Вишнёвый аромат любви

Глава 20.

— Подождите меня здесь. – Романов указал на длинный кожаный диван, вольготно расположившийся вдоль причудливо изрисованной стены приёмной, а сам, что-то сказав секретарю, зашёл в свой кабинет.

Мою мнительность словно развеяло, когда, получив звонок, Константин внезапно заторопился, а уже через полминуты мы вышли из «комнаты страха» (как я окрестила это мрачное помещение) и, пройдя один пролёт вверх по лестнице, попали в светлый холл на первом этаже здания. На руководителя, который возник из неоткуда и окинул строгим взглядом хаос, творящийся вокруг, никто, к моему удивлению, даже не обратил внимания. Туда—сюда сновали сотрудники Центра в халатах и строгих костюмах с папками, приборами и инструментами. Также среди них я заметила как молодых парней и девушек, так и людей, которым явно было за шестьдесят, снова убедившись, что для того, чтобы постичь трудную романовскую душу мне не хватит всей моей жизни. Пару раз, пока мы пытались прорваться сквозь многочисленную и постоянно движущуюся толпу, к Романову то и дело подходили с какими-то вопросами, на которые он, не раздумывая и секунды, находил ответы. Но вернёмся к тому, что, пролетев около трёх десятков этажей на лифте со стеклянными стенками и чуть не получив инфаркт, я, наконец, приземлилась на кожаный диван и сейчас одновременно со страхом и предвкушением ждала непонятно чего. Думать, чего именно, не стала, чтобы не удариться вновь в панику.

— Костя там? – Не молодой, но приятный женский голос отвлёк меня от бесцельного ожидания и заставил посмотреть на его обладательницу. Ею оказалась Кармен Делль'Орефайс*. Конечно же, шучу, но сперва мне показалось именно так. Эта женщина выглядела моложе её лет на двадцать, однако седые волосы в аккуратной укладке, а также стильный макияж и строгое чёрное платье с длинными рукавами и воротником создали обманное впечатление. Угадывать возраст женщины я не взялась, к тому же она почувствовала мой взгляд и обернулась. Я тут же внимательно уставилась на бюст бородатого мужчины. Если память, покрытая пылью, мне не изменяет, Аристотеля. Вот и новая страничка в мою мысленную биографию Романова.

— Да, но он просил его не беспокоить. – Парень в стильных мужских очках, который вряд ли был старше меня более, чем на три года, сейчас внимательно читал какой-то документ, и по его лицу стало понятно, что ему тоже лучше не мешать.

Эта женщина назвала Романова Костей – закрутились в голове шестерёнки. Наверное, они хорошие знакомые. Однако почему тогда она не знает, на работе он сейчас или нет? Эх, правильно сказано – любая профессия откладывает свой отпечаток. По-моему, уже слишком много тайн на одну меня.

— Как всегда, — я едва не подпрыгнула от неожиданности. Так погрузилась в мысли, что не заметила, как ко мне присоединилась посетительница. Надежда на то, что слова были адресованы не мне, исчезла через секунду. – Ждёшь его, ждёшь – приехать не может. Сама приедешь – принять не может. Весь в делах, заботах. Вот вы к нему по какому вопросу? – Неожиданно обратилась ко мне женщина.

— А? – Я немного затормозила от быстрой смены тем. – А... я к нему не по вопросу. – Мне внезапно почудился интерес в её взгляде. – Интервью взять никак не могу.

— Узнаю Костю, — на лице женщины появилась улыбка. – Он даже родным лишнего слова не скажет, что уж о журналистах говорить. Даже удивительно, что вы сюда добрались.

— Куда – сюда?

— В приёмную, конечно. Обычно охранники уже на входе ловят. – Она вдруг придвинулась ближе. – Расскажете – как?

Её интерес можно было сравнить только с тем, как было интересно мне – кто она Романову. Тётя или... О господи!

— Он меня сам провёл, — ответила я, кляня себя за тупоумие. Столько подсказок и хоть бы хны.

— Сам? – Её аккуратные брови приподнялись в немом удивлении. – Хотя, подождите-ка... — Женщина уставилась на меня совсем не по этикету. – Так это вы – Варвара Сорокина? Я представляла вас более... — Она замялась. – Взрослой?

— Ничего страшного... — пробормотала я и непроизвольно бросила в сторону романовского кабинета несколько взглядов. – Я уже привыкла.

— Простите мне мою бестактность, — внезапно спохватилась она. – Ведь я даже не представилась! Татьяна Романова – мать Константина.

Да я как бы уже догадалась – пронеслось у меня в голове.

— Варвара, очень приятно. – Дверь открылась, когда моя надежда на спасение уже начала мылить верёвку.

***

Константин ждал звонка от Николая — агента, с которым сотрудничал уже десять лет, но тот всё не торопился. На рабочем столе лежало несколько отчётов, которые он так и не удосужился проверить на выходных, но счастливое лицо Алёны того стоило. Чёрт, надо же позвонить директору зоопарка — известить о своем согласии на инвестирование. Мужчина прислушался к происходящему за дверью и взял телефон, на экране которого высветился пропущенный от Николая. Интересно, как он его не заметил?

— Алло, Константин? — В трубке прозвучал немного шелестящий голос. Наверное, такой у кинолюбимца дочери – Волан-де-Морта.