где было поменьше народу. Я встретился с Айси, которая некогда была подружкой Ребекки, и та мне сказала, что видела её в туалете. Конечно, врываться в туалет с криками я не стал, но едва приоткрыл дверь, чтобы хоть по голосу убедиться, что она там.