Вкус вишнёвой лжи - 2

Ложь 26.1. Ира

TeZATalks – Love

Ложь 26.1. Ира

Я кусаю губу.

Тишина вокруг превращается в плотную массу подрагивающего желе, а я его просто ненавижу. Стаса нет долго, по крайней мере мне так кажется: я включаю на телефоне фонарик и поднимаюсь на ноги, осторожно добираясь до двери. Вижу лестницу и ради любопытства мне вдруг хочется подняться на второй этаж, чтобы проверить, что же там такое. Отбросив глупые мысли, осматриваюсь.

Я одна в огромном пустом доме, погрязшем во мраке. Почти как в фильмах ужасов.

Выходить вслед за Стасом не хочу: там холодно и противно, а я ещё не до конца согрелась. Парень не маленький, чтобы за него переживать. Запустит генератор и вернётся в дом, я ведь понятия не имею, сколько времени для этого нужно.

Подсветив себе путь, я захожу на кухню и скольжу взглядом по столам. Бутылки с моим любимым пивом, фрукты и что-то неразобранное в пакетах на полу. Стас знает, что я терпеть не могу вино и шампанское, особенно шампанское.

В этот момент я думаю о том, что слишком уж мы помешаны на алкоголе. Грустим – пьём, радуемся – пьём. Злимся – тоже пьём. Не жизнь, а сплошной бухлопоезд.

Это и смешно и отвратительно одновременно.

Я подхожу к столу, в надежде найти что-нибудь вкусненькое, кладу сотовый на столешницу и открываю холодильник. Лампочка не горит. Зато в свете сотового различаю пакет с виноградом и нагло достаю ништяки, пока Стас не вернулся и не отобрал. А то он любитель делать всё по сценарию.

Надо где-нибудь достать тарелку… Кладу виноград на стол, бегло осматриюсь.

Помыть виноград я вряд ли смогу без генератора, так что…

- И что это мы тут делаем?

Крепкие руки стискивают мою талию: я взвизгиваю и разворачиваюсь лицом к парню.

- Не слышала, как ты вошёл, - смеюсь.

Парень делает шаг вперёд, и мне приходится повиснуть на его шее. Я прикусываю губу, Стас улыбается. Его крепкие руки притягивают меня ещё ближе, и с томным вздохом наши губы наконец встречаются в поцелуе.

Его пальцы скользят по моей талии выше и зарываются в волосах, стискивая их и оттягивая назад, чтобы моё лицо поднялось вверх. Мне почти больно. Я тихо стону, и Стас ловит моё дыхание, не собираясь останавливаться.

- Я так понимаю, генератор ты не починил? – мурлычу я.

- Не-а, - легко толкает меня, а потом подхватывает под ноги и усаживает на столешницу, нагло пристраиваясь между моими ногами. – Но так же романтичнее.

Неожиданный жар скользит внизу живота, распространяясь по всему телу и останавливаясь на самой макушке. Говорят, бабочки обитают в животе, но мои неистово суетятся в груди, сталкиваясь и разлетаясь в разные стороны подобно смерчу.

И в момент, когда Стас вновь впивается в мои губы, обжигая своим нетерпеливым дыханием, я понимаю, что готова. Готова полностью отдаться в руки человеку, которого до безумия люблю.

Поверить трудно, насколько сильно такое банальное чувство влюблённости может выпотрошить твои принципы и заставить делать то, чего ты всю жизнь страшился. Близости с кем-то. И не важно, секс этот или поцелуй, сам факт того, что я смогла подпустить к себе Скворецкого внушает и ужас, и восхищение.

- Хочу показать тебе кое-что, - шепчет парень, хватая мои щёки руками, будто единственное, что может его остановить. – Пошли…

Не хочу никуда идти и ни на что смотреть, но Стас проворно хватает меня за талию и ставит на пол словно куклу. Остаётся лишь перевести дыхание и позволить Скворецкому увести меня подальше от соблазнительного стола. Мы молча поднимаемся по лестнице на второй этаж и идём по просторному коридору. Вокруг темно, и лишь крепкая рука не позволяет замереть на месте.

Три ступеньки вниз, и вот мы уже останавливаемся посреди комнаты/коридора/непонятно-чего, окружённые плотной пеленой мрака, пропускающей редкие очертания предметов.  Понятия не имею, что парень собирается показать при таком «офигенно-крутом» освещении, но, надеюсь, телефон он захватил, ибо свой я оставила на кухне рядом с манящим виноградом.

- Туда, - Стас подталкивает меня чуть в сторону – его крепкая ладонь прижимается к моей пояснице, заставляя пробудиться очередную волну мурашек.

Неуверенно делаю несколько шагов в указанном направлении и только остановившись понимаю, что меня подвели к огромному окну. Там, внизу, за пеленой разбушевавшейся погоды я вижу яркие огни. Как новогодняя ёлка, усыпанная гирляндами, они мигают, пытаясь пробраться сквозь дождь, неистово барабанящий по стеклам.

- Ого. Ты же сказал, что генератор накрылся…

Только и могу выдавить я, не в силах оторвать взгляд от сверкающей надписи: «Ира, я люблю тебя».

- Типа того, - обнимает меня за талию со спины. – Это мелочи из того, что я мог сделать. Не знаю, как ещё сказать, насколько ты мне дорога.

Это он про признание? И почему так сильно бьётся сердце? Наверное, мне нужно что-то сказать, ответить, тоже поведать о своих чувствах, но я только и могу, что пялиться в окно на светящуюся надпись, обрамленную в красное сердце. В отличие от букв, оно светится слишком уж кроваво.

- Не знаю, что бы я без тебя делал, - тихо говорит Стас, и его голос эхом вибрирует у меня в голове. – Ты всё, что у меня есть. И плевать на деньги и компанию, лишь бы ты бала рядом. Я люблю тебя, Ира. Ты не представляешь, как сильно.

С каждым его словом сердце набирает обороты, бешено стуча в грудной клетке и пытаясь разодрать изнутри не только рёбра, но и мою душу. То, что сейчас говорит Стас, похоже на сумасшедший сон. Безумный, ненастоящий, но такой счастливый.