Вип персона

28 глава Евгения

!Евгения!

«Выбор правильного решения приходит с опытом, опыт приходит с выбором неправильного» Гласит русская пословица.

Говорят, не стоит принимать какие-либо серьезные решения сразу после удара судьбы. Мне же в последнее время понравилось нарушать правила жизни. Адреналин, превращавший меня в особу, нуждающуюся купаться любовных ласках, губил во мне остатки здравого разума. До сих пор вспоминаю ту ночь, когда меня спас Эд от очередного мерзавца. Вначале мне захотелось доказать свою силу. Пыталась отомстить его же методом – использовать невинную жертву, хотя реально понимала его вина в том, что он пять лет назад так же позволил быть использованным в чьем-то гнусном плане. Я стала противна сама себе, поэтому схватилась за него как за спасательный круг, на утро жутко пожалев. Жалость не то чувство с которым можно оправдать и простить человеку испорченную жизнь.

Почти все обещают себе, что не упадут, не споткнуться, не покалечатся теми же граблями, на которые ступали не единожды. Я поклялась ни когда больше не спотыкаться о мужские игры. Заперла внутри те оставшиеся крохи чувств, нуждающиеся в защите, ту маленькую надежду на возрождения из пепла прошлого, но оставив вход открытым лишь для дочери. Шмелеву всю жизнь буду благодарна за такой подарок, но даже ради Нади душа не прекращает выть. И вот опять разгневала небеса.

Мы всегда ищем оправдания своим поступкам, ссылаясь на негодование Господне. Но стоит нам задуматься не много. Понять смысл наших действий, и все встанет на свои места. В нас с ДНК заложено: противоречия, отчаяние, любовь. Любовь дарована нам для прощения. Всем своим существом понимаю смысл возвращения в мою жизнь ненавистного мужчины, только почему-то простить не могу. Солгавшему однажды доверия нет – звучат эхом слова беснующей Макси, а прошлая ромашка Я - шепчет о втором шансе для Шмелева. Он действительно как шмель ужалил, отравив ядом, а сладким нектаром залечивает кровоточащие раны.

Первые дни без Эдуарда превратились в ад. Вернулись давние кошмары, от которых просыпалась в сильнейшей истерике. Степка еще больше стал беспокоиться за меня. Слава Богу, что он до сих пор не знает, кто виновен. Не хочу портить другу жизнь. Степан достоин, работать в компании Эда. Их дружба крепла с каждым днем, а доверие друг другу восхищало.

Слова от Фила звучат, как колокольный звон, пробуждая каждую натянутую струнку нервных нитей. До мурашек, до комка, застрявшего в районе груди, звучит Вип Персона. Образ любимого мужчины всплывает в памяти, невольно растягивает губы в улыбке, мгновенно прикусываю зубами, боясь нелепых замечаний от девчонок.

Наш секс в машине незабываем, наши чувства на пределе показывают глубину и прозрачность отношений. Вся ложь уходит на второй план, тут же испаряется от воспоминаний - вскипятив кровь. Готовлюсь к танцу с дрожащими от волнения руками, подгибающимися коленями. Готова показать все свое мастерство, лишь бы: задеть, разгневать, заставить ревновать. Но я и так прекрасно знаю, как его это задевает. Он заказал танец «Полет бабочки», а я вспоминаю - когда первый раз увидела его в этом клубе, звучала именно эта композиция, когда столкнулась с ним в его компании, в ушах звучал «Полет шмеля» Римского-Корсакова. В тот момент мысленно пожелала ему быть ужаленным в…. Не это ли судьба, или злодейка постоянно решила со мной шутить по жизни.

Первые шаги по коридору в направлении комнат для приватных танцев дались невыносимо тяжело. Картинки прошлого как злые духи выползают из щелей, окутывая меня кошмарными сюжетами прошлого. Меня тянуло к нему и так же сильно отталкивало. Хотела наказания для него меняющееся на желание отдать всю себя Эду.

Последние пару шагов, и я у двери, но родной голос из-за спины заставляет вздрогнуть, отдернув пальцы от металла ручки бьющей электричеством.

Когда она успела набраться храбрости и наглости появиться, нарушая все запреты клуба, жизни и моих проклятий. Человек, подаривший мне жизнь с легкостью ее отобравшей. Мама. Каждый раз, вспоминая о ней мои щеки мокрые от слез.

Ее язык поворачивается с просьбой забрать заявление, простить отца и освободить его. О сыне даже слова не говорит, и мне хочется оттрепать ее за волосы, чтобы вернуть мозги на место.

- Доченька! Милая моя! Умоляю. Хочешь, встану на колени. Я не смогу без отца жить. Пожалей. – Молит о прощении родительница.

- А вы меня пожалели? – Только и могу задать один вопрос. Все слова утонули на дне желудка.

- Нас вынудили. – Злиться.

- А сейчас? Кто вынуждал на этот раз меня запугивать?

- Твой муж.

- Он мне не муж, и тебе это прекрасно известно. – Рычу в лицо, впиваюсь в ладони ногтями от желания укусить.

- Женечка. Солнышко. Доченька моя любимая. Ради Бога, сжалься над отцом.

- Хватит цирка. Любовь свою засунь, сама знаешь куда. – Киваю подбородком.

С минуту изучаю когда-то самые любимые черты, до боли в сердце схожие с моими. Решаюсь на шантаж.

- Я соглашусь с твоей просьбой, освобожу папашу, но у меня есть условие.

- Сделаю все, что скажешь. Обещаю, отец тебя больше не побеспокоит. – Оживилась мамаша. Поверить не могу, как такой женщине Бог мог дать детей.

Надеваю самую отвратительную маску презрения на лицо, от которой самой не по себе

- Я ему не позволю приблизиться ко мне или к моей дочке. Пусть помнит, всегда смогу его обратно упечь за решётку, как он меня бросил в лапы уроду. - Делаю паузу, собираюсь с силами, от гнева боюсь придушить. - Мне нужно видео из клуба.

- Не поняла? - Машет головой в недоумении.

- Все ты понимаешь, Елизавета Михайловна! Тот фильм, когда меня… в ту ночь моего дня рождения… мы с Воронцовым. – Прикусываю язык до вкуса крови.

- Его отец куда-то спрятал.

- Вот и спроси у своего муженька, а сейчас проваливай. Меня ждет клиент.