Влюбленные

Размер шрифта: - +

ГЛАВА ВТОРАЯ, Часть I

Бостон определенно не самый перспективный для дилеров город. Шанс проехать по узким улочкам и не послать ко всем чертям весь шар земной очень маловероятен. Потому метро «Т» пользуется невероятным спросом, служа почти достопримечательностью. Но Кэм не отдавал предпочтения национальному достоянию, обосную тем, что пассажиры общественного транспорта не доросли до ценителей его музыкального вкуса. Но такая великая честь представилась Эй-Ли, что уже полчаса их, казалось бы, десятиминутной езды по Бэкон Хилл стала обладательницей «ВИП» места на концерте «Малыша на Драйве».

Камерон Уолтер — мозг рок-звезды, телосложение спортсмена, лень слона и заносчивость гиены. Мальчишеская дерзость граничит с мужским эгоцентризмом.

Но он был её лучшим другой. И она его любила.

Больше, чем следовало бы.

Отвлекаясь от мыслей, скорый поезд которых уже сошел со своей станции и обещал безжалостно проехать по ней, девушка повернулась к боковому окну и задержала взгляд на своем отражении в наружных зеркалах заднего вида. Спокойные хрустальные глаза с эфирной синей радужкой, не морщенный гладкий лоб, аккуратный маленький носик и пухлые девственные губы цвета старой розы в простой доброй улыбке — такой она должна выглядеть. Заправив волосы, оттенок которых переходил от цвета кофе мокко к древесному, она затеребила вырез белоснежной кофты, что шел с желтым кардиганом и темно-красными штанами.

Горчичные постройки заведений и шоколадные кирпичные стены жилых домов, выстроенные в сплошные ряды, были оживлены жизнерадостными семьями с колясками и продуктовыми пакетами, беззаботными влюбленными парочками, полными радости от солнечной денька, амбициозный студенты, возвращающиеся с занятий с облегчением и многообещающими планами на вечер. Осенний листопада хрустел под ногами и от золотого оркестра на лицах загорались улыбки.

Они подъехали к дому Уолтера, и по телу девушки словно сахаром посыпались мурашки: предстоящий разговор будет не из приятных. Кэм уже спустился на асфальтированную дорогу и сделал несколько шагов по каменной подъездной дорожке, но обернулся и заметил, что Эй-Ли таращится вперед как на дом с привидениями в Хэллоуин и ждет, что вот-вот призрак пройдет через закрытую дверь или безголовый швейцар пригласит их войти. Он усмехнулся не то своей фантазии, не то киношности самой Эй-Ли и подбежал к автомобилю, открыл дверцу со стороны девушки и протянул руку. Девушка отошла от собственного оцепенения и встала в ступор от поведения друга.

— Я даже с Мо так галантен не бываю, если она узнает моей репутации конец, — пожаловался он деланно с отвращением.

— Твоя тайна уйдет со мной в могилу, но пока есть возможность — грех себя лишить такого внимания, — величественно с королевской напускностью отозвалась Лора.

Одна её нога уже была на тротуаре и, когда она собиралась вложить свою ладонь в протянутую руку парня, тот её завел за затылок и крутанувшись направился в сторону дома.

— Показушник, — громко прошептала Эй-Ли, сдерживая порыв запустить в голову самодовольного позера ботинок.

И под завершающий шум аплодисментов и смеха незримых зрителей он хлопнул дверью прямо у нее перед носом.

«Лучший друг, — напоминала она себе, стуча. — Его нельзя убивать. Не в доме его родителей. Нужно сначала узнать за какую цену скупаются человеческие органы.»

Входная дверь наконец открылась, и музыка с телефона продолжалась на том же моменте, где парень остановился ее по радиоволне. Камерон был мастером актерской игры и с успехом изобразил удивление от её визита. Лора с превеликим удовольствием наградила его Оскаром. Земляным. Во все лицо. На этот выпад у него, к великому счастью, не нашлось ответного удара, и победа была на её стороне.

Дом начинался с небольшой прихожей в классическом стиле. Уличный свет с двух маленький одностворчатых окон мягко лился на пуфики с декоративными ножками и белоснежной обивной, которые стояли под ними вдоль стен. Разноцветные лучи солнца через резное стекло двери плясали на овальном зеркале, напротив. С двух сторон от шкафа стояли французские высокие ярки, ведущие на кухню и гостиную.

Ребята направили через первую, где в комнате хлопотала Лили Уолтер. Её блондинистые волосы были идеально собраны в пышный пучок, а продолговатое лицо легким слоев корректора и тональной основы с модельными чертами лица подтверждали ее статус железной леди. Она является президентом родительской ассоциации и не дает спуска своим коллегам, трудится на благо всей школы и развитие детей. Женщина была экономичной до чертиков и профессиональность ценила как высший закон. Держала под контролем весь процесс, например, книжной выставки, заранее по пунктам расписав детали с издательством Сколастик, с директором которой она уже на короткой ноге, или же экскурсии по городу, забронировав место в лучшем ресторане среднего класса и тщательно обговорим меню, также досконально изучив статистику и прочитав более удачное посещение музея или иной достопримечательности. Она баловала школьников, но в пределах разумного и допустимого, вкладывая все силы на максимально положительный настрой в получении знаний. И Лили очень огорчало, что даже родной сын не ценил ее старания. Но железная леди давала отворот-поворот любому признаку поражения и удачно находила компромиссные пути. И один такой выход стал их ночным кошмаром и великой радостью Кэма. Все же она была не самым разумным родителем, когда подговорила мужа подарить барабанную установку в надежде на более продуктивное занятие музыки. Теперь же приходилось выслушивать сольные ударные рок концерты из собственного гаража и записываться на ежемесячный поход к оториноларингологу, ну и забегать на десять минут в соседний кабинет — к психиатру.

Миссис Уолтер принялась вынимать из холодильника картофельный салат «Ранчо» — один из любимых деликатесов гостьи, — и соусы к главному блюду.



Даниэлла Стюарт

Отредактировано: 25.09.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться