Виновата судьба

Глава 19

«Я пишу тебе сообщение, Крис МакФлойер. Хочу, чтобы ты знал, ты — придурок, чья улыбка сводит меня с ума. Ты просил, чтобы я написала тебе? Я пишу. Думаю, ты будешь доволен», — прочитала вслух только что напечатанные мной текст. Улыбаясь, как человек, выигравший много тысяч долларов в азартную игру, я быстро тыкала пальцем по клавишам, мечтая о том, что в скором времени смогу поехать с ним куда-нибудь во Францию, Голландию, Норвегию, или в любую беззаботную точку.

Я всегда мечтала путешествовать по миру с любимым человеком, которого, к сожалению, у меня никогда не было. Теперь — есть. Возможно, именно это мне и мешала мне в осуществлении мечты всей жизни, что можно было исполнить всего за сущую неделю. Слышали о таком, что все заветные мечты человека можно воплотить в жизнь буквально за один месяц? Так вот, это правда. Но, каждая мечта требует к себе отдельного, должного внимания. Никто не решится на шаг под названием «сделаю за месяц свою мечту явью», пока в мире действуют различные законы.

Сообщение не успело отойти, как телефон мой стал гудеть на всю комнату, а на экране светилось знакомое мне имя. Это был Крис. Он что, не умеет общаться по смс?

Подняла трубку.

— Дженнифер слушает вас, — с улыбкой на лице прошептала я.

— Дженни? — в трубке билась тревога с примесью грусти.

— Да, это я.

— Дженни? Пожалуйста, ты можешь приехать обратно? — в сантиметре от того, чтобы зарыдать в трубку, говорил Крис. Я ушла три часа назад. С чего мне ехать обратно? Что-то случилось? Нет, только не сегодня. Слова дрожали, дыхание очень тесно проходило через горло.

— Ты плачешь? — привстала с кровати, отложив книгу на вторую часть кровати. Каждая секунда молчания тянулась так долго, что под контролем у меня было только время на часах. Сердце, руки и ноги — все пульсировало.

Знаете, я была готова услышать что-то очень неприятное, поэтому то, что умерла мама Криса, я могла предполагать. По моим щекам вновь покатились слезы, что так давно меня покинули. Они снова со мной, но теперь мне почему-то намного больнее. Судьба обманула меня. Уже в который раз.

— Дженни, прошу, скорее, — со вздохами молил он, а потом бросил трубку. Апатично разглядывая свои руки, я никуда не спешила: не спешила ранить себя горькими всхлипами родного мне человека; не спешила видеть Криса, чтобы не смотреть на эту страшную боль, которая поглощает всего его. Что теперь будет с ним? Теперь он стал несчастен. Таким, как я.

Была бы возможность, я рискнула бы и заключила сделку с судьбой. Пусть я не услышу слов, что меня любят, но мама Криса будет жива. Хочу, чтобы этот день оказался снова очередным кошмаром, но холодный пот, которым покрылись мои ладони, поясница и даже веки, послужили предлогом тому, что это не сон. Во сне человек не чувствует таких острых ощущений, как сейчас я.

Шарпала летними кедами по дороге, которая чудом отталкивала головную боль. Она — дорога, кажется, что говорила судьбе: «Остановись, дорогая, хотя бы сейчас». Словно держала судьбу за плечи, чтобы ты не уничтожила меня окончательно.

На мне была надела тонкая, темно-красная кофта. Она нисколько не защищала от холода, но сейчас я не чувствовала его. Все стало тяжело. Даже волосы стали в несколько раз тяжелее. Тянули меня вниз. Голова начала болеть.

Как смотреть в глаза Крису, если только недавно я смеялась над его шутками? Почему один из самых счастливых дней в моей жизни сходится на нет, а кончает так болезненно? Говорят, что радость нельзя выносить дальше, чем за край своей души, а уж тем более, говорить об этом людям, в которых не уверен. Знаете, очень трудно скрыть свою радость от судьбы, ведь именно она погубила самый лучший день. Виновата только она.

Лицо становилось горячее, а тело тяжелее. Я пряталась за деревом соседского дома, высматривая дом Криса. Около парадной двери стояли несколько машин. С одной из которых вышла старая женщина лет семидесяти. Она ошпарила меня строгим взглядом, поправила шелковую шаль и вошла в дом, а мужчина в синем костюме, закрыл за ней дверь. Как кучер.

С каждым новым шагом, подходя все ближе к высокому кирпичному дому с высокими окнами, на плечо мне что-то рухнуло. Кости сжало. Это был чья-та рука.

Я отшатнулась.

— Так тебя ждал, — прошептал Крис, жадно навалившись на меня. От него исходила такая ненависть, что я боялась произнести и слова.

— Я люблю… тебя — выкрикнула шёпотом я ему на ухо и положила подбородок на плечо шатена.

От напряжения, даже не заметила, как эти слова выскользнули у меня изо рта.

Крис прикусил губу, когда отпустил меня. Было ясно, что его боль сейчас не сравнима ни с чьей больше. Боюсь подумать, чем могла бы все обернутся, не оказалось бы рядом с Крисом человека, готового пойти с ним на край света.

— Прости. Я думал, что ты сегодня будешь счастлива, — вздыхает и затем добавляет, но адресатом уже была не я: — И не только сегодня…

Только сейчас поняла, что он пьян. Речь была такой сломанной, что слова разлетались во все стороны.