Водное Поднебесье: Чужестранка

Глава 15. Последний приговор.

1

Лирук ждал, когда за Вельемой придут. Недавно ему доложили, что из Восточного порта вышел пассажирский корабль на борту несколько подозрительных пассажиров, похожих на участников команды «Летучая мышь». Их не стали задерживать. Лирук стоял в комнате замка на втором этаже: он ходил по ней, не находя себе места, искал что-то, грусть его движений окинула комнату туманом воспоминаний. Всё осталось, как и прежде: кровать заправлена, на прикроватной тумбочке пятно крови и свадебная серьга, вырванная Вельемой, лилово-голубые стены и так и не закрытая дверь веранды. Течение времени остановилось для этой комнаты, и Лирук возвратился на три года назад. Он вспомнил робкую, хрупкую, безвластную и напуганную девушку, её озёрные глаза… и вздрогнул. Как я изменил её, с грустью понял он. В подземелье находилась не та, прежняя Вельема, а другая девушка: сильная, смелая с грозными слегка сощуренными глазами. От милой девочки не осталось ничего. А может, подумал он, это и был её стержень? Вельема мне никогда не откроется – это бесполезно…Белому закрыл дверь, не тронутую за последний год, и это означало конец прошлому, конец чему-то важному для Лирука. Он устал, отчаялся, оступился. Перед выходом он схватил золотую серьгу и поспешил к пленнице.

Лирук шёл по тёмному подземелью, его окружали холодные каменные стены, а в руке он держал факел. Огонь трещал, и палёный запах распространялся в воздух. Оставалось два поворота, он прошёл их быстрее, чем прошлый путь, дёрнул щеколду, открыл замок и отварил тугую железную дверь. Он оставил факел в комнате и прикрыл дверь. С трудом различив пленницу, он сел на деревянную лавку около стены напротив окна, там, где она сидела на полу. Её очертания расплывались при факельном свете, но Лирук видел: она сидела, скрестив ноги, и смотрела на него не со злом, не с ненавистью, нет. Взгляд показался ему отреченным и безразличным, словно его не было здесь. Волосы, небрежно забранные в хвост, кожаный корсет и брюки, она была такая же, когда её похитили. Спесь с неё он так и не сбил. На все вопросы он получал – молчание, а стоило приложить руки – смачный плевок в лицо и бесящую фразу: «Русские не сдаются». Он не знал кто такие русские, но что они не сдаются – понял чётко. Но не сегодня, он посмотрел на круглое окно с решёткой – темно. Лирук понимал – корабль причалит в порт и его люди поймают преступников, её друзей. Вот прямо сейчас, в эту минуту, секунду и больше не нужно мучить её, не нужно мучить себя, лишь предупредить, расстроить, вывести из себя.

- Я знаю, где твои друзья, нет-нет-нет – я не вру. Скоро они придут сюда в сопровождении конвоя.

Пленница молчала, даже не шелохнулась и продолжала расплываться в огненном свете.

– Я не буду с ними церемониться, понимаешь? – он встал с лавки и быстро подошёл к ней. – Государственных преступников вешают, родная, — горечь, его слова были горьки. Она будто умерла, но это не так – она моргала. – Эй! – он щёлкнул пальцами и присел на корточки. – Эй! – голос стал тише. – Родная, ты здесь? – он провёл рукой по её лицу и поцеловал. Он уже не сдерживал себя, руки блуждали по её телу, и они повалились на пол. Пленница осталась неподвижна. – Родная, — говорил он целую её.

Пытаясь завладеть её телом, он не заметил, как это тело выкрало что-то и у него. Почему она ждала и позволила снять с себя корсет, почему терпела нелюбимого? В руках пленницы блеснула серебристая вещь – она зажала её, послышался звон, когда друг о друга бьются ключи. Пленница резко перевернула Лирука под себя, с диким рыком, и попыталась встать, — на мгновение её задержал не до конца снятый корсет, — она рванулась, и кожаная ткань хрустнул, да это неважно… Корсет остался в руках Лирука, он вскочил и накинулся на пленницу, прижимая её к стене, та отбивалась и отшвырнула его. Он повторился.

- Стой! – раздался голос. – Или я перережу себе горло, — к смуглой шее, чуть выше ключицы наискось припал ключ, он блестел в темноте, как и глаза пленницы.

- Так честь теперь для тебя важнее жизни, важнее возлюбленной свободы?! – разрываясь от злости, кричал он. Лирук стоял не так далеко, выпрямляясь и стирая кровь с губы.

- Я люблю, Лирук, и лучше так чем с тобой. Подойдёшь и будешь забавляться с трупом, а тогда мне станет уже всё равно, — она провела тонкую линию, выступила кровь. Лирук отошёл и больше не думал, что та блефует.

- Значит, один из тех, кого приведут мои стражники – твой возлюбленный… — он что-то задумал, — я всех их убью, слышишь? – крикнул он, пленница тихо заплакала и продолжила держать ключ у горла. – Ты будешь смотреть, как их казнят, — он взбесился, было видно, как его трясёт, а голос стал нервным, язвительным и крикливым, – Но ты можешь спасти любимого, — он без опасений подошёл к ней: ключ подымался, а глаза прощально застыли. Он успел выхватить орудие и отбросить его, схватил пленницу, сжал всем телом. Она рвалась, кричала. – Тише, подари мне себя и отпущу его, не убью – обещаю, — он слизывал тёплую кровь с шеи. – Ну же Вельема – не молчи. «Кто же ты теперь, похотливый зверь?» Вельема замолчала и отворачивала лицо от него.

- НЕТ! – истеричный вопль, Лирук содрогнулся, отпустил её ноги и отошёл. – Умру, но не предам себя и его. Делай, как знаешь, Лирук. – он сплюнул и дёрнул головой, так что оголил шрам на лице, и показалась та безликая его часть – Вельема вздрогнула, она боялась, когда он делал так. «Это не к добру…» Весь пыл погас. «О лёд не согреешься, так?»