Вкус тьмы. Книга 2

Размер шрифта: - +

3.1

Прошло две недели с моего появления в Агенории. Желая поскорее избавиться от привычки засыпать с рассветом, я вставала как можно раньше и до обеда сидела в кабинете, разбираясь в документах и записках отца. Я перечитала кучу переписок с разными лордами, в том числе с Дартмурским. Отец пытался убедить города Свободных земель пойти против Катрея, но немногие с ним соглашались. Однажды я даже нашла единственное письмо отцу от моей настоящей матери. Судя по письму, она только узнала о похищении и злилась на отца. Причем мать не стеснялась в выражениях и ругала отца самыми грубыми словами, упрекая в небрежности при моей защите.

После обеда я обычно гуляла по замку или по городу, решая, что нужно изменить или просто общаясь с людьми. Иногда удавалось решать проблемы на ходу, иногда приходилось отдавать приказы сопровождающему меня Эдриану. Видя мою чуткость и внимание к проблемам простого народа, оборотни понемногу меняли свое мнение, и все чаще на их лицах появлялась приветственная улыбка. Не то чтобы хороший результат, но для двух недель в роли вожака заметный прогресс.

Но это праздно живущие придворные и простые горожане. С вояками все оказалось гораздо проще: после прогулки и перед ужином я несколько часов уделяла тренировкам вместе с гвардейцами. В первый день непривычные к подобному оборотни ошеломленно глазели на меня. Многие волчицы выбирают человеческую сущность и обращаются к звериной сути как можно реже. Немногие готовы пожертвовать тщательно уложенной прической и изысканными нарядами, так что женщина в штанах, свободной белой рубашке и жилетке изрядно поразила воображение гвардейцев. Даже если эта женщина — вожак.

Но постепенно они привыкли, расслабились и даже присоединялись ко мне в спаррингах. Причем снисхождение в их взглядах я выбила при первом тренировочном бое. После него я даже хотела написать Эдгару письмо с благодарностью за долгие изнурительные занятия, разбавленные едкими комментариями.

Ужинала я в большой столовой вместе со всеми. Старалась прислушиваться к разговорам, слухам, но зачастую меня отвлекала Джиал. Это была единственная возможность нам поговорить, так как мы обе были заняты — я делами Агенории, а она уроками. Как и Катрей в свое время, я добавила Джиал несколько новых предметов, загрузив её по полной. Она неохотно возмущалась, но впервые мне пришлось идти наперекор ей. Теперь акцент делался на предметах, необходимых для правителя, а не для хорошей жены. Так что музыка, этикет и рукоделие отошли в сторону, и пришлось максимально быстро искать преподавателей по истории, экономике, географии и прочим предметам.

Когда не отвлекала Джиал, я глубоко погружалась в свои мысли и думала. Пыталась просчитать свои шаги, чтобы не допустить ошибки, ведь с каждым днем шанс, что Катрей появится в Агенории, все рос. Нужно было устранить Мери как наследницу и отдалить Исмену от Джиал, чтобы та не смогла влиять на её решения как правителя. Все-таки чутье мне подсказывало, что надолго я на месте отца не задержусь. Чутье и… сны.

Это странно, но Катрей мне снился. Каждую ночь. Ничего особенного, сначала прикосновения, поцелуи, иногда какие-то ласковые слова. Снилось, как будто он спит рядом со мной и крепко-крепко обнимает, размеренно дыша в затылок. Я бы даже подумала, что это особая магическая связь, которая была у меня с матерью, однако в нас не было общей крови, а духовной связи и эрибейской магии недостаточно без неё. Вывод был прост — я скучала по нему. И от этого становилось тошно, потому что при воспоминании о… о последних событиях в Серрате наворачивались слезы. Если бы он… если бы Катрей был здесь, я не знаю, чего бы мне хотелось больше — поцеловать его или вонзить меч в грудь. Впрочем, не уверена, что меч смог бы его убить.

Почти сразу пришло письмо от Присциллы, Август Ланте пока не ответил. Неудивительно, ведь Ланте я отправила послание с почтовым голубем, а Присцилле с помощью магии — у меня была её личная вещь, изящное золотое кольцо, с помощью которого я отыскивала её и переносила с помощью магии письмо. Так же поступала и она.

«Сочувствую твоему горю, — писала она, — Медон был хорошим правителем. Думаю, он был бы рад, что его место заняла именно ты. Наверняка не все оборотни довольны твоим статусом. Да и сестра будет злиться, ведь ты умыкнула корону у неё из-под носа. Ни разу её не видела, но могу представить выражение лица.
Я прибуду в Каринтию завтра и сразу же начну работать над твоим вопросом. Явление двойственной сущности само по себе редкое, так что поиск способа избавиться от него займет много времени. Пошлю тебе весточку, как только появятся новости.
А пока удачи тебе в роли леди Агенории!
».

В ответе я указала кое-что, тревожащее меня очень давно, но о чем не удавалось подумать раньше:

«Неизвестно, когда К. узнает о моем местонахождении, пожалуйста, поторопись с поиском.
Буду признательна, если ты выполнишь еще одну мою маленькую просьбу. Раз уж ты будешь некоторое время во дворце, то замолви словечко перед королевской семьей об одном моем знакомом… Гидеон Вилмар, до оккупации Каринтии вормессцами он был королевским библиотекарем и, по его словам, хорошим другом покойного короля Сабина Кариона. Сейчас он живет в Брейгеле со своими пятью дочерями, но, возможно, хотел бы вернуться на родину.
Надеюсь на тебя
».

Одна проблема стояла острее остальных. Согласно изученному, расходы в последние полгода превышены чуть ли не в два раза. Скорей всего, отец даже не заглядывал в эти книги, его наверняка больше занимал конфликт с Катреем. Да и зачем это делать, если есть проверенный казначей. Впрочем, насчет проверенного спорно.

Одним ранним солнечным утром, когда большинство жителей замка еще спало, я наведалась в небольшой запыленный кабинет казначея. Невысокий хилый мужчина лет пятидесяти явно не ожидал меня увидеть. Он вскочил, неуклюже поклонился и суетливо начал освобождать мне кресло от бумаг.



Дарья Драгайцева

Отредактировано: 23.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться