Витязь. Замок людоеда

Font size: - +

Глава 18

Глава восемнадцатая

 

Думаю, тевтонцы испытали настоящий шок, когда из рощи на опушку высыпало две дюжины хорошо вооруженных лучников. Стрелы, правда, лежали в колчанах, но долго ли их оттуда выхватить? А уж рассчитывать на промах с десяти шагов и вовсе не приходится. Самим рыцарям от стрел вреда не будет, а вот коней лучники побьют наверняка. А спешенный рыцарь уже не так грозен. Даже, если сможет без посторонней помощи из-под упавшей лошади выбраться …

— Это не есть честь! — возмутился «рогоносец», явно не зная что делать. То ли за меч хвататься, то ли руки вверх поднимать. — Ви напасть ис сасада! Ви есть…

— Зачем кричать? — я слегка развел в стороны руки, демонстрируя пустые ладони, пока тевтонец не брякнул чего лишнего. Такого, за что даже помимо желания придется призвать его к ответу. — Никто на вас не нападает. Езжайте с Богом. И не забудьте прислать за раненными. Коней и доспехи, я как победитель, заберу.  Несмотря на то, что мои слова были совершенно справедливыми и прописанными во всех кодексах, крестоносец зло выругался на немецком и пришпорил коня. Его товарищи поспешили следом. Не удержавшись, чтобы несколько раз не оглянуться. Не доверяли, фрицы. До последней минуты думали — ударим в спину. Ну, каждый судит по себе.

— Какие будут распоряжения, господин барон? — подбежал пан Пшеньковицкий, умудряясь при этом сохранять величавость и достоинство. Чтобы незнакомцам понятно было: он не какой-то слуга, а такой же дворянин. Только рангом чуть пониже.

— Помогите раненым, пан Лешек. И трофеи разделите. Вместе с людьми князя. По справедливости… И не жадничайте. Берите только самое ценное. Чтобы крестоносцы не подумали потом, будто мы нищеброды какие. И пару лошадей оставьте. Взамен тех, что нам с Акселем дарены.

— Помочь? — судя по выражению лица и тому, как шляхтич многозначительно притронулся к рукояти кинжала, это распоряжение он расценил по своему.

— Даже не думай! — я показал лейтенанту наемников кулак. — Перевязать, напоить и в тенек уложить. Как родных! Добить разрешаю только самых безнадежных. Из милосердия. И смотри, пан Лешек, проверю!

— Ваша воля, господин барон, — недовольно поморщился поляк. — А вот они бы никого из нас не пожалели.

— То они, а то мы, господин лейтенант…

Крыть было нечем, и шляхтич поспешил к своим людям, отдавать нужные распоряжения.

— Признаться, удивил ты меня, боярин… — присвистнул княжич, спешиваясь.— Иметь засадный отряд и сражаться с немцами в одиночку. Почему?

Я проделал ту же процедуру, но не так ловко. Эх, до чего же хорошо чувствовать под собой землю, а не чужую спину, пусть даже лошадиную, и рассчитывать на собственную пару ног. Увы, но судя по моим ощущениям, наездниками таки рождаются, а не становятся. Хотя, искусству бокса, тоже не за пару тренировок обучают.

— Когда вас облает пес, князь, вы же не станете хвататься за меч, а достанете плетку… — пожал я плечами.

— Понимаю, — Лев Ольгердович, со всем уважением поклонился, насколько это позволяло его высокое происхождение. — И еще раз спасибо.

— За что? — не понял я, но отвечая не менее учтивым поклоном.

— Что дал душу отвести. За брата поквитаться.

Неприятная тема и опасная. Я куда охотнее сделал бы вид, что ничего не слышал, но не проявить вежливость и не поинтересоваться, что случилось с братом княжича, было бы еще подозрительнее.

— А как это произошло?..  Почем знаешь, что в его смерти храмовники виноваты?

— Увы, точно не знаю, но думаю, без крестоносцев не обошлось, — нахмурился Лев Ольгердович. — Слишком уж странно и таинственно все случилось. Колдовством попахивает. Или — подлым хитроумием ордена… Тевтонцы хоть и при мечах, а коварством ничем не лучше иезуитов.

Княжич тяжело вздохнул и сменил тему.

— Кстати, боярин, ты так и не сказал, как тебя звать-величать?

Ну, вот, дождался. Юлить или правду сказать? Правду, оно проще, не заврешься потом, — да только проку ноль. Еще вернее, узнав ее, Лев из соратника мигом во врага превратиться. А мне только и не хватало для полного счастья, еще и со своими биться.

— В разных местах меня знают под разными именами, — ответил уклончиво, оттягивая время.  — Но девиз мой от сюда и до Иерусалима всегда неизменен. «Desdichado». По гишпански значит…

— Лишенный наследства... — закончил вместо меня княжич.

Похоже, с филологическим образованием у здешней «золотой молодежи» все в порядке.

— Да. Волею рока так случилось, что я потерял все, чем должен был владеть по праву. А потому принял обет, что назовусь данным при рождении именем, только после того, как смогу с честью вернуться домой. Но ты, князь, можешь звать меня Степаном. А по батюшке — Олеговичем.

Учебники психологии учат, что хорошо соврать можно только в том случае, если говоришь чистую правду. Тогда все работает на излагаемую легенду. И взгляд, и мимика, и интонация. Даже детектор лжи обломается.

Вот и княжич поверил. Сразу. Поскольку кивнул серьезно и наводящих вопросов задавать не стал. Да и отчество «Олегович» (это я только что сообразил) для русских князей не пустой звук.

— Сейчас куда направляешься, ежели не тайна сие? — Лев Ольгердович даже изменил тему разговора.

— Хочу разузнать кое о чем в Янополе. Давняя история, но для меня важная… А вы, куда путь держите?

— В Розиттен шли… — снова нахмурился княжич. — От верного человека стало известно, что тот, кого подозревают в убийстве Витойта, может сегодня объявиться в замке крестоносцев. Вот я и хочу для начала посмотреть, кто гостит у фон Ритца? Может, какого знакомца встречу…



Олег Говда

Edited: 05.01.2016

Add to Library


Complain




Books language: