Виновата судьба

Глава 29

Сегодня последний день прибывания в Норвегии. Завтра мы улетаем, а еще через несколько часов снова окажемся дома. В сером и дерзком Коннектикуте.

— Здравствуйте, мне нужно заплатить за интернет, — открыла кошелёк тети, достав оттуда несколько купюр. — А ещё для Кладет Чайлд должно быть какое-то там письмо. Около моей двери был листик. На нем написано, что письмо должно быть.

Поджала губы, как обычно это делаю и стала ждать, пока девушка закончит вбивать что-то в компьютер. В помещении стало на несколько человек больше — чувствовала их присутствие за спиной.

— Можете передать деньги за интернет мне. Миссис Кладет мне доверяет, — молодая, латинской внешности девушка откашлялась и с улыбкой протянула ко мне руку. Отдавать кошелёк, конечно же, я не спешила. Вдруг она мошенница? И думает, что если я из другой страны, меня можно обвести вокруг пальца.

— Извините, но я не могу вот так просто вам отдать кошелёк, — на шаг отступила от белого стола, похожий на бурную стойку, а потом вновь сделала шаг вперёд.

— Вы можете позвонить ей.

Эта идея мне понравилась.

— Минуту.

Отошла к маленькому окошку, попутно набирая номер тети в телефоне. А девушка уже что-то оформляла, мягким голоском спрашивая данные, низкорослую старушку. Тётя подняла трубку:

— Привет. Это я, Дженнифер. Мне тут говорят, что я могу отдать им кошелёк. Сказали, что ты им доверяешь, — прошептала я, смотря на смуглую девушку.

— Если тебя обслуживает Мэйбл, то можешь доверять, конечно. Она такая тёмненькая с лохматыми волосами, собранные в хвост.

По описанию она совпадала.

— Да, это она. Вы знакомы?

— Спрашиваешь? — по голосу было не трудно догадаться — тётя в данный момент курит.

— Это самая старшая дочь моего бывшего мужа.

Письма, счёта за интернет и все прочее, за чем я пришла сюда, перестали интересовать меня. В голове крутилась только одна мыль — она моя вторая сестра?

— То есть, твоя дочь?

— Не совсем. Я ее мачеха.

— Мачеха?

— Да, мачеха, — дразнящим голосом, выговорила тетя.

— Дочь твоего бывшего мужа? Но не от тебя?

— А как же иначе? Как ты еще по-другому можешь охарактеризовать слово «Мачеха»? Или «Падчерица», — выдохнула в телефон воздух тетя. — Все, иди и положи деньги за интернет. Люблю тебя. Чмок. — и бросила трубку.

Наслаждалась запахом горячего хлеба. И красивой французской музыкой в кафе-пекарне неподалеку от почты, куда меня пригласила пару минут назад тетя, чтобы мы вместе пообедали в заведении, обожаемое моим отцом в молодости, когда после трудного рабочего дня они вместе с моей тетей возвращались с работы домой. И почти каждый день заглядывали сюда. Они оба работали поварами. Но то, что мой папа родом из Норвегии, я никогда не знала. Почему мне никогда не рассказывали, что я могла родиться тут?

— Ты что, на самом деле удивлена, что у твоей тети было четыре брака? — тетя засмеялась, сунув ложку с мороженным в рот.

— Немного.

— Почему? Это ведь брак, а не появление на свет.

Равномерно распределив капельку кофе по губам, я поставила маленькую белую чашечку на стол.

— Брак тоже смелый шаг. И важный.

Поправив под черной шапочкой свои белые волосы, сняв очки, которые скрывали голубой оттенок ее глаз, она гордо приподняла голову к верху и расплылась в улыбке.

— Это и вправду так. Просто мне взбрело в голову, что ты простая девочка. Как все. Хочешь замуж, не осознавая всей ответственности, которая ляжет на твои плечи и больше не слезет, — ее взгляд был как у бабушки: строгий и добрый одновременно.

— Так уж вышло, что я странная, — поджала губы, переведя взгляд на трех парней, смотрящих прямо на меня из окна трамвая. — Слишком много думаю, очень мало говорю.

— Ты наверное сейчас смотришь на меня и думаешь, что моя жизнь не удалась? Но это не так, Дженнифер.

— Я не думаю так, — изрекла я, прищурившись.

Тетя кивнула и накрыла своей рукой мою.

— Я не родила до сих пор ребенка только потом, что вижу, кто я такая. Дать жизнь человеку — самая огромная ответственность в твоей жизни. Это тебе не тетин кошелек бояться отдавать незнакомой работнице почты!

Мы обе хохотнули. Но очень тихо.

— Я пью, курю, бывает, ругаюсь матом. Так почему я должна давать жизнь человеку, прекрасно зная, что мне с ним жить и считаться? Он родиться идеальным, а потом мать сделает из него свою копию. Зачем мне моя копия, Дженнифер? Я и себя-то порой ненавижу.

Мне стало очень грустно. Склонила голову набок, глотая слишком часто поступающую к горлу жидкость.

— Секрет моей счастливой жизни в том, что у меня есть семья. Мне хватает и вас. А если ребенок у меня и появится, то я скажу ему: «Поступай как знаешь, если твои идеи пойдут не в плохое русло».