Воин. Возвращение

Font size: - +

Глава 17

Глава семнадцатая

 

Выделенный мне в провожатые паренек, гордый оказанным доверием, а потому важный, как индюк, чинно шествовал впереди, героически сшибая гибким прутом фиолетовые головки с придорожных кустов татарского колючника. Примерно каждые пятнадцать-двадцать шагов пострел оглядывался и, увидев, что я нагоняю, убегал вперед, чтоб еще немного повоевать со злым ворогом.

Выбор Титыча пал именно на этого мальчишку сразу по многим причинам. Во-первых, — в деревне каждая пара рук была на счету, и никого из взрослых староста от работы отрывать не хотел, а во-вторых, — Щек приходился Дорофею, старосте Приозерного, родным племянником. Что хоть и не придавало мисси солидности, но зато переводило ее в доверительную плоскость.

В моей прошлой жизни, в той стороне, куда так бойко вышагивал Щек, начинались обширные болотистые леса, — и только небольшой хуторок в пять хат с соответствующим названием Выспа, что по-польски значит Остров, доживал там последние дни. Словно древний форпост цивилизации. Наглядно демонстрируя, что человек залезет куда угодно: в любые дебри и на любые кручи, но по-настоящему приживается только там, где ему вольготно.

Над головой серыми точками зависла пара жаворонков, весело и беззаботно оглашая окрестности перезвоном колокольчиков, сменив влюбленных соловьев, притомившихся в воспевании ежедневной оды солнцу. А оно, еще только едва выглянув из-за горизонта, уже ощутимо нагревало затылок, обещая еще один жаркий, летний день.

До чего ж я люблю дорогу. Никаких забот, кроме самых насущных, потому как в точке «А» тебя уже нет, а в точке «Б» — еще нет. И значит, от тебя ровным счетом ничего не зависит. Идеальное время для раздумий или размышлений, прошу не путать одно с другим. Ибо думы — они обо всем мире и общем благе, а мысли — нечто более четко сформулированное, так сказать, для личного пользования и корысти. Конечно, этому достойному занятию, гораздо удобнее предаваться, скажем, лежа на мягкой полке купейного вагона, чем передвигаясь на своих двоих, но и так неплохо. Летним утром, в сопровождении легкого, еще несущего прохладу, попутного ветерка, семь километров — это не расстояние, а прогулка. Моцион. Даже с полной выкладкой. Но, тут уж ничего не поделать — издержки профессии. Да и насчет «полной» я сильно преувеличил. Кольчугу сменил кожаный кафтан, на спине и груди усиленный двойным слоем. Ну, а без меча выходить из дому, что без мобильника, в прежние времена.

Вообще-то вполне можно было устроиться с комфортом и сейчас.

Взять, к примеру, телегу, застелить ее мягким сеном и путешествовать, глядя в небо. Но лошадей в деревне отродясь не водилось, а запрягать пару волов, для транспортировки одной зад…, в смысле одного человека, на расстояние в одну милю* (*старорусская миля рана 7 верстам, примерно 7,5 км), смешно. Тем более что при крейсерской скорости круторогой упряжки, я добрался бы в Приозерное, в лучшем случае, аккурат к полудню…

Кстати, о временах тех и этих. Пока колесо снова не завертелось, стоит прикинуть варианты и возможности. Реальные, а не надуманные. Героизм и прочие «души прекрасные порывы» никто не отменяет, но надо же и с будущим определяться. Хотя бы с самым ближайшим.

Вряд ли роль Защитника пары деревень — предел мечтаний молодого и амбициозного, выходца из третьего тысячелетия? Ясен пень, я не Конан, и империи себе в ожерелье нанизывать мечом не стану. Жизнь — не книга. Тут призов чуть поменьше, а желающих, напялить корону или обруч, сняв ее перед этим с предыдущего владельца, вместе с головой — гораздо больше. И самозванцев бьют не только подсвечниками. Но — при всем, при этом,  кое-какой, неправильно лежащий кусочек, с общего блюда, утащить не грех. А вполне даже закономерное и осуществимое желание. В пределах местного уголовного кодекса. Чтить который, нам завещал еще Остап Сулейман Берта Мария Бендер-бей.

Вот уж действительно: знал бы прикуп — жил бы в Сочи...

Ведь, как я не хорохорился, для виду, на самом деле совсем не был уверен, что императорские дознаватели признают права крестьян Выселок на свободу и самоопределение. Не смотря на соблюдение законности и наличие тролля.

Любому цивилизованному человеку прекрасно известна поговорка: «Закон, что дышло…»

Поднимут визг сторонники гоблинов, преподнесут информацию о наших действиях в своей интерпретации, и совсем не факт, что Император вступится за крестьян. Достаточно вспомнить ситуацию в последние предвоенные месяцы в Союзе. Когда, желая выиграть время на подготовку, власть закрывала глаза на все провокации, до последнего  придерживалась буквы пакта и беспощадно, только б не спустить преждевременно крючок, пресекала все проявления, так называемого, «паникерства». Трудно принимать решения, не владея информацией. Вот если б знать наверняка, что Император уже перевел дыхание и созрел для продолжения правого дела, победы одного, отдельно взятого человечества над всеми прочими расами и народами…

Согласитесь, мир на позорных для себя условиях победитель может подписать с единственной целью, — избежать бессмысленных потерь. Чуть-чуть отступить, отдохнуть, перегруппировать силы. Излишними уступками, как бы продемонстрировать свою мнимую слабость, и тем самым усыпить бдительность противника. Так сказать, отойти на дистанцию разбега. А потом, дождавшись подходящего случая, решительным, молниеносным и непременно, упреждающим ударом добить расслабившегося и ничего не подозревающего врага.

Эх, если б знать наверняка, что этот момент настал! Тогда наша партизанщина была бы Императору в масть. И нелюдь, в ответ на свое требование «строго проучить бунтовщиков», получила бы не показательную порку крестьян, а полную и окончательную победу сил Империи над всеми вынужденными союзниками. Зато, если мы высунемся заблаговременно — Выселки не только сравняют с землей, но и пепелище солью засыплют. Те же «леопарды», только с настоящими значками на доспехе, и подсуетятся…



Олег Говда

#2409 at LitRPG
#10240 at Fantasy

Text includes: магический мир, чудовища

Edited: 30.09.2015

Add to Library


Complain




Books language: