Виновата судьба

Глава 2

Утро понедельника. 11:15 утра.

Утро началось с того, что я еле-еле смога подняться с постели, которая манила меня своим приятным теплом. Смятое одеяло привлекало внимание: хотелось нырнуть обратно и высовываться больше никогда.

— Дженнифер, вставай. Пора забедать! — кричит с первого этажа бабушка. Сегодня будет снова омлет с овощным салатом, а на десерт — покупные блины с черничной начинкой.

Знаете, для бабушки одиннадцать часов утра — это чуть ли не поздний обед. Для меня — время завтрака и водных процедур. Уже давно в нашем доме есть такое слово, объединяющее и обед и завтрак воедино — забедать!

Стоя на холодном полу, все вокруг становилось микроскопическим, а рвотный рефлекс все сильнее будоражил меня, касаясь взгляд ярко-выкрашенного будильника, вот-вот который должен уже зазвенеть.

Голова кружилась так сильно, что падая на кровать, постаралась ухватиться за простынь. Опять эти боли в разуме! Тем утром, я была готова зацепиться за что угодно. Казалось, что падаю с подоконника прямо в открытое окно.

— Что там? — пыталась разглядеть писанину врача, когда прибыла в ближайшую клинику. Не смотря на то, что из-за непривычного утреннего состояния я сильно нервничала даже из-за шуршания тапочек врача о пол, настроение мое оставалось таким же превосходным и чистым.

Из-за первого снега?

Ответа и пояснений я так и не дождалась. За место ответа — жирная точка на белом фоне справки. Мисс отложила листик в сторону. Посмотрела на свои загорелые руки, которые сложила домиком и передала лист мне, непроизвольно двигая губами и часто моргая. Сказала, что у меня обычный вирус. Будет простуда и все успешно пройдет. Но я заметила, что она что-то скрывала от меня еще. Головные боли от простуды? Вероятно, не договаривает о мигрени.

— Все прошло хорошо? — спрашивает бабушка, вступая в войну с тишиной, нагло прервав ее. По приходу домой, я сунула листик врача в одну из любимых книг «Убить пересмешника», которую читаю, когда мне грустно, или когда мою голову опять начинают заполнять нечистые мысли.

Бабушка сидела за столом, кусая тосты с маслом и попивая горячий кофе по французскому рецепту.

Бэйли Аттвуд, наш сосед, что работает в соседнем магазине неподалёку, всегда выписывает по блату несколько пакетов, особенного на его взгляд кофе из другой страны, чтобы потом продать его моей бабушке за пол цены. По причине, что был тайно влюблен в мою бабушку. Во имя любви можно отдавать кофе бесплатно, разве нет? Вы должны знать ответ. Еще во времена, когда дедушка был жив. Пока опухоль не стала развиваться у него в голове, каждый день заставляя забывать предыдущий день, сегодняшний завтрак и даже собственное имя.

Прошлым летом, я несколько раз заставала бабушку за телефонным разговором в котором говорилось о перевозке товара. Она смеялась громко — был слышен смех и на другом конце провода. Кто же знал, что бабушка не употребляет наркотики. Эта история не прошла бесследно — стала семейным анекдотом, который мы вспоминаем каждый раз, сидя за ужиным столом в кругу оставшейся у меня семьи.

— Это из-за того, что ты плохо питаешься, я уверена. Какая к черту мигрень? Чепуха, — уверяет меня бабушка, смотря на парад снег за окном. Я же, стояла у этого самого окна. Лазала в интернете.

— Мне уже лучше, — ответила я.

Зевнула и бросила таблетку в тёплую воду.

Врач ясно дала мне понять, что таблетка поможет мне перенести рвоту, а головокружение пройдёт само собой, в то время, как я стояла в дверном проеме, ожидая решающего возможно мою жизнь, вердикта.

— Сегодня по новостям ничего толкового, — бабушка включает музыкальный канал, начиная дергать плечами и хохотать.

Я хлебала горячую воду с лимонным вкусом вместо ароматного чая или кофе, как обычно делаю по утрам, облокотилась о подоконник. Не замечала бабушку — снова ушла в себя. Можно было сколько угодно смотреть на соседские дома; на снег, который не долетал до земли из-за солнечных лучей, и на парня по имени Колен, который каждый день разносит пиццу в такой холод, проходя мимо моего дома и вешая чёрную сумку на дерево, растущее прямо под окнами моей комнаты, чтобы не мешала.

Мальчик из параллельного класса, а то есть Колен, снова тычет пальцем в звонок соседей-хиппи, стесняясь что-либо говорить, когда дверь откроется. Помню, как в школе думала, что он глухонемой, а друг его как-то раз подошёл ко мне и лично сказал, что Колен не глухонемой. Интересно, почему ему было так важно знать, что мне не все равно на него? Поговаривали в школе, что у него также как и у меня, никогда не было отношений с противоположным полом.

Вот он снова смотрит на меня. И снова отворачивается, когда замечает меня в окне. Очень странный мальчик.

Спустя час.

Оказавшись в своей уютной маленькой «каморке», вся обставленная сувенирами из лавки, игрушками из почти закаменелой соломы и старыми плакатами на фоне грязно-голубых стен, не долгая думая, чем заняться дальше, я решила зайти в «FaceBook», чтобы проверить сотни новых сообщений от моей лучшей и единственной подруги Элли. Она снова прислала мне сто сообщений за раз, чтобы я поскорее ответила ей. Надоедливый трюк подруги.