Во всём виноват Китай

Во всём виноват Китай

Традиционный салат вальяжно устроился в середине стола, где места бы уже не нашлось даже соли. С моральным удовлетворением в глазах, Елена осматривала всё то, на что потратила добрых несколько последних дней года. Как ни крути, подготовка к Новому году традиционно ложилась на женщин, а в её случае иного выбора просто не было. Её суженый, как это бывало и прежде, рвался к руководящей должности, поэтому без всяких сожалений, отправился в деловую поездку. Командировка затянулась на неделю, и, с каждым новым днём Елена переживала всё больше. Возможно сорвался контракт, проблемы с поставщиками… Не сведущая в подобных делах, девушка могла думать всё что угодно, однако до того, каковы детали всего этого, ей не было никакого дела. Она только надеялась на то, что Олег вернётся как можно скорее, как раз за час до боя курантов, чтобы в новый год они вошли вместе, и, как гласит традиция, вместе его и проведут.

Елена надеялась, что это – его последняя командировка в Китай. Несмотря на накрытый стол, расшитое кружевом выходное платье и забранные в высокую праздничную причёску волосы, она не знала, что ждёт их дальше.

Лена помнила, как завязались их отношения. Милости и приятности, медведи и конфеты, огромные букеты цветов и поцелуи на расцвете. Они знали друг друга с детства, но познакомились ближе только в этом году. Она была готова простить ему всё. И командировки в разные страны без неё, и иногда проскальзывающий морозец в отношениях. И даже измену. Ей до последнего, до зубного скрежета хотелось верить, что та китаянка, которая стояла рядом с ним на одной из фотографий, всего лишь деловой партнёр.

Деловой, как же.

Но в каких отношениях подобного не бывает? Так твердил опыт подруг, на который ей хотелось надеяться. Книги по психологии, которые она «грызла» ещё со студенческой скамьи по подобным вопросам не просвещали, а, к сожалению, на собственной практике сталкиваться с такими парами ей не приходилось. Лена утешала себя этим, дарила себе надежду до последнего. Даже сейчас, когда, казалось бы, надежда уже потеряна. Можно простить всё. Забыть об этом. Правда?

На мгновение она задумалась о том, что всякому терпению есть конец, но в ту же секунду телефон завибрировал. К нему девушка бежала быстрее ветра. Руки тут же подхватили смартфон с аватаркой жениха на экране, а пальцы сами собой приняли вызов.

– Да! – его звонку она радовалась так, что не замечала, как поднимает на ноги соседей из окрестных квартир. Возможно. Всё равно.

Лена не заметила, как выпорхнула на лестничную клетку, чтобы увидеть его автомобиль. Вот-вот знакомый, необычный свет фар улыбнётся ей сквозь окно подъезда, в стекле покажется до боли в сердце знакомое лицо, а в руках окажется её подарок.

– Лен, привет. Прости меня, пожалуйста. Тут… Я всё ещё в Китае. Я думал, вот-вот справлюсь, но совещание перенесли на завтра. Поэтому я всё ещё здесь. Не смогу приехать. Прости. Но послезавтра я буду точно. И привезу тебе самый большой подарок из Китая!

– Хорошо. С Новым годом, – Елена отключила международный вызов, и резко врезался спиной в сетку-перегородку. Она сползла по ней, пребывая не в том настроении, чтобы заботиться о вещах. Плевать, что платье разорвётся и надеть его она не сможет. На душе гадко. Даже пусть если этим подарком окажется самая настоящая панда.

– Пожалуйста, будьте осторожнее! – послышалось с той стороны сетки. Тёплый размеренный голос, слегка уничтоженный табаком. Кажется, отец семейства соседей вышел покурить, пока его женушка радостно хлопочет над новогодними блюдами. – Я даже немного отъехал из-за такого толчка.

– Простите, – девушка посмотрела вверх, даже не оборачиваясь на соседа. «Отъехал»? Звучит странно. По его речи создавалось впечатление, будто учёный человек решил вдруг выучить уличные «диалекты». Тем более в речи прослеживался акцент. Вот только какой… Точно не европейский… – Кажется, только что меня бросили.

На глаза наворачивались слёзы. Она не верила в то, что рассказывает это простому соседу по лестничной клетке. Какое ему до этого дело? Неожиданная исповедь, от которой тот может в любой момент отказаться, уйти прочь и оставить девушку наедине с самой собой.

– С чего вы взяли? – Лена почувствовала, как с той стороны сетка уплотнилась. Сосед, скорее всего, выпрямился. Хотя, учитывая то, с какой высоты звучали эти слова, роста незнакомец был небольшого.

– Он сказал, что совещание перенесли на завтра, что из Китая он приедет только послезавтра, – поток слёз теперь было не остановить. Но, несмотря ни на что, кажется, сосед не был против чужой истории. – С учётом разницы во времени, завтра – первое января. Сомневаюсь, что в первую неделю января адекватные люди не проводят время с семьёй.

– Кажется, теперь вы будете ненавидеть всё китайское, – послышалось с той стороны с некоторым сарказмом, будто он сам был в восторге от этой страны.

– Уже ненавижу. С тех пор, как купленный в китайском магазинчике за полцены утюг прожёг мою любимую не дешёвую рубашку.

– Может, дело в том, что виноват хозяин? Вы знаете, иногда просто стоит понизить температуру нагрева, чтобы он так не прожигал.

– Может быть. Но… Какой в этом толк, если температура понизилась самостоятельно? До того, как заметил хозяин, – девушка и сама не заметила, как вещи стали символами. Даже несмотря на то, что «хозяйкой» Олега она себя никогда не считала. – В тот момент, когда хозяин хвалит продукт и говорит «это – лучшее, что произошло в моей жизни». Друзья всё ещё не верят, а кто-то даже говорит, что пользовался точно таким же, но не этим, но все они одинаковые: быстро нагреваются и остывают. И вот, ты хочешь ещё раз убедиться в его эффективности, ставишь гладильную доску, создаёшь все условия, а он… не работает. Теперь в твоих руках он не более, чем муляж, к которому ты привязался. Тем временем, он попадает в руки совершенно постороннего человека и работает. Всегда! В твоих руках – нет, а в чужих – да.



Алиса Ханнберг ( Лиса Ханн), Рина Белолис

Отредактировано: 31.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться