Во власти пламени

6.4

— Набирайся сил перед нашей следующей встречей, — перекривляла я тальдена. Этого тагрового огнеящера, в которого с размаху полетела ваза.

Жаль, поцеловалась она не с его затылком, а с закрывшейся дверью, и этот разбитый предмет интерьера так и не принёс мне морального удовлетворения. В своё оправдание могу сказать, что я никогда и ничего не била. Намеренно. Но в этот раз не сдержалась, поддалась порыву.

Да и как же тут сдерживаться! Когда просыпаешься в один непрекрасный день и узнаёшь, что тебе уготовили участь рабыни, с младшей сестрой непонятно что творится, а в довершение ко всему ещё и вечерними наказаниями пугают.

Кожа на бедре до сих пор пылала. В том месте, где меня касались пальцы мерзавца.

Запретив себе думать о ненавистном драконе, попыталась отвлечься изучением отведённых мне покоев. Из просторной передней, затянутой светлым шёлком, прошла в спальню, раздвинув полупрозрачные занавеси. Опочивальня элири (никогда не задумывалась о том, какое это страшное слово) была чуть ли не в два раза больше моей спальни в родовом замке. Формой напоминавшая половинку лепёшки, она уводила к полукруглому балкону. От которого до земли было лететь и лететь. В том смысле, что такой вариант побега отпадал сразу.

Вот если бы у меня был мой волшебный ковёр…

Но его не было. Так же, как и Чили, который сейчас, наверное, с ума сходит там, в столице. Вместе с моими бедными родителями.

Едва мазнув взглядом по цветущему саду, я вернулась в спальню в поисках того, что придало бы мне уверенности в завтрашнем дне. Ну и в сегодняшнем вечере. Но ничего колюще-режущего в поле зрения так и не попалось. На кровати пестрело море подушек и бархатных валиков, они же были разбросаны по углам комнаты. Пол покрывал мягкий ковёр. На столике справа заметила щётку для волос, какие-то шкатулки, флакончики с благовониями или тагр его знает с чем ещё. С другой стороны — два сундука, полные нарядов.

Достав первое попавшееся платье — вызывающе яркое и полупрозрачное, я… пошла собирать осколки вазы, справедливо решив, что они мне ещё пригодятся. Распихав «оружие» по разным углам комнаты (что-то спрятала под подушки, что-то на дно шкатулок, и даже в кашпо с альновым деревом, зеленевшим у самого балкона, нашлось место для двух острых осколков), я с чувством выполненного долга опустилась на край кровати и ещё раз оглядела своё временное пристанище.

Временное, потому что не собиралась здесь задерживаться, несмотря на грандиозные планы Каррая и его мамаши.

Не успела об этом подумать, как дверь в передней распахнулась, и послышался тихий голос:

— Это я, Клер. — Девушка прошла в спальню, держа в руках поднос с цветными склянками и рулончиком белой ткани. — Нужно сделать вам перевязку.

Она поставила поднос на маленький резной столик и, подняв на меня взгляд, несмело улыбнулась:

— Как вы себя чувствуете?

— Если ты о плече, то почти не болит. А что до всего остального…

Клер тяжело вздохнула:

— Я помогу, чем смогу.

— Сбежать поможешь? — горько усмехнулась.

Приблизившись ко мне, девушка стала осторожно разматывать ткань, которая (только сейчас я это заметила) была вся в пятнах крови.

— Вы ведь знаете, как поступают тальдены с беглыми жёнами?

Вообще, чтобы от дракона сбежала супруга — таких случаев за всю историю драконов можно было пересчитать по пальцам одной руки. Беглянок возвращали почти мгновенно и жестоко наказывали. А уж если сбегала рабыня…

— Элири. Твой князь желает сделать меня рабыней.

Клер снова вздохнула. Ещё более грустно и сочувственно, а я нахмурилась:

— Одного не пойму, почему он уверен, что я не смогу принять его силу. Да, мы не проходили проверку на сочетаемость, но ведь шанс есть. И тогда ему придётся признать меня своей ари — законной женой.

Девушка отвернулась, чтобы размотать чистую ткань. Я же скосила взгляд на руку и сразу зажмурилась: зрелище было не из приятных.

Тагров Каррай.

— Он сегодня придёт ко мне?

Воспитанница Элесбед ничего не ответила. Только ещё усерднее принялась смачивать в чём-то очень пахучем ткань.

Я коснулась её локтя, останавливая, и попросила:

— Клер, пожалуйста, скажи. Мне стоит готовиться к брачной ночи?

Девушка молчала, явно сомневаясь, стоит ли подпитывать меня информацией. Секунды, невозможно долгие, одна за другой терялись в прошлом, а тишину спальни нарушало только лишь моё напряжённое дыхание.

Наконец она пусть и нехотя, но проговорила, быстро накладывая повязку:

— Не будет пока никакой брачной ночи. Брат проверил вас месяц назад — вы ему подходите.

Мне вспомнился поцелуй в парке, жадный и яростный. Поцелуй, пламеневший на губах как клеймо, словно уже тогда он считал меня своей собственностью. Неужели его оказалось достаточно, чтобы, презрев древний обряд, сделать выводы о нашей совместимости?